Я неоднократно писала, что в идеальной школе хотела бы возможности для учителей и учеников вести образовательный, а не воспитательный процесс на уроках.
Но как это возможно в реальности?
Ну да, я уже писала, что при нарушении дисциплины ученик должен быть перемещен под контроль социального педагога, а тот может не только читать нотации во время перемен, а во время уроков заставлять читать учебник, но и порекомендовать ученику работу с психологом.
А эффективно ли это?
С одной стороны это просто логично: раз психологи всех кругом поучают, чего с ребенком делать нельзя, то пусть и получат себе экземпляр непослушного дитятки для правильного воспитательного процесса. На короткое время, но все же. Тут должен фоном идти зловещий хохот.
Но ведь есть проблемные детишки. На самом деле проблемные.
Сразу говорю - инклюзию с психически больными детьми я считаю совершенно неприемлемым явлением, которого в нормальной школе быть не должно. Всякие пограничные формы особенностей психики - только при условии полностью сохранного интеллекта ребенка и возможностей конкретной школы.
Ну а как быть с детьми, которые просто обладают вредным характером и огромным шилом в сами знаете где?
Да, работа с психологами, работа с социальными педагогами, с воспитательными работниками и так далее, но - какая?
Беседы?
Да даже Макаренко не считал беседу с ребенком единственно возможным элементом воспитания. Да, беседы нужны и важны, но они ничем не помогут без других элементов воздействия.
Ага, психологи же. Они же все могут, они же Марьванне помогли пережить сложный развод с мужем, а Палпалычу помогают жить с Марьванной.
Что тут не так?
Да то, что большинство психологов эффективно работают только со взрослыми.
Проще говоря, психолог работает по запросу того, кто к нему обратился. Обратился родитель с запросом, что ему стало трудно общаться с ребенком - психолог убедил родителя, что проблемы ребенка не есть проблемы родителя. И родителю стало легче, но проблема осталась. Тут ведь и запрос важен. "Не понимаю своего ребенка" - вот, пожалуйста, проходим тренинги, начинаем понимать друг друга. Вроде как. Уж так понимаем, сочувствуем, да только на поведении ребенка это порой сказывается не лучшим образом. "Устала от подростковых закидонов" - пожалуйста, вот инструменты отстаивания границ, вот их применение. И ребенок с границами, но без перспектив.
В конце концов, родитель идёт к тому психологу, который предложит путь взаимодействия, изначально предпочтительный для данного клиента.
Как видите, все запросы тут - от родителей.
А от детей запросы бывают?
Бывают, конечно. Часто даже вполне обоснованные. Но в большинстве случаев обоснованные запросы бывают у тех детей, которые сами дисциплину не нарушают. Им и правда тяжело, но это не те случаи, когда от самих деток страдает школа, учителя и одноклассники.
А от самых злостных хулиганов особых запросов нет. Да, может, в корне такого поведения и лежат какие-то травмы, а не только мерзкий характер. Но к возрасту, когда ребенок способен сформулировать запрос, там уже сформирована такая броня из нехорошего жизненного опыта, что сквозь эту броню просто так не пробиться.
Поэтому детский психолог - это больше педагог, чем психолог. Его задача - научить ребенка взаимодействовать с внешним миром. Хочет он того или нет.
Научить.
Ха. Ха. Ха.
А если он не хочет?
Вот оно, дитятко, сидит, кривляется перед школьным работником, знаки нехорошие показывает. Оно точно знает, что здесь его бить и унижать не будут, а значит, все можно.
Что ему те школьные работники? Он только силу понимает.
И соцпедагог и завуч смотрят на него - ну что с него взять? Он только силу понимает, а сам щупленький, маленький. Не связываться же с таким. Демонстрировать, какие мы сильные, перед таким малышом? Глупо же в самом деле. И унизительно для себя.
Разобраться в проблеме? Разбираемся.
- Вася, ты зачем воровал из буфета?
- Сосиску захотел.
- Ты что, голодный был?
- Нет, Я просто сосиски хотел. Они такие вкусные.
Ага, разобрались. Тут букет проблем, с которым работать и работать. А кому оно надо? Школе надо - чтобы дисциплину не нарушал. За шкирку и у доске! Нельзя? Да, нельзя. А пусти его в класс - через короткое время получим проблемы с поведением у половины класса.
Выходит, с одной стороны, нельзя пускать в коллектив человека, который к этому не готов, который выбивается из границ социально приемлемого поведения. Но то, за что взрослого человека посадили бы за решетку, в школе чаще просто игнорируется. Потому что изолируй таких у соцпедагога - так их целый класс наберётся, и не один. Работа с психологом - это да, но она требует времени и индивидуального подхода. А пока психолог проводит тренинг с одним учеником, остальные будут крушить кабинет.
Не обязательно, конечно. Могут быть варианты. Но если?
На самом деле в школах с большим количеством проблемных детей социальный педагог нужен не один и не два. И в таких случаях те дети, которые покорно перенесут наказание, читая вслух учебник и слушая нотацию, остаются с одним педагогом. А другой - а лучше и не один - должен справляться с остальными.
Приемлемый инструмент для этого мне известен только один - физическая усталость таких детей. Ведём их на обучающую прогулку-экскурсию. Не в музей, разумеется. И не на автобусе. И не на общественном транспорте. Пешком. До дальнего пустыря. Чем дальше, тем лучше, с учётом особенностей дороги.
Только школа же не имеет права не учить. Значит, уроки должны проводиться. Хотя бы с изменением расписания с учётом разного возраста детей, но - должны.
