Звонок застал меня в офисе, перед обедом. Вокруг галдели коллеги, кто-то разогревал в микроволновке вчерашнюю лапшу, пахло дешёвым растворимым кофе. Телефон упорно вибрировал на столе. Я ответила, ожидая назойливого голоса: "Здравствуйте, это из банка…". Но в трубке прозвучал растерянный мужской голос. Он назвал меня по имени - каким-то другим тоном, вовсе не операторским. Оказалось, ошибся номером. Обычно в такой ситуации кладут трубку, но у нас завязался разговор. И он вдруг спросил, где я нахожусь. Сказал:
- Извините, ваш голос показался таким приятным…
Выяснилось, что он в соседнем бизнес-центре на Пушкинской.
- Может, встретимся? Я угощу вас обеденным чаем, - предложил он. В голосе была странная смесь деловой решимости и какой-то заискивающей нотки. У меня как раз выдался свободный час, а на столе лежал недописанный отчёт, от которого тошнило.
"Почему бы и нет?" - подумала я. Спонтанность - не моя сильная черта, но в тот день очень хотелось вырваться из этой серой коробки с кондиционером.
Мы встретились у входа в торговый центр. Он оказался немолодым, лет сорока пяти. С кожаным портфелем в руке. Выглядел как типичный "середнячок" из среднего менеджмента: усталые глаза, но осанка старательно прямая. Увидев меня, он сделал едва заметное движение назад, будто отшатнулся. Не то чтобы разочарованно, скорее удивлённо. Видимо, по голосу он нарисовал себе другой образ. Я тоже, если честно, ожидала кого-то другого. Голос в трубке звучал моложе.
- Ну что, чай, как и договаривались, - сказал он, пожимая мою руку слишком сильно, демонстративно. Мы поднялись в недорогое кафе на третьем этаже, где пахло жареным луком и моющим средством. Он выбрал столик у окна, с видом на забитую машинами улицу, и сел так, будто это его личный кабинет. Заказал эспрессо, я - капучино. Начал рассказывать о себе. Менеджер в логистической компании, любит горные лыжи, но последний раз катался три года назад. Говорил гладко, но в его историях была какая-то натянутая правильность, будто он читал их с презентации под названием "Успешный Я".
Потом он спросил обо мне. И я коротко рассказала: работаю в маркетинге, из увлечений люблю книги, иногда походы в горы, но без фанатизма. Он слушал, но взгляд его был рассеянным. Чуть погодя сделал глоток эспрессо, поставил чашку с лёгким стуком и, глядя куда-то мимо меня, произнёс:
- Знаешь, я, если честно, удивлён, что ты так легко согласилась встретиться. Хотя при твоих-то данных вполне объяснимо. В наше время женщины после тридцати пяти обычно… ну, ты понимаешь. Более сговорчивые. Им уже не до выбора. А ты выглядишь… - он сделал паузу, в поисках слова, - не очень конкурентоспособной. Просто мужчины сейчас перебирают. Конкуренция у вас, у женщин, действительно огромная. Так что умение быть благодарной за внимание - это ценное качество.
Он сказал это с каким-то даже снисхождением. Как будто выдавал мне ценный жизненный совет, бесплатно. В его голосе звучала абсолютная уверенность в своей правоте. Я отодвинула чашку. Не потому что была в ярости - скорее оцепенела от этой наглой, бытовой бестактности. Передо мной сидел не хам, нет. Хам бы оскорбил, и было бы проще. Этот человек искренне считал, что делает мне одолжение, тратя на меня свой обеденный час, и что его оценка - это объективная реальность, с которой мне надо смириться.
Я посмотрела внимательно на его рубашку, которая явно была куплена в крупном сетевом магазине пару лет назад и с тех пор немного выцвела на плечах. На обкусанные ногти, жёлтые от никотина пальцы (хотя он говорил, что бросил). На живот, мягко выступающий над ремнём дорогих, но явно тесных теперь брюк. На тонкую полоску залысины, которую он старательно прикрывал укладкой. Это был портрет человека, который все силы тратит на то, чтобы держать фасад, но внутри уже давно идёт тихая паника - от возраста, от одиночества, от понимания, что жизнь не сложилась так ярко, как мечталось.
Внутри у меня что-то переключилось. Обида ушла. Появилось холодное, ясное любопытство.
- Интересно, - сказала я тихо. - А ты часто таким образом… консультируешь женщин? Про конкуренцию и благодарность?
Он нахмурился, почуяв подвох, но сохранил уверенный тон:
- Я просто реалист. И ценю честность. Лучше же сразу расставить точки над i.
- Согласна, честность - это важно, - кивнула я. - Тогда давай начистоту. Ты говоришь, что мужчины выбирают глазами. Это правда. Но глаза-то у всех разные. Твои, например, видят во мне женщину "за тридцать пять", которая должна быть счастлива уже тому, что с ней заговорили. А мои глаза видят перед собой мужчину, который, судя по всему, последний раз занимался спортом лет десять назад, плохо спит, много нервничает на работе и компенсирует это разговорами о своей значимости с незнакомыми женщинами в обеденный перерыв. У тебя даже рука дрожит, когда ты поднимаешь чашку. От перегруза или от волнения?
Он поднял брови от удивления, а затем опустил глаза на свою дрожащую руку, и быстро убрал её под стол.
- Это… всё кофеин, - пробормотал он.
- Возможно, - пожала я плечами. - А возможно - признак того, что организм устал от постоянного напряжения. От необходимости всё время доказывать. Себе и другим. Особенно случайным собеседницам за чашкой кофе.
Он молчал. Его "презентационная" уверенность рассыпалась на глазах, как карточный домик. Он вдруг выглядел не наставником, а просто усталым, одиноким мужчиной средних лет.
- Я не хотел тебя обидеть, - глухо произнёс он.
- Знаю. Ты хотел самоутвердиться. Это разная мотивация. Обидеть - это осознанный поступок. А самоутверждаться за мой счёт ты попытался потому, что, видимо, больше не над кем. Или нечем. Мне тебя, знаешь, даже жаