Генри Сирил Пэджет родился в мире строгих правил и тугих воротничков, а жить хотел как в мюзикле. Обладатель огромного поместья и приличного капитала с детства любил ткани, запах духов и театральные постановки. Когда деньги и власть, наконец, оказались в его руках, он использовал их не для укрепления фамильной репутации, а для того, чтобы устроить вокруг себя бесконечное шоу.
Детство без ровесников и с избытком фантазии
Первые годы жизни Генри провёл не в туманном Альбионе, а во Франции. Рядом были мать, прислуга, книги и красивые вещи. Ровесников почти не было, зато у мальчика оставалось много времени, чтобы придумывать себе роли, примерять наряды и учить позы, наблюдая за взрослыми как за персонажами пьесы.
Переезд в родовое поместье Плас Ньюидд стал контрастным душем. Строгий отец, холодный дом, правила, которые никто не объясняет, но все считают само собой разумеющимся. От наследника ждали интереса к охоте, лошадям и политике. Генри больше тянуло к шёлку, свету рампы и миру, который живёт по законам сцены, а не протокола.
Брак, в котором главной любимицей стала собака
В январе 1898 года Генри женился на двоюродной сестре Лиллиан Флоренс Мод Четвинд. Для семей это был правильный союз, но для самих супругов всё оказалось не так радужно. Генри щедро дарил Лиллиан украшения, заказывал для неё наряды, окружал вниманием её собаку и даже украшал животное драгоценностями. При этом настоящей близости между супругами не появилось. Их дом больше напоминал салон очень эксцентричного коллекционера, чем живое семейное пристанище. Лиллиан в конце концов ушла. Забрала часть драгоценностей и не проронила ни слова.
Как поместье превратилось в сцену
После смерти отца в 1898 году Генри получил титул и контроль над Плас Ньюидд. Вместо того, чтобы вести хозяйство по классическим правилам, он решил воплотить свои давние мечты. В одном из зданий появился собственный театр, в поместье стали приезжать актёры и музыканты.
Генри выходил на сцену сам. Исполнял знаменитый «танец бабочки», появлялся перед зрителями в многослойных халатах, расшитых камнями, с огромными накрахмаленными крыльями. Его движения сопровождали облака ароматов и блеск тканей. Местная публика приходила с любопытством и рассказами, а уходила в лёгком шоке и восторге. Аристократическое окружение реагировало иначе. Для них всё это выглядело как вызов не только приличиям, но и самой идее о том, каким должен быть наследник древнего рода.
Сам Генри, похоже, чувствовал себя на своём месте именно на сцене. Он всё глубже уходил в созданный им мир, где реальность подстраивается под костюм и декорации, а не наоборот.
Аукцион, банкротство и посмертная слава
Счастливая сказка имела свою цену, и она росла с каждым новым костюмом и перестройкой. Драгоценности, ткани, перестановки в доме, щедрые подарки, театральные постановки и содержание всего этого хозяйства съедали состояние быстрее любых налогов. К началу 1900-х расходы Генри перестали поддаваться контролю. В 1904 году его признали банкротом. Имущество выставили на аукцион. Уходили с молотка шёлковые халаты, перья, украшения, мебель, предметы, которые ещё недавно были частью его тщательно выстроенного образа. Поместье лишалось ярких декораций, как сцена после закрытия спектакля.
Сам Генри Сирил Пэджет был вынужден переехать в Монте-Карло, где пытался лечиться и сохранить остатки привычной жизни. В 1905 году он умер. Рядом были только Лиллиан и тётя Эдит. Отец при жизни стыдился сына и распорядился уничтожить его костюмы и бумаги, чтобы никто не мог восстановить подробности этой слишком эксцентричной биографии. Полностью стереть память о «танцующем маркизе» его батюшке не удалось. История аристократа, который всерьёз решил прожить жизнь как бесконечный перформанс, пережила и банкротство, и семейный стыд. Сегодня его вспоминают как человека, который в мире строгих правил выбрал себе опасную, но честную роль. Он предпочёл быть собой любой ценой.
Больше историй об аристократах вы можете узнать из следующих книг:
Похожие материалы: