Тот рассмеялся, затем встрепенулся и помчался за Тамарой Степановной, чтобы она подала ему коробку с карандашами.
Алина не переставала удивляться, как за короткий срок мальчик, который прежде не хотел ни с кем общаться, раскрылся навстречу этому миру.
Его радость казалась ей бесценной наградой за все её старания. Правда, без помощи Антона ничего не получилось бы.
Он, занятый работой и множеством дел, всё равно находил время, чтобы проводить с сыном вечера, расспрашивать Егора о новых впечатлениях и подбадривать.
Алина видела, как поначалу Антон был осторожен в каждом движении, будто боялся снова потерять дорогих ему людей, но постепенно научился улыбаться чаще и увереннее.
Тамара Степановна подала Егору бумагу, и он принялся рисовать что-то весёлое. Судя по ярко-желтому цвету, там явно был солнцем залитый берег или летняя полянка.
Ника потянулась к карандашам, и Алина пододвинула ей один, объяснив, что девочка пока лишь научилась держать его в руки, не понимая, как рисовать.
— У вас так хорошо получается их занимать, — заметила Тамара Степановна, сияя улыбкой.
— Я видела много нянь, но далеко не все умеют работать с детьми, которые так по-разному реагируют на мир.
Алина чуть улыбнулась в ответ. Она понимала, что дело не только в опыте, а еще и в тех болезненных ранах, которые каждый из них — и Егор, и она сама — несёт из прошлого.
Возможно, именно это помогло и наладить контакт с мальчиком и принять его страхи, не ломая их через силу.
Тем же вечером Антон вернулся домой раньше обычного. Он застал Алину с малышами во дворе, где они гоняли большой резиновый мяч. Егор смеялся и старался уверенно направлять мяч ногой, будто задался целью научить Нику этой игре.
Девочка прыгала вокруг, захлебываясь восторгом, когда мяч отлетал в сторону.
Антон внимательно посмотрел на Алину, перехватив её улыбку и предложил поужинать всем вместе.
Сгущались сумерки, и когда Тамара Степановна занялась приготовлением ужина, Антон попросил Алину пройти с ним в сторону беседки. Они сели на небольшую скамейку. Алина ощущала, как её сердце начинает биться сильнее.
В их общении оставалось нечто невысказанное, пусть и понятное обоим.
— Я хочу поблагодарить вас за Егора, Вы словно вернули ему часть детства, которую он утратил после смерти матери. Я не смел надеяться, что кто-то сумеет так быстро расположить его к себе. Он снова умеет радоваться.
Алина опустила глаза. Ей хотелось сказать, что она не сделала ничего сверхъестественного, просто старалась быть внимательной и искренней.
Но в тоне Антона звучала такая благодарность, что у нее защемило в груди.
— Вы сами для него многое делаете, — ответила она наконец, чуть смутившись.
— Егор нуждался в вашем времени и поддержке, а вы это ему даёте.
Антон коротко кивнул. На лице его читалось волнение. Похоже, он хотел сказать что-то еще, но в этот момент Тамара Степановна позвала их к столу.
Алина тихо вздохнула и пошла за Антоном.
За ужином Егор с радостью показывал отцу новые рисунки, а Ника повторяла за ним смешные слоги.
Антон смотрел на всех троих, на Алину, Егора и Нику, и в глазах у него скользила задумчивая нежность.
Потом, когда дети уснули, он задержал Алину на кухне и подал ей на ладони небольшой кулон в форме цветка.
— Надеюсь, примете от меня это в знак признательности, сказал Антон.
— Я знаю, что вы уже давно стали для Егора кем-то гораздо большим, чем няней.
Алина слегка покраснела и растерянно взяла украшение. В какой-то миг ей стало не по себе от мысли, как может со стороны выглядеть близость хозяйского дома и няни. Но в глубине души она понимала, что эти отношения не игра на публику. Они основаны на том, что ей и Антону удаётся сделать мир Егора чуть светлее, а значит, и их собственный мир тоже становится лучше.
Вскоре события приняли неожиданный оборот.
В один из выходных Алина получила звонок с незнакомого номера. Оказалось, это Дмитрий. После недолгих препирательств он потребовал встречи. Казалось, его интерес вдруг вспыхнул к дочери, о которой он долго не вспоминал.
Алина предположила, что Дмитрий просто хочет показать себя великодушным спасителем и покрасоваться.
Они договорились встретиться в том самом кафе, где когда-то сидели вдвоём, переполненные мечтами о совместном будущем.
Теперь Алина уже не боялась ехать туда. За месяцы жизни в доме Антона она набралась внутренней уверенности и понимала, что её настоящее гораздо надёжнее их иллюзий.
Когда она вошла внутрь, Дмитрий сидел у окна за круглым столиком, заказав дорогой кофе. Он действительно выглядел при деньгах. Дорогие часы на запястье, ухоженная стрижка.
Завидев Алину, он поднялся и бросил на неё оценивающий взгляд. Наверняка ждал, что она предстанет измученной бытовыми проблемами.
— Привет, — сказал он с улыбкой.
Как вы с Никой поживаете?
Алина не стала улыбаться в ответ. Она села напротив и ровным голосом объяснила, что у нее всё хорошо.
Ники через месяц исполняется два года. Вид у Дмитрия стал резко меняться, когда он понял, что Алина вовсе не выглядит человеком, которого легко поразить рассказами о дорогих вечеринках или новых машинах.
— Я думал предложить вам помощь, — сказал Дмитрий, откинувшись на спинку кресла.
— Может, денег, чтобы вы снимали что-то получше.
Алина спокойно покачала головой. Она не горела желанием выпрашивать у него алименты, да и не нуждалась в его подачках. Рассказы про дорогую жизнь, которую он ведёт с Мариной, больше не ранили её.
— У меня есть, где жить, — ответила она, не вдаваясь в подробности.
— Ники, всё необходимое покупаю сама.
— Спрашивала ли она про тебя? Знаешь, она слишком мала, чтобы помнить, кто такой Дмитрий.
На лице бывшего мужа появился явный признак недовольства. Он ожидал иного приёма, возможно, упрёков, извинений, слёз, чего-то, на чём можно было бы сыграть, но увидел перед собой женщину, которая смотрела на него без прежнего трепета и страха.
— Ладно, — произнёс он, не придумав ничего лучше, тогда я не буду мешать, раз тебе ничего не нужно.
Алина спокойно подтвердила, что действительно ни в чём не нуждается.
Дмитрий пожал плечами и, кинув деньги на стол за кофе, отправился к выходу с видом человека, который не получил желаемого.
Она ещё минуту посидела в в пустом кафе, чувствуя, как будто камень свалился с души.
Словно поставлена точка в истории, которая мучила её столько времени. Теперь, собираясь домой, она думала о том, что в этот самый вечер её ждут в гостиной особняка Антона. Ждут Егора и Ника, которые наверняка не начнут игру без своей лучшей подруги. А в глубине души Алина уже ясно понимала, что их отношения с Антоном движутся к чему-то гораздо более глубокому, чем просто дружба или совместная забота о детях.
Несколько недель спустя Антон объявил, что Галина Петровна выписалась из больницы после очередной операции и он готов помогать ей с реабилитацией.
Обе семьи, Алина со свекровью и Антон с Егором, всё чаще пересекались то у одного, то у другого.
Галина Петровна нашла в Антоне того сильного мужчину, который, по её словам, мог дать Алине защиту.
А Егора она полюбила с первого же взгляда, как только увидела. Мальчик общается с Никой, словно они давно стали братом и сестрой.
Так со временем все сложилось в единое целое. Антон стал для Алины крепкой опорой, а она и дети наполнили его дом жизнью и теплом.
Галина Петровна чувствовала себя нужной, ухаживая за внуками и понимая, что её помощь теперь не напрасна. Егор и Ника продолжали вместе познавать мир и учить друг друга смелости. Однажды вечер свел всю эту странную семью за одним столом.
Алина глядела на Антона, на Галину Петровну, на малышей, и у нее вдруг защемило в сердце от ощущения, что она наконец обрела то, к чему шла через годы холода и предательства.
Она не стала бы говорить, что жизнь вдруг стала безупречной или лишенной забот. Но теперь были люди, которые не отступят и не предадут.
В этот момент Антон взял ее за руку и сказал, что хотел бы обсудить дальнейшие совместные планы.
Алина почувствовала, как внутри зреет трепет, когда понимаешь, что впереди ещё один решительный шаг — возможно, брак.
Словно в ответ на ее мысли, Антон говорил, что не представляет будущего без Алины, Егора и Ники.
Алина улыбнулась и ответила, что давно чувствует то же самое. Сквозь открытую форточку доносился легкий ветер, и в свете настольной лампы лицо Антона сияло искренним счастьем.
Он наклонился к Алине, а за их спинами дети вдруг разразились радостным смехом, вновь гоняя резиновый мяч по комнате.
Галина Петровна с улыбкой наблюдала за этой возней, и в такие мгновения все прошлые тени кажутся не более чем этапом пути, который был необходим, чтобы прийти к тому, что Алина обрела сейчас — дом, где её любят, и где она научилась любить без оглядки на страхи и чужие ожидания.
Новые истории ждет вашего прочтения: