Вот и закончилась очередная история. Надеюсь, она вам понравилась. Я бесконечно благодарна вам за донаты, лайки, комментарии и подписки. Оставайтесь со мной и дальше.
Поддержать канал денежкой 🫰
Известия о том, что с Кириллом случилось нечто страшное, застали меня за готовкой обеда. Вчерашний вечер прошёл относительно спокойно - после того, как мы все собрались у нас дома, произошедшее в аэропорту почти не обсуждали - хватило впечатлений, которые нужно было уложить и переварить вне бесконечных разговоров.
А вот на следующий день мне позвонила Инесса Георгиевна и тоном, в котором я тут же почуяла нечто неладное, сообщила, что у неё есть новости. Ну а впоследствии их и выложила.
Виктория устроила в офисе Маркова пожар, после чего Кир оказался в больнице.
- Мы сейчас с Виталиком едем туда, - произнесла она и, сделав паузу, уточнила: - Ты же не обидишься на нас за это?
У меня даже солонка из руки выпала, которую я взяла, чтобы довести до нужного вкуса суп. И хорошо, что приправа не угодила в кастрюлю - пришлось бы точно всё переделывать.
Об этом я думала, слыша мать Кирилла, чтобы отвлечься и не представлять себе страшных картин, которые так и норовили нарисоваться перед мысленным взором.
- Инесса Георгиевна, вам не нужно об этом спрашивать, вы что? - выдохнула в ответ. - Он - прежде всего ваш сын. И попал в беду. Конечно, вам нужно срочно ехать к Кириллу!
Свекровь выдохнула с облегчением, после чего горестно проговорила:
- Вроде понимаю умом, что они с Викой сами с собой это сделали, а всё равно сердце не на месте.
Я отложила своё занятие и всё же решила, что пока стоит просто выдохнуть и взять небольшую паузу. И прежде, чем это сделать, уточнила едва слышно:
- Она ведь погибла, я верно понимаю?
Об этом слышала от Инессы Георгиевны вскользь, да и сказано мне это было не прямо, так что сейчас пришлось задать прямой вопрос.
- Да, Тася. Вики больше нет, - ответила мать Маркова, и мы одновременно замолчали.
Когда тишина между нами стала настолько осязаемой, что это стало даже угнетать, свекровь проговорила:
- Ладно, Тасюш. Мы с Виталиком будем собираться. Поедем к Кириллу.
Мы распрощались с Инессой Георгиевной, после разговора с которой у меня на душе было очень неспокойно. Не только потому, что пострадал Марков, но ещё и от непонимания: как теперь всё развернётся с лишением его родительских прав, если Кир, например, останется инвалидом?
Впрочем, смысла сейчас думать об этом и задаваться вопросами, на которые мне рано или поздно удастся получить ответ, не было. Я поняла это, просидев наедине с собой и своими мыслями минут десять. Просто смотрела в одну точку, позволяя хаотичному потоку из предположений и вероятных исходов протекать в моей голове.
А потом решительно продолжила готовить обед.
У меня первостепенная задача - вернуть себе и сыну то ощущение обыденности, в котором сейчас нам будет наиболее безопасно.
На том я и сосредоточилась.
Михаил, который приехал пять минут назад, был чем-то озадачен. Пока он обменивался с Ильёй тем, как у кого сегодня прошёл день, я смотрела за этим со стороны, а сама концентрировалась на самом простом, но в то же время весьма всеобъемлющем осознании: когда рядом был Воробьёв, всё становилось на свои места.
Я и раньше думала об этом, но как-то отстранённо. А сейчас всё сложилось ровно так, как и должно быть. У меня имелось одно огромное желание - видеть рядом с собой данного конкретного мужчину. Вместе ложиться в постель, вставать утром и отправляться завтракать.
Вместе проводить дни, недели, месяцы… годы. Хотя вроде как не стоило загадывать на столь длительный срок.
- У меня к тебе разговор, - сказал Миша, и почему-то внутри всё оборвалось.
Умом я понимала, что, скорее всего, ничего страшного не услышу, но сердце уже колотилось в тревоге, за что я поспешила себя обругать.
- Хорошо, - кивнула в ответ и указала на центр всех переговоров. - Пойдём?
Воробьёв серьёзно посмотрел на меня и мы направились в сторону кухни. Илья был занят каким-то очень важным делом по сбору нового города из подручных игрушечных средств, так что за нами не увязался.
И когда мы устроились за столом, а я уже понимала, что не выдержу и сразу же потребую ответов на те вопросы, которые зароились у меня в голове, Миша произнёс:
- Я хочу быть Илье настоящим отцом.
Клянусь, если бы он сейчас, как некоторое время назад это сделал Кирилл, сообщил мне, что уходит к другой, я бы и тогда не удивилась настолько.
- Настоящим отцом? - переспросила, чувствуя себя дурочкой. - Это… как?
Миша кашлянул и ответил негромко:
- Я с Ариной всё обсудил… Можно будет устроить так, что я его усыновлю.
О подобном мы ни разу не говорили - просто не было повода, так что сейчас приходилось реагировать, что называется, в моменте.
- Ты меня напугал, - вместо того, чтобы обсуждать конкретику, ответила Воробьёву, на что уже настала его очередь округлять глаза.
- Чем? - спросил он удивлённо, и я улыбнулась.
И вправду ощущала себя глупо, ведь если сейчас скажу про то, какие ассоциации с прошлым у меня возникли, то Миша, пожалуй, решит, что ему такая недалёкая барышня не нужна.
- Подумалось, что ты можешь сообщить мне нечто нехорошее, - расплывчато ответила, не желая вдаваться в подробности.
Надеялась, что на этом наш разговор будет завершён и перейдёт обратно на Илью и вопрос усыновления, однако Воробьёв продолжил настаивать:
- Например? - задал он вопрос, и его взгляд стал сканирующим.
В таком случае не соврёшь и не сделаешь вид, будто обсуждения не стоят выеденного яйца. Подобное точно не прокатит.
- Например, что настолько проблемная женщина тебе не нужна, - тихо ответила я, решив не играть в те игры, которые двум взрослым людям не нужны.
На это Миша лишь глубоко вздохнул и, поднявшись, подошёл ко мне. После чего понудил меня встать следом, а потом очень крепко обнял. Да так, что показалось, будто у меня одномоментно хрустнули все кости.
- Ты мне нужна любая, Таисия Синицына, - назвал он меня по девичьей фамилии. - Так происходит, когда есть настоящая любовь.
Он немного отстранился, но так и продолжил меня прижимать к себе с силой, которая была одновременно сокрушительной и нежной.
- Тогда перестану считать, что от меня можно так просто отказаться, - ответила ему, улыбаясь открыто и спокойно.
На что Воробьёв лишь кивнул и поцеловал меня с теми чувствами, которые можно было прочесть по его действиям - будь то касания губ, объятия или же готовность примчаться за мной хоть на край света.
И теперь у нас с Ильёй всё будет исключительно так, чтобы ни я, ни сын не считали, будто нас по щелчку пальцев можно оставить в прошлом.
Теперь у нас всё… по-настоящему.
Продолжая жить той счастливой жизнью, которая у меня была до появления в ней Маркова, упавшего мне на голову словно снег с крыши после нашего развода, я отключила все мысли и воспоминания о Кирилле. И погрузилась в то, что являлось центром моего существования - семью.
После того, как вышла замуж за Мишу, мне стало казаться, что я вообще попала в сказку. Хотя, прокручивая в голове нашу с Воробьёвым историю любви, понимала, что штамп в паспорте ничего не решал. А у нас с ним всё было идеально почти сразу с тех пор, как я позволила себе вновь довериться. И принять как данность искренность не только в мою сторону, но и в сторону моего ребёнка.
