Мужчина напротив меня медленно размешивал сахар в капучино, будто этот простой жест требовал всей его концентрации и житейской мудрости. Я смотрела на него и пыталась понять, что выдает возраст сильнее - глубокие складки у рта, которые не разглаживались даже когда он молчал, или привычка то и дело поправлять редеющие волосы, зачесанные назад с отчаянной надеждой.
Это свидание я не планировала. Честно говоря, даже не собиралась отвечать ему в приложении, но что-то в его сообщении показалось забавным. Он представился "активным, энергичным мужчиной 50+", который "ведёт бизнес и обожает путешествия". На аватарке - снимок где-то у моря, в тёмных очках, скрывавших пол-лица. Фото было настолько размытым, что я и представить не могла, насколько драматичным окажется контраст с реальностью.
Мы встретились в кафе у парка после работы. Я пришла вовремя, он - на пятнадцать минут позже, но позвонил заранее, сказав спокойным, властным голосом: «Пробки, сам не рад. Я вообще человек пунктуальный». Когда он вошёл, я на секунду подумала, что это чей-то дедушка зашёл погреться. Он снял шапку и протянул её гардеробщику с такой основательностью, будто передавал фамильную реликвию верному слуге.
Только затем он направился ко мне, широко улыбнулся, уверенный в своей неотразимости, протянул руку и сказал:
- Ты прекрасна. Вживую даже лучше. Я уж боялся, что нынешние девушки только по фото судят и интерес быстро теряют.
Он устроился напротив, поправил пиджак, опустился на стул с лёгким стоном, будто поднялся пешком на несколько этажей. Я старалась улыбаться нейтрально, хотя разница между его фото и реальностью давила, как невысказанная шутка.
Мы заказали кофе. Он признался, что ему шестьдесят один, хотя в анкете было указано "52". Сказал это с таким видом, будто посвящал меня в большую государственную тайну.
- Все немного занижают, это же нормально. Ты, наверное, тоже год-другой где-то припрятала?
Я покачала головой.
- Нет, мой возраст настоящий.
Он откинулся на спинку стула, оценивающе посмотрел на меня.
- Тогда респект. Я честность уважаю. Хотя, если откровенно… мне бы, конечно, женщину помоложе. Лет до тридцати пяти, идеально. После сорока - это уже другое мироощущение. Больше претензий, меньше той самой лёгкости.
Он произнёс это так, будто делал мне одолжение, объясняя правила игры, в которой я уже почти проиграла.
И в этот момент я заметила, как его рука, державшая ложку, дрогнула. Совсем чуть-чуть, едва уловимо. Он сразу прикрыл её другой рукой, поправил манжет, но я успела заметить.
- Если для вас идеал - тридцать пять, зачем вы согласились на встречу со мной? - спросила я просто, потому что его логика напоминала кривые зеркала.
Он усмехнулся, будто ждал этого вопроса:
- Ну, во-первых, ты очень приятно выглядишь. Во-вторых, я ценю в женщине не только внешность, но и ум, зрелость. Но молодость… это естественное желание мужчины. Свежесть, энергия, огонёк - понимаешь?
Он говорил медленно, взвешивая слова, будто читал лекцию на тему "Что должен дарить мир зрелому мужчине". И чем дольше он говорил, тем явственнее становилось - он живёт в реальности, где возраст это лишь цифра в документах, а отражение в зеркале должно безропотно подчиняться его внутреннему ощущению себя двадцатипятилетним.
- Впрочем, я не привередлив, - продолжал он. - Могу рассмотреть и женщину постарше, если она ценит внимание, умеет быть благодарной и понимает, как сейчас мужчинам нелегко. Конкуренция, знаешь ли…
Пока он говорил, я разглядывала его крупные руки, с узловатыми суставами, морщины у глаз, которые вблизи рассказывали истории усталости откровеннее любых слов. И внутри меня назрел вопрос: почему некоторые мужчины уверены, что молодость женщины - это некий общий ресурс, к которому они имеют право доступа просто потому, что чувствуют себя молодыми душой?
Чтобы перевести дух, я спросила:
- А во сколько, по-вашему, женщина окончательно становится "взрослой" в плохом смысле?
Он ответил не задумываясь:
- После сорока, конечно. Энергия уже не та. Я жизнь повидал, мне виднее.
Я вздохнула. Редко встречала такую кристальную уверенность в собственной непогрешимости.
Его монолог напоминал странный семинар, где лектор путает аудиторию с личным дневником. Он вещал так уверенно, будто стоял за кафедрой, а не сидел за столиком с женщиной, которую видел первый раз в жизни. Самое забавное - его самооценка и возраст существовали в параллельных мирах. Он говорил о молодости как о товаре, который мужчина вправе выбрать получше и посвежее. И каждый раз, когда с его губ слетало слово "свежесть", я вспоминала, как он тяжело опускался на стул, как моргал чуть дольше обычного, скрывая усталость.
Я решила сменить тему.
- Вы говорили, что у вас бизнес. Чем именно занимаетесь?
Он оживился мгновенно.
- О, это долгая история, - начал он с важностью. - Раньше держал магазин, потом партнёр подвёл, пришлось свернуть деятельность. Но я не из тех, кто сдаётся. Сейчас консультирую, помогаю людям с инвестициями, оптимизацией. Работаю на себя, в общем.
- То есть доход стабильный? Вы же любите путешествовать.
Он вздохнул, будто речь зашла о чём-то болезненном:
- С путешествиями сейчас туговато, цены кусаются. Да и здоровье, признаться, не то. Но в душе я - тот же парень, что может рвануть в Турцию завтра же. Если, конечно, рядом будет правильная женщина. Та, что вдохновляет, даёт силы, а не только требует.
От этой фразы стало неловко. Словно он не разговаривал со мной, а зачитывал манифест о том, какой должна быть женщина при нём.
- То есть вам нужна та, что будет… давать энергию? - уточнила я как можно мягче.
Он кивнул:
- Естественно. Молодые это умеют. Они лёгкие, гибкие, с ними не грузно. А женщины постарше несут с собой багаж, требования, обиды. Мне чужие истории тянуть не хочется.
Я посмотрела на него пристальнее. Передо мной сидел мужчина шестидесяти одного года, рассуждавший о "гибкости" так, будто это качество даётся только тем, кто не нёс свою ношу. Его собственный багаж - развод, прогоревшее дело, дрожащие руки - словно не учитывался. Он стоял на берегу с длинным списком требований к кораблю, на который сам никогда не смог бы подняться.
И тогда я задала вопрос, который давно вертелся на языке:
- А сколько вам было, когда вы развелись?
Он нахмурился:
- При чём здесь это?
- Просто интересно.
Он помолчал.
- Пятьдесят четыре. Она стала холодной, отстранённой. Женщина должна вдохновлять, понимаешь?
Я кивнула.
- Вам сейчас шестьдесят один. Вы хотите рядом женщину тридцати пяти. И при этом говорите, что женщины после сорока слишком требовательны. Не кажется ли вам, что как раз тридцатипятилетняя, у которой есть карьера, цели и своя голова на плечах, будет требовать от партнёра гораздо больше - уважения, равенства, общих планов?
Он замолчал. Впервые за вечер не потому, что хотел сменить тему, а потому, что не нашёлся, что сказать.
Я продолжила:
- Молодость - это не про количество энергии. Это про отсутствие фальши. Про то, чтобы не ожидать, что кто-то придёт и решит твои внутренние вопросы, подлатает самооценку, сделает тебя счастливым. Молодые женщины вам нравятся не потому, что они "легче". А потому, что они, возможно, ещё не научились задавать те вопросы, которые заставят вас взглянуть на себя без прикрас.
Я допила кофе, поставила чашку на блюдце. Он следил за моими движениями, будто пытался угадать, ухожу я или нет.
- Вы интересный собеседник. И я вам по-человечески желаю встретить ту, с кем будет хорошо. Но, мне кажется, для начала стоит честно посмотреть в зеркало. Не в то, что висит в прихожей, а во внутреннее. И спросить себя: а что я могу дать той молодой женщине, которую хочу видеть рядом? Кроме материальной поддержки и "опыта"?
Он откинулся на спинку стула. Его лицо застыло.
- Ты прямолинейная, - выдохнул он. - Не ожидал. Обычно женщины стараются понравиться.
Я улыбнулась:
- Однако с возрастом появляется одно преимущество. Я теперь стараюсь не понравиться, а быть собой.
Я взяла сумку попрощалась и вышла на улицу. В реальность, где мужчины, которые выглядят старше моего отца, всё ещё говорят фразы в духе "мне бы помоложе", забывая про свой собственный возраст.