Чему на пустыре можно учить детей?
Географии. Пусть ищут камни и пытаются определить виды пород. Определяют стороны света. Чертят на земле схемы и маршруты.
Физике. Определяем силу трения предметов, сказывающихся под наклоном. Пускаем в лужи предметы и смотрим, всплывают ли они. И так далее.
Математике. Считаем вероятность того, что взятый наугад камень окажется гранитом.
И так далее, и тому подобное. Да, это не всегда по программе. Но это все же полноценный урок. На самом деле тут цель - не столько научить ребенка чему-то определенному, сколько утомить физически. К сожалению, некоторым детям это необходимо, чтобы начать вести себя прилично. Пока у них темперамент с пубертатном не успокоятся, разговаривать с ними бесполезно. А когда утомленные, они почти что приличные дети. После такой интенсивной прогулки "слезоточивая" беседа с завучем будет эффективнее и прочнее закрепится в мозгу.
Чувствуете, сколько педагогов нужно, чтобы это выдержать? Впрочем, обязательные уроки физкультуры в средней школе я давно считаю лишними, а хороший физрук с такой вот задачей справится.
На самом деле я бы хотела, чтобы существовали и отдельные школы для детей с проблемами коммуникации. В таких школах социализация важнее учебных дисциплин, и она встроена в учебный процесс. Только нет таких школ, а жаль.
И все же это не должно быть нормой. До 7 класса включительно подобные периодические закидоны ещё допустимы, если не происходят регулярно. После - это уже сильно выбивается из нормы. Опять же, это я пишу с учётом того, что в идеальной школе физической активности ребенку хватает на переменах. Как это обеспечить, писала тут:
Так, утомление детей это проверенный инструмент воздействия.
Попробую ещё предложить непроверенный, сомнительный...короче, не знаю, что из этого выйдет. Вот смотрите, если ребенок не социализирован для школы, то его можно пускать в детский коллектив? С одной стороны, по законам психологии, если один человек входит в коллектив, то он неизменно подвергается воздействию этого коллектива. Но это теория. А практика гласит, что "паршивая овца все стадо портит".
И что делать? Хулиганов нужно социализировать? Нужно. Только остальных детей жалко.
А как же новые технологии? Искусственный интеллект? Можно для таких детей создать искусственный коллектив? Временно, конечно. И что из этого получится? Кто будет мимикрировать? Считаю, стоит вести изучение данной темы и при хорошем результате использовать такие тренинги помимо психолога.
Если к 8 классу ребенка школа не добивается стабильно приемлемого поведения, такого ученика следует учить с учётом его особенностей. То есть либо это все же психическое отклонение, либо данная школа не нашла к ребенку подход, но можно попытаться его найти в другой школе. Либо семейное обучение или дистант. Вопросы такого рода должны решаться путем переговоров с родителями, психологами, представителями органов опеки и самим ребенком. И 8 класс тут не рассматривается как барьер, до которого обязательно школа должна дотащить проблемного ученика. А как окончательный срок, когда попытки поиска других вариантов исчерпаны. То есть подобное решение может быть принято и раньше, если принятые меры стабильно не дают никаких результатов.
Так что, до 8 класса с каждым невоспитуемым дитятко вот так вот нянчиться? Да это никакого здоровья и терпения не хватит!
А не надо со всеми нянчиться. На самом деле решение таких вопросов изначально должно существовать в рамках правового поля.
Кто вправе воздействовать на малолетнего нарушителя, применять законные меры, воздействовать на семью? Не школа. Органы опеки, инспекция по делам несовершеннолетних. Вот они и должны с этим работать. Это они могут штрафовать родителей, ограничивать их в правах, принимать решения в соответствии с интересами ребенка. Школа - не вправе. И это нормально. А вышеописанные меры это для тех детей, которых жалко. Если они стоят того, чтобы их жалеть, то вот вам допустимые способы. А не стоят - это уже не забота школы.
Важно учитывать, что школа как учреждение вправе инициировать взаимодействие с семьёй ребенка и органами опеки только в случае преступления, правонарушения или невозможности организации полноценного учебного процесса. Если на уроках ребенок ведёт себя прилично, ничего не нарушает, то после уроков вне школы он может делать то, что ему позволяет его семья. Красит волосы в серобуромалиновый, посещает сомнительные места, гуляет без шапки зимой - это школы не касается.
А если все же учитель видит нечто неприемлемое на его взгляд, что не касается напрямую учебного процесса? А здесь у учителя прав не больше и не меньше, чем у соседки Марьванны. Он может сделать замечание - так же, как любой посторонний человек. Может высказать мнение. Может пожаловаться в органы опеки. В общем, здесь учитель - частное лицо. И как частное лицо поступает в согласии со своей совестью.
Возможны и конфликты с конкретными учителями. Тут на самом деле все довольно просто. Свобода личности заканчивается там, где начинается граница свобод другой личности. Исходя из этого, ученик вправе обоснованно отказаться от учителя. Но и учитель вправе обоснованно отказаться от конкретного ученика. В случае, когда это возможно, ученик может перейти к другому учителю. Невозможно - тогда или посещает очные уроки в другой школе, или проходит программу самостоятельно с применением онлайн-технологий, а потом сдает зачёты.
Мечты, мечты. Такого в реальности Я нигде не встречала. Но в целом все это возможно. Как в смысле законов, так и в организационном вопросе. Возможно. Только тогда когда люди будут морально готовы к этому. Сейчас - не готовы. А может...?