Отравляло это счастье лишь одно - настойчивая просьба Кирилла приехать к нему в клинику, где он проходил реабилитацию за реабилитацией.
Эти самые просьбы он передавал через Инессу Георгиевну и Виталия Олеговича. И я осознавала, что бывшие свёкры не доносят до меня даже десятой части того, о чём их умоляет Марков.
Я всё же собиралась съездить к Киру - бросать тяжелобольного человека, когда он так отчаянно нуждался в моём визите, казалось мне слишком жестоким. А я, несмотря на всё, что сделал по отношению ко мне бывший муж, не стала той, в ком остались лишь ненависть и желание сказать: тебе плохо - ты это заслужил! Так что навестить Маркова планировала, но пока не понимала, как к этому отнесётся Миша.
- У тебя есть, что мне сказать, - проговорил Воробьёв, когда мы с ним готовили ужин у нас дома.
Не так давно переехали в частный сектор - просто однажды встали утром и решили: хотим жить загородом. Причём случилось это таким образом, что мы пришли к данному выводу не сговариваясь.
А после того, как одновременно наперебой заговорили о потребности покинуть каменные джунгли и начать существовать вне гигантских высоток, стало ясно, что нам пора присматривать себе дом.
И вот несколько месяцев кряду мы являлись счастливыми обладателями жилья на сто с лишним квадратов. Которое стало тем местом, где нам было хорошо и уютно на все миллион процентов.
- Да, есть, - откликнулась я, отложив нож, которым сосредоточенно нарезала овощи. После чего повернулась к мужу: - Я хотела бы завтра съездить к Киру, если ты не против.
Посмотрев на того человека, который, как я была уверена, не станет устраивать мне истерик на ровном месте, я ждала ответа. Но даже до того, как Миша произнёс хоть слово, знала: он поймёт меня. И примет моё желание поехать к Маркову, как некоторую норму.
- Малыш, у нас нет понятия «я против», как ты помнишь, - мягко проговорил Воробьёв, тоже отодвинув от себя тарелки. - Для тебя это важно, а значит, важно и для меня. Конечно, тебе нужно ехать.
Я ведь знала, что он это скажет… именно данные слова. Но даже понимая, что именно услышу, сейчас восприняла всё так, словно это было чем-то неожиданным. Потому что привыкнуть к взаимопониманию было до сих пор нелегко.
- Спасибо тебе, - сказала те слова, которые Миша от меня слышал регулярно. - Ты у меня лучший.
В ответ муж притянул меня к себя и пошутил:
- Если есть лучший, то должен быть и худший, я верно понимаю?
На что я лишь покачала головой и ответила совершенно искренне:
- Никого нет. Ты у меня один. И это навсегда.
И меня даже уверять не нужно было в том, что в свою сторону я могу быть убеждена ровно в том же самом…
*
Я не видела конечной цели в нашей с Кириллом встрече, хотя и понимала, что нам стоит увидеться. Однако никак не могла понять, что именно нужно от меня Маркову. Если уж он настолько сильно молил родителей, чтобы они передали мне, насколько остро ему необходимо со мной встретиться, значит, у этого должна быть причина.
Не хочет же он просто просить у меня прощения, в самом-то деле?
В целом, когда я наконец приехала к Маркову, все мысли из моей головы испарились, потому что к увиденному я была не готова.
Знала, что Кир сильно пострадал от пожара, но та картина, что предстала моим глазам, всё равно никак не могла уложиться в рамки разумного.
В том человеке, который сидел в инвалидном кресле, я не узнала бывшего мужа, что меня весьма шокировало, хотя я очень старалась не показывать вида…
И только глаза, в которых отражались истинные эмоции, и в которые я столько раз смотрела, любуясь своим отражением, говорили о том, что передо мною действительно Кирилл Марков.
На какое-то время мы замерли, глядя друг на друга, а потом Кир, словно боясь, что я попросту развернусь и исчезну, махнул рукой и показал мне: подойди к столу.
Он знал, что я приеду, и, видимо, подготовился к этому. Когда я выполнила его молчаливую просьбу, поняла, что Марков просил меня ознакомиться с документами, что ждали моего прибытия.
Я нахмурилась, читая сначала одну бумагу, затем вторую, пока в мозгу моём не стали сопоставляться некие моменты, ради которых я здесь и оказалась.
Выяснялось, что Кирилл не только восстановил свою фирму, но ещё и управлял ею дистанционно. А сейчас она и вовсе приносила ему ощутимый доход.
И всё это богатство он отписывал своему сыну.
Точнее - нашему.
Что было своего рода попыткой искупить свою вину, как я понимала. Только в связи с этим у меня вставал вопрос: как именно я всем этим стану руководить? Об этом, похоже, Марков не подумал.
- Это всё, для чего ты меня звал? - спросила я у Кирилла, взглянув в его глаза.
Только в них я видела Маркова прошлого, причём не того, кто легко и просто разрушил наш брак, а человека, с которым хотела прожить всю жизнь.
Сейчас я желала говорить именно с ним, с той поправкой, что судьбы у нас были очень даже параллельными.
- Да, - прохрипел Кир, и взгляд его заволокло туманом невыплаканных слёз.
И мне нечего было больше сказать Маркову. Между нами не оставалось никаких недоговорённостей.
- Хорошо. Я попробую с этим разобраться, - ответила расплывчато, на что Кир усмехнулся - именно эту эмоцию я прочла на обезображенном пожаром лице.
- Ты не дочитала. Я ведь продумал и это. Есть люди, которые всем займутся.
Какое-то время он смотрел на меня, после чего оборвал этот зрительный контакт и, направив инвалидную коляску к окну, покинул моё общество. Повернулся ко мне спиной и стал смотреть вдаль, тем самым заканчивая нашу беседу.
И я продолжать её тоже не стала. Просто забрала бумаги и вышла.
Делать рядом с Кириллом Марковым мне было больше нечего.
***
Сидя на террасе нашего дома, где мы любили расположиться с Мишей даже поздней осенью, я пила кофе и смотрела вдаль.
Мне особенно нравился тот вид на вековые сосны, которые олицетворяли собой стремление вверх.
Что бы ни случилось, какая суета бы ни происходила кругом. Я созерцала этот вид и осязала ту мощь, которая таилась в этой картине.
- О чём думаешь? - задал мне вопрос муж, на что я отреагировала не сразу.
Просто и впрямь так глубоко ушла в свои мысли, что даже пришлось встрепенуться, чтобы из них выбраться.
- Думаю о том, что если ты пребываешь в каком-то месте, и тебе оттуда не хочется бежать, значит, ты находишься в единственно верной для себя точке, - изрекла задумчиво.
На что Воробьёв сразу же кивнул и проговорил:
- Философски… Но мне понятно, о чём ты. Сам думал о подобном не так давно и пришёл к такому же выводу.
Слышать эти признания от него было одновременно удивительно и закономерно. Но я ведь уже давно поняла, что мы думаем плюс-минус одинаково, правда?
- От тебя мне точно совсем не хочется бежать. Даже если погонишь, - проговорила я, когда Миша присел рядом и так привычно, но одновременно по-новому положил руку мне на плечи.
- Я не погоню… Я ведь не дурак, - ответил муж, и я улыбнулась.
Судьба моя хоть и сложилась в определённый момент так, что я получила весьма болезненный и запоминающийся урок, сейчас всё плохое уже давно осталось в прошлом.
В настоящем же я была любимой и любящей матерью, женой, дочерью… И просто счастливой женщиной.
И именно из этой точки, в которой находилась в данный момент, мне не хотелось никуда деваться.
А это значило, что я пребываю в единственно верном месте, где мне и надлежит быть.
Значит всё случилось ровно так, как и должно было быть.
Сейчас я была в этом абсолютно уверена.
Конец. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Жаль, но я тебя люблю", Полина Рей ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10