Перхоть не проходит, кожа головы чешется, а на голове вдруг появились круглые «пятна» без волос? В этом интервью с врачом-косметологом, дерматовенерологом, трихологом Быстровой Екатериной Владимировной разбираем, чем обычная перхоть отличается от себорейного дерматита, как грибок, аутоиммунная алопеция и даже сифилис могут маскироваться под «безобидные хлопья», заразен ли псориаз и в какой момент нужно срочно идти к дерматологу, а не покупать очередной шампунь «от зуда и перхоти».
Иногда всё начинается почти безобидно: немного перхоти, лёгкий зуд, «ну подумаешь, кожа сухая». Потом появляются странные круглые «пятна» без волос, шампунь от перхоти перестаёт работать, а где-то в глубине головы всё время чешется и ноет тревога: «А вдруг это что-то серьёзное? Вдруг заразно? Вдруг вообще не лечится?»
Кто-то покупает третий подряд лечебный шампунь. Кто-то пьёт БАДы «для густых волос». Кто-то обвиняет во всём наращивание, стресс или гормоны. Но редко кто в этот момент идёт к врачу — хотя именно здесь решается, останется это косметической неприятностью или превратится в хроническую проблему кожи головы.
Хотите разобраться, где просто перхоть, а где уже себорейный дерматит, почему круглые «проплешины» могут быть как следствием банальной травмы, так и проявлением аутоиммунного заболевания или сифилиса, чем опасно регулярное наращивание и в каких случаях псориаз действительно «любит» кожу головы? Тогда читайте наше интервью с Быстровой Екатериной Владимировной, врачом-косметологом, дерматовенерологом, трихологом.
В этой части интервью она простым языком объясняет, какие сигналы волос и кожи головы ни в коем случае нельзя игнорировать, когда шампунь уже не помощник и почему путь к красивым волосам иногда начинается с кабинета дерматолога, анализов и очень честного разговора о здоровье в целом.
БАДы «для густых волос» и наращивание: когда помощь превращается в вред
– Имеет ли смысл принимать какие-то биодобавки именно «для волос»? Витамины, комплексы для кожи, волос и ногтей — всё это вообще работает?
– Работает, но только в одном случае: если мы понимаем, что внутри всё в порядке.
Начинаем мы всегда не с покупки баночки, а с проверки — с чекапа на основные дефицитные состояния.
Волос — это самый быстрорастущий «орган» в нашем теле. Он потребляет очень много белка и нуждается в большом количестве микроэлементов. Если чего-то не хватает, структура волоса не может быть полноценной: он становится ломким, тусклым, сухим, может секущимся.
Поэтому первый шаг — убедиться, что в организме нет дефицитов. Мы смотрим железо, ферритин, витамин D, В12 и другие показатели, оцениваем питание, общее состояние.
Если дефицитов нет, тогда да, подойдут обычные профилактические витамины для кожи, волос и ногтей. Это поддержка, «подкормка» системы.
Если же проблема уже есть — выпадение, ломкость, выраженная сухость — мы сначала восполняем дефициты терапевтическими дозировками. А уже потом, когда ситуация стабилизировалась, подключаем профилактические курсы — один–два раза в год.
– А есть ли какие-то процедуры, которые однозначно вредят волосам? Например, кератиновое выпрямление, наращивание?
– Однозначный «фаворит» по вреду — это наращивание.
Почти 100% пациентов с нарощенными волосами, которые приходят ко мне, жалуются на выпадение после снятия капсул. И это закономерно.
Капсулы с волосами, которые прикрепляются к свои волосам, имеют разный вес:
на височной области они самые лёгкие, на затылке — чуть крупнее, в теменной зоне — самые тяжёлые. Но даже самые миниатюрные капсулы — это дополнительный вес, который постоянно тянет собственный волос вниз.
Дальше включается обычная жизнь: человек моет голову, расчёсывается, цепляется волосами за одежду, аксессуары — и всё это происходит уже с дополнительным «грузом» в виде капсул.
Если девочка носит наращивание месяц и дольше, чаще всего мы видим не просто выпадение, а именно вытягивание волос: фолликул не выдерживает постоянной нагрузки, и волос выдёргивается вместе с корнем.
После того как капсулы снимают, девушка вдруг видит в зеркале, что своих волос стало заметно меньше. И здесь срабатывают сразу два момента:
– во-первых, она привыкает к большому объёму — к себе «с густой гривой»;
– во-вторых, снятие капсул даёт резкий контраст: и донорские пряди ушли, и свои волосы частично потеряны.
Возникает ощущение, что «без наращивания я вообще лысая», и человек подсаживается на этот круг: одно наращивание сменяет другое, а собственных волос становится всё меньше и меньше.
– Да, это, мягко говоря, не самая удачная история.
– Именно. Всегда помним, что из одного фолликула может вырасти до 30 волос. И если обычный жизненный цикл составляет 5 лет, то вот на 100 лет нам волос хватит. Любые состояния, способствующие более быстрому выпадению, очень сильно сокращают этот временной ресурс. При регулярном наращивании свои волосы попросту закончатся раньше положенного времени. Это как женщины которые выдергивали брови десятилетиями в 80-90-х, в конечном итоге остались без бровей в 21-м веке. Поэтому, если и делать наращивание, то только как разовую историю «под событие»: свадьба, важная съёмка, выпускной. Сделали, поносили, сняли — и всё.
Если же человек планирует делать наращивание регулярно, хотя бы нужно параллельно поддерживать волосы.
Во-первых, использовать сыворотки, которые стимулируют рост волос и поддерживают фолликулы.
Во-вторых, если есть возможность — подключать инъекционные методики: плазмотерапию или мезотерапию. Они усиливают кровоснабжение, доставляют к корням дополнительные питательные вещества, стимулируют рост новых волос.
По сути, мы заранее понимаем, что будем травмировать волосы — выдёргивать часть из них вместе с фолликулами за счёт нагрузки. И поэтому стараемся компенсировать этот ущерб: простимулировать рост, немного «уплотнить» ресурс, прежде чем начать его тратить.
Круглые «проплешины»: от грибка до аутоиммунных сбоев — когда нужно бежать к дерматологу
– Ну что ж, давайте поговорим про более серьёзные случаи. Бывает, что у женщины на голове появляются круглые очаги — как «пятна», где волосы выпали. Что это за болезнь? Насколько она заразна? И можно ли её вылечить?
– Когда мы видим очаг потери волос, особенно такой круглый или овальный, это ещё не диагноз.
Это всего лишь форма, по которой волосы выпали.
И вот здесь очень важно не заниматься самолечением по советам из интернета, а как можно быстрее попасть к дерматологу или трихологу. Потому что под таким «кругляшком» может скрываться совершенно разная причина — от банальной травмы до серьёзного заболевания кожи или иммунной системы.
Начнём с самого простого. Волосы можно… просто вырвать.
У меня была пациентка, которая поссорилась в баре с другой девушкой. В ходе перепалки та схватила её за волосы и выдрала прядь. В итоге образовался небольшой очаг без волос — округлая зона, но с неровными, «рваными» краями. Это травматическая потеря волос. Она выглядит пугающе, но причина очевидна.
Дальше — грибковые заболевания кожи головы.
Грибок проникает в стержень волоса, начинает расти внутри, и волос становится хрупким, слабым, буквально ломается у поверхности кожи. В результате мы видим округлый или овальный участок, где волосы как будто «обломаны» под корень, а кожа может шелушиться.
Вот в этой ситуации важно не тянуть, а именно бежать к дерматологу и делать соскоб на грибы. Лечение здесь почти всегда системное: одной мазью проблему не решить, потому что поражается сам волос. Грибковые инфекции могут быть заразными: через общие расчёски, полотенца, головные уборы.
Есть и другая история — аутоиммунное заболевание по типу гнёздной (очаговой) алопеции.
У нас есть такое понятие, как иммунная привилегия фолликула — это особый режим, при котором иммунная система «не видит» волосяной фолликул и не атакует его.
При гнездной алопеции этот режим ломается: иммунные клетки начинают «рассматривать» фолликул как чужеродный объект и вырабатывать против него антитела. В итоге волосы на этом участке выпадают. Причём характерная деталь — первыми выпадают пигментированныеволосы.
Именно поэтому, когда очаг начинает зарастать, в центре часто появляются седые волоски — волосы без пигмента. Это не «признак старости», а следствие того, что по ним иммунитет «ударил» меньше.
Такое состояние не заразно. Причину этого сбоя до конца не знают, но очень часто он появляется на фоне сильных стрессов и жизненных изменений. У детей — это может быть переход в школу, смена школы, тяжёлая ситуация в семье, развод родителей. У взрослых — переезд, серьёзные эмоциональные потрясения, хронический стресс.
Гнездная алопеция нередко сочетается с другими аутоиммунными заболеваниями (когда иммунитет атакует собственные ткани): сахарным диабетом 1-го типа, аутоиммунным тиреоидитом (воспалением щитовидной железы) и другими.
Если такое произошло в детстве, был один очаг, он зарос, и больше рецидивов нет, — прогноз чаще всего неплохой.
Если же гнездная алопеция впервые проявилась уже во взрослом возрасте, вероятность того, что эпизоды будут повторяться, к сожалению, выше.
Отдельная большая тема — рубцовая алопеция.
Здесь в коже протекает воспалительный процесс, вслед за которым фолликул погибает совсем. Сначала мы видим небольшие очаги, потом они могут увеличиваться, сливаться между собой, приобретать овальные или неправильные формы. На месте погибших фолликулов образуется рубцовая ткань, и волосы там уже не вырастут — это состояние тоже не заразно, но очень серьёзно и требует ранней диагностики.
И, наконец, ещё один важный «маскировщик» — сифилис.
При сифилитическом поражении волос тоже может наблюдаться очаговое выпадение, иногда в виде мелких «прореженных» зон. Это состояние заразно, и его обязательно нужно исключать.
– Неужели сифилис сейчас всё ещё распространён? Честно говоря, кажется, что это какая-то «болезнь из прошлого».
– Сифилис никуда не делся. Изменилось то, как он себя ведёт.
Сейчас он часто протекает более скрыто, смазано. Нет тех ярких, классических картинок, которые показывали в старых учебниках: выраженных язв, обильной сыпи по всему телу. Это могут быть всего лишь единичные пятнышки на ладонях или стопах, которые легко принять за аллергию или сухость кожи.
Главный путь передачи сифилиса по-прежнему половой. Но возможны и другие варианты заражения при тесном бытовом контакте, особенно при наличии повреждений кожи или слизистых. Потому в больших коллективах, детских учреждениях, при общем пользовании предметами гигиены он тоже может распространяться.
Важно понимать: сифилис заразен. И если мы видим очаги выпадения волос, плюс есть малейшие подозрения или риск-факторы, обязательно назначаются анализы на сифилис, чтобы подтвердить или исключить эту причину.
Поэтому, когда у человека появляются очаги выпадения волос, круги или «пятна» на голове, список вариантов очень большой:
от грибка и травмы до аутоиммунной алопеции, рубцового процесса и инфекции вроде сифилиса.
И первый специалист, к которому нужно идти, — дерматолог.
Желательно именно в кожно-венерологический диспансер, где можно сразу сделать соскоб на грибы, сдать анализы на сифилис и другие инфекции, а уже потом, с готовыми результатами, ставить окончательный диагноз и вместе с врачом решать, что делать дальше.
Перхоть или уже себорейный дерматит? Когда «хлопья на плечах» — это не косметика, а диагноз
– Скажите, как отличить себорейный дерматит от обычной перхоти? И когда уже пора обращаться к врачу?
– Если честно — можно и нужно обращаться сразу.
Вот вчера у меня была пациентка: четыре года её беспокоят зуд и перхоть. Два последних года она сама себе «назначила лечение» — один и тот же аптечный лечебный шампунь.
В результате мы имеем:
во-первых, она так и не обследована и ходит с невыясненным диагнозом;
во-вторых, у неё уже сформировалась устойчивость микрофлоры к действующему веществу этого шампуня — он просто перестал работать.
По факту у неё — себорейный дерматит (воспалительное заболевание кожи головы, связанное с работой сальных желёз и дрожжеподобными грибками Malassezia).
Что это такое? Это изменение микрофлоры кожи в сторону увеличения количества этих дрожжеподобных грибов. В процессе своей жизнедеятельности они вызывают воспаление кожи. Всё это происходит на фоне избыточной продукции кожного сала.
И это уже точно не «просто косметический дефект». Это состояние, которое нужно лечить по схеме, а не «мазать чем-нибудь от перхоти».
– То есть на глаз отличить сложно?
– Субъективно — да, отличить почти нереально. И при обычной перхоти, и при себорейном дерматите есть шелушение и зуд.
Разница в деталях. При обычной перхоти чаще кожа сухая, шелушение — мелкое, может быть чувство стянутости, дискомфорта. Чешуйки белого цвета, сухие. При себорейном дерматите кожа, как правило, жирная,, чешуйки светло-желтого цвета, жирные.
Но даже сухая кожа головы — это не норма.
Вот этот «тихий, терпимый» зуд со временем может привести к изменениям микрофлоры и уже перейти в воспалительный процесс. Кожа по идее должна иметь естественную степень жирности: кожное сало — это защита. Если его мало, барьер страдает.
Поэтому при сухой коже головы мы тоже не просто терпим, а корректируем уход:
выбираем более мягкие шампуни без сульфатов, по типу кожи;
делаем деликатные пилинги кожи головы, чтобы убрать лишнее шелушение;
добавляем сыворотки и уход, которые смягчают и увлажняют кожу.
Это так же, как с кожей рук: они не должны быть постоянно сухими и потрескавшимися. Кожа головы — такой же кожный покров, он тоже должен быть увлажнён и защищён.
– То есть и перхоть, и себорейный дерматит — лечатся?
– Правильнее сказать — корректируются, а не «вылечиваются раз и навсегда».
Если кожа изначально склонна к жирности — это её тип. Его нельзя «отменить», его нужно грамотно корректировать. Себорейный дерматит — это ухудшение на фоне каких-то провоцирующих факторов:
погрешностей в питании,
сбоев в эндокринной системе,
проблем с желудочно-кишечным трактом,
неподходящего домашнего ухода.
Наша задача — подобрать такую схему, при которой кожа будет вести себя спокойно: без постоянного воспаления, зуда и хлопьев на плечах.
То же самое с сухой кожей: это состояние, которое требует ухода и регулярной коррекции, а не героического терпения.
– Мы ещё в прошлый раз говорили о такой болезни, как псориаз кожи головы. Насколько я помню, эта болезнь вообще не лечится, и, по-моему, она заразна. Может быть, за последние годы что-то изменилось? Появились новые способы лечения?
– Начнём с главного: псориаз не заразен, но может передаваться от родителей детям (может быть генетическое наследование)
Это хроническое неинфекционное воспалительное заболевание кожи— то есть проблема идёт изнутри организма. Чаще всего поражается только кожа, но процесс может распространяться на ногти, суставы, внутренние органы. У псориаза есть этапность: периоды обострения и периоды ремиссии.
В идеале мы добиваемся как раз ремиссии — когда все проявления ушли, а кожа долгое время «молчит». И это возможно. Для многих пациентов — на годы.
Но да, есть процент людей с тяжёлой формой псориаза, когда наружной терапии (шампуни, мази, лосьоны) недостаточно. В таких случаях прибегают к биологической терапии — это препараты, которые воздействуют на отдельные звенья иммунного ответа. Сейчас это активно изучается, есть доказательные схемы, но лечение дорогостоящее и подбирается строго по показаниям.
Псориаз волосистой части головы может быть изолирован — только на голове, без высыпаний на теле. А может сочетаться с псориазом кожи тела, лица, локтей, коленей и других зон.
Лечим всё, что видим: если псориаз проявляется и на голове, и на теле, работаем с обеими зонами.
– Я слышала, что псориаз связан со стрессом, тревожностью, хроническим напряжением.
– Стресс и псориаз действительно связаны, но важно расставить акценты.
Псориаз — генетически обусловленное заболевание. Если у одного или обоих родителей он был, вероятность, что он проявится у ребёнка, выше. Но всегда есть «первичный пациент» в семье — человек, у которого псориаз впервые возник без видимой семейной истории.
Чтобы заболевание проявилось, нужен триггер. И хронический стресс — один из самых частых.
Стресс — это вообще универсальная кнопка поломок в организме. Он может запускать:
заболевания кожи и волос,
нарушения работы желудочно-кишечного тракта,
сахарный диабет 2 типа,
язвенную болезнь,
гипертоническую болезнь и многое другое.
Поэтому, когда мы видим пациента с псориазом, мы смотрим не только на кожу, но и на образ жизни, уровень стресса, качество сна, питание. Потому что таблеткой мы можем снять обострение, но для долгой ремиссии нужно менять и фон, на котором всё это происходит.
Если вы замечаете у себя странные «островки» без волос, годами живёте с зудом и перхотью, маскируя плечи тёмной одеждой, или боитесь, что за изменениями на коже головы может скрываться грибок, псориаз или даже инфекция, — самое время перестать угадывать диагноз по картинкам в интернете.
Кожа головы и волосы очень чутко реагируют на внутренние сбои: гормоны, иммунную систему, стресс, питание. И там, где мы видим «всего лишь» хлопья и зуд, врач иногда находит серьёзные процессы, которые лучше поймать на старте, чем пытаться догонять через годы.
Быстрова Екатерина Владимировна, врач-косметолог, дерматовенеролог, трихолог, помогает пациентам не только подобрать «правильный шампунь», но и разобраться, что именно происходит с кожей головы, нужны ли анализы на грибок или сифилис, есть ли признаки аутоиммунного процесса, какой уход и лечение будут работать именно в вашем случае.
Если вы устали жить с вечной перхотью, зудом, страхом новых «пятен» на голове или неудачами после наращивания, запишитесь на консультацию к Екатерине Владимировне на сайте клиники. Это тот шаг, который может вернуть не только комфорт и уверенность в себе, но и ощущение контроля над собственным здоровьем.
Читайте также: