Джентльмены на прогулке
На календаре декабрь 1899 года. Конец прекрасной викторианской эпохи. Британская империя — это глобальный левиафан, над которым, как известно, никогда не заходит солнце. В Лондоне уверены: любая проблема решается отправкой пары полков в красных (или уже хаки) мундирах. А тут какие-то фермеры на юге Африки решили, что могут диктовать свои условия Короне.
Война с бурами виделась из лондонских клубов легкой прогулкой. Ну, право слово, что могут противопоставить регулярной армии Ее Величества эти бородатые люди в шляпах, которые и строем-то ходить не умеют? Генералы собирались покончить с этим недоразумением к Рождеству, выпить шампанского в Претории и вернуться домой героями.
Однако реальность, как это часто бывает, имела на этот счет свои, весьма саркастичные планы. В историю эта неделя декабря войдет как «Черная неделя». И жемчужиной в короне британских неудач станет битва при Магерсфонтейне.
Лорд, который спешил
Главным действующим лицом со стороны Империи выступал генерал-лейтенант Пол Сэнфорд Метьюэн, 3-й барон Метьюэн. Человек, безусловно, достойный, с прекрасной родословной и образованием Итона. Типичный представитель британской военной аристократии: храбрый, уверенный в себе и абсолютно убежденный в превосходстве британского духа над материей.
Лорд Метьюэн спешил. Его задачей было деблокировать Кимберли — город алмазов и Сесиля Родса, который буры взяли в плотное кольцо. Метьюэн выбрал самый очевидный путь — вдоль железной дороги. Почему? Потому что в Южной Африке с водой туго, а паровозы могут возить цистерны. Логично? Безусловно. Предсказуемо? Абсолютно.
Британский командующий действовал по учебникам, которые отлично работали против зулусов или суданских дервишей. Тактика была проста, как удар кирпичом: артиллерийский обстрел, развертывание пехоты, штыковая атака, победа. Противник, по мнению Метьюэна, должен был занимать господствующие высоты (холмы, или, как их называют в Африке, «копье»). Ведь любой уважающий себя военный залезет на гору, чтобы стрелять оттуда, верно?
Фермеры с «Маузерами»
С другой стороны шахматной доски находились буры. Люди, которые с молоком матери впитывали два навыка: метко стрелять и ездить верхом. Их армия напоминала скорее ополчение или, говоря современным языком, масштабный слет реконструкторов-энтузиастов, только с боевыми патронами. У них не было шагистики, не было жесткой субординации, зато была мотивация — они защищали свой дом.
И у них были винтовки «Маузер» образца 1895/96 года. Это чудо немецкой инженерной мысли, стрелявшее патронами 7×57 мм, превосходило британские «Ли-Метфорды» и «Ли-Энфилды». «Маузер» бил точнее, дальше, а главное — использовал бездымный порох. В условиях африканского вельда это меняло всё: стрелка было практически невозможно обнаружить.
Но главное оружие буров звали Коос Де ла Рей.
Лев Западного Трансвааля меняет правила игры
Если Метьюэн был воплощением традиций, то генерал Коос Де ла Рей оказался провидцем. Этот человек с пронзительным взглядом и окладистой бородой, напоминающий ветхозаветного пророка, понял одну простую вещь: современное оружие убивает старую тактику.
После нескольких стычек Де ла Рей осознал, что холмы — это ловушка. Британская артиллерия, мощная и многочисленная, просто смешивает с землей все, что находится на возвышенности. Лиддитные снаряды (начиненные пикриновой кислотой) превращали вершины копье в филиал ада.
И тогда Де ла Рей предложил революционную идею, от которой у старого бурского генерала Пита Кронье (формального командующего) едва не выпала трубка изо рта.
— Мы не будем занимать холмы, — сказал Де ла Рей. — Мы зароемся в землю перед ними.
Геометрия смерти
План Де ла Рея был гениален в своей простоте и коварстве.
- Позиция: Окопы рылись у подножия высот Магерсфонтейна, в ровной степи.
- Маскировка: Брустверы маскировались кустарником и травой. С расстояния в сотню метров их было не видно.
- Настильный огонь: Стреляя с вершины холма, вы часто перелетаете через голову наступающего или бьете перед ним. Стреляя с уровня земли, пуля летит параллельно поверхности на высоте человеческого роста сотни метров. Это называется «кинжальный огонь». Любой, кто встанет в полный рост, гарантированно получает пулю.
Генерал Кронье, человек старой закалки, долго упирался. Ему казалось дикостью сидеть в яме, когда рядом есть отличная гора. Но Де ла Рей был настойчив, и Кронье, скрепя сердце, согласился. Буры взялись за лопаты.
Они вырыли узкие, глубокие траншеи, в которых можно было стоять в полный рост. Сверху они были укрыты так искусно, что даже британские разведчики с биноклями не заметили ничего подозрительного.
Nota bene:
Забавно, что эту тактику Де ла Рея потом будут изучать во всех военных академиях мира, а через 15 лет, в Первую мировую, в землю зароется вся Европа. Но в 1899 году это было ноу-хау, достойное патента.
Ночь, дождь и компас
10 декабря лорд Метьюэн решил, что пора заканчивать. Его план был классикой жанра: мощная артподготовка по холмам (где, как он думал, сидят буры), а затем ночной марш гвардейской Шотландской бригады, чтобы на рассвете ударить в штыки.
Артиллерия Ее Величества добросовестно перепахала склоны Магерсфонтейнских высот. Лиддит взрывался, камни летели во все стороны, красивый желтый дым окутывал вершины. Британские офицеры с удовлетворением наблюдали за фейерверком. Буры в своих окопах у подножия холмов, вероятно, пили кофе и с интересом наблюдали за тем, как англичане воюют с геологическими породами. Потери от обстрела у буров были минимальны — пара царапин.
Роковая прогулка
Ночью началась вторая часть марлезонского балета. Шотландская бригада — элита из элит: «Черная стража», «Горцы Сифорта», «Горцы Аргайла и Сазерленда», «Легкая пехота Хайленда». Парни в килтах, суровые, как скалы Шотландии.
Ими командовал генерал-майор Эндрю Воучоп. Опытный служака, которого солдаты обожали. Но в эту ночь Воучоп был мрачен. Он не любил ночные марши, он не верил в успех, но приказ есть приказ.
Погода решила подыграть бурам. Небо разверзлось тропическим ливнем. Тьма была, как говорят, «хоть глаз выколи». Четыре тысячи человек шли плотной колонной. Это такое построение, когда солдаты идут плечом к плечу, буквально держась друг за друга, чтобы не потеряться. Компактная, плотная масса людей. Идеальная мишень, если знать, где она.
Генерал Воучоп вел своих людей по компасу. Из-за грозы (или из-за залежей железной руды в холмах, как утверждали потом оправдывающиеся офицеры) компас начал чудить. Колона немного сбилась с курса.
Дождь лил, люди скользили в грязи, спотыкались о кусты и муравейники. Нервы были натянуты, как струны.
К 4 утра дождь стих. Небо начало сереть. Воучоп решил, что они еще далеко от позиций врага, и не стал разворачивать бригаду в боевой порядок. Они продолжали идти плотной толпой.
До окопов Де ла Рея оставалось 400 метров.
Утро, которое не наступило
Представьте себе картину: рассветная тишина, запах мокрой травы и озона. Четыре тысячи шотландцев в килтах выходят из темноты. Они думают, что враг где-то там, высоко на горе.
И вдруг земля перед ними взрывается.
Это не метафора. Тысячи винтовок «Маузер» открыли огонь одновременно. Плотность огня была такой, что очевидцы говорили: «Казалось, кто-то нажал кнопку на гигантской машине, посылающей свинец». Пули летели низко, прошивая плотные ряды шотландцев насквозь. Одна пуля могла задеть двоих или троих.
Эффект был чудовищным. Бригада, не успевшая развернуться, оказалась в ловушке. Первые ряды остались на месте, остановленные шквальным огнем. Генерал Воучоп погиб одним из первых. Его последние слова, по легенде, были: «Не вините меня, парни».
Хаос воцарился мгновенно. Кто-то пытался броситься в атаку, кто-то падал на землю, кто-то в панике бежал. Но бежать было некуда — сзади свои, впереди стена огня.
День под палящим солнцем
Те, кто уцелел в первые минуты, залегли. И тут начался второй акт драмы, не менее тяжелый. Солнце взошло и начало жарить. Температура поднялась под 40 градусов.
Шотландцы лежали лицом в землю в нескольких сотнях метров от бурских окопов. Поднять голову было невозможно — любое движение вызывало шквал огня. Воды не было. Килты, оставляющие ноги открытыми, сыграли злую шутку: солнце немилосердно палило незащищенную кожу. А потом появились муравьи, доставлявшие лежащим дополнительные страдания.
Артиллерия Метьюэна пыталась помочь, но снова била по верхушкам холмов. Лорд Метьюэн, наблюдавший за боем издалека, казалось, впал в ступор. Он бросил в бой резервы — Гвардейскую бригаду, но и они не смогли переломить ситуацию.
Британцы притащили воздушный шар для наблюдения. Офицер в корзине висел над полем боя и передавал корректировки. Это помогло немного успокоить огонь буров, но вытащить шотландцев из ловушки не удавалось до самого вечера.
Викинги в африканской степи
В этой истории нельзя не упомянуть один уникальный эпизод, который показывает, что не только буры сражались против Империи. На стороне республик воевали добровольцы со всего света: немцы, французы, ирландцы, русские и, конечно, скандинавы.
В битве при Магерсфонтейне участвовал Скандинавский корпус — около сотни шведов, датчан, норвежцев и финнов. Ими командовал капитан Йоханнес Флигт. Эти парни занимали передовую позицию между основными силами буров.
Когда шотландцы (а именно «Горцы Сифорта») пошли в одну из контратак, пытаясь прорваться во фланг, они наткнулись на скандинавов. Горстка викингов (всего около 50 человек на той конкретной позиции) приняла бой против целого батальона.
Они держались с невероятной стойкостью. Буры приказывали им отступить, но приказ где-то затерялся, или они решили его проигнорировать. Скандинавский корпус был практически уничтожен. Из 50 человек на аванпосте в строю осталось меньше десятка. Но они задержали британцев и не дали им обойти бурские позиции. Генерал Кронье позже скажет: «После Бога мы обязаны победой скандинавам».
Это к вопросу о «русском следе». Хотя именно в этом окопе русских добровольцев было немного (или не было зафиксировано поименно в тот день), дух интернациональной помощи бурам витал над полем боя. Русские врачи и волонтеры в это время спасали жизни в других госпиталях Трансвааля, и вся Россия с замиранием сердца следила за успехами «своих» буров.
Финал трагедии
К вечеру стрельба стихла. Шотландцы, воспользовавшись темнотой, наконец смогли отползти. Поле боя представляло собой тяжелое зрелище. Множество павших в килтах остались на поле перед бурскими окопами.
Метьюэн, осознав масштаб катастрофы, на следующий день приказал отступать. Перемирие для сбора пострадавших было, пожалуй, самым сюрреалистичным моментом: британские врачи и буры вместе ходили по полю, обменивались флягами и сигаретами, помогая раненым. Буры не испытывали ненависти к простым солдатам («Томми»), они понимали, что тех отправили в безнадежную атаку бездарные командиры.
Итоги: почему это важно?
Битва при Магерсфонтейне стала шоком для Лондона.
- Потери: Британия потеряла около 950 человек (убитыми, ранеными и пленными). Элита армии, Шотландская бригада, понесла тяжелейшие потери. Буры потеряли около 250 человек.
- Тактика: Стало ясно, что лобовые атаки на окопавшегося противника, вооруженного магазинными винтовками, — это самоубийство. Эра «джентльменской войны» закончилась.
- Политика: Это поражение, вместе с неудачами при Стормберге и Коленсо, сформировало «Черную неделю». В Британии начался траур. Королева Виктория, говорят, была в ярости (хотя публично заявила: «В моем доме не интересуются возможностью поражения»).
Лорд Метьюэн не был снят с командования сразу, но его репутация была уничтожена. А буры... Буры поверили в то, что Бога можно не только просить о помощи, но и помогать Ему правильной фортификацией.
Магерсфонтейн показал всему миру (и внимательным наблюдателям из России и Германии), как будет выглядеть война ХХ века. Окопы, колючая проволока и свинцовый град из ниоткуда. Жаль только, что не все усвоили этот урок сразу.
Постскриптум: оружие и цифры
Для любителей технической части — небольшое пояснение, почему все вышло именно так.
Винтовка Маузера (Mauser Model 1895):
- Калибр: 7×57 мм.
- Особенность: Настильная траектория, высокая скорострельность (обойменное заряжание).
- Главный козырь: Бездымный порох. В отличие от британцев, чья артиллерия и старые винтовки часто выдавали позицию облаками дыма, буры стреляли «инкогнито».
Британская тактика:
- Ночные марши: Рискованная затея, требующая идеальной координации. В условиях грозы и отсутствия точных карт — рулетка.
- Плотный строй: Идеален для управления войсками голосом (как в наполеоновские войны), но смертелен при наличии пулеметов и скорострельных винтовок.
Скандинавский корпус:
- Состав: Шведы, датчане, норвежцы, финны.
- Потери: В бою при Магерсфонтейне из состава аванпоста погибли или были ранены/пленены почти все (по разным данным, из 52 человек уцелело невредимыми лишь несколько). Памятник им стоит на поле боя до сих пор. Надпись на нем гласит: «Они не могли отступить. Они могли только пасть».
Эта битва — напоминание о том, что высокомерие на войне наказывается быстрее и жестче, чем в обычной жизни. И о том, что даже самая могущественная империя может споткнуться о простой окоп, если он вырыт в правильном месте умными людьми.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!
Также вас могут заинтересовать эти подробные статьи-лонгриды:
Времена меча и топора: военная драма Древней Руси от Калки до Куликова поля
Мормонские войны. Акт первый: американский пророк
Оформив подписку на премиум вы получите доступ ко всем статьям сразу и поддержите мой канал!
Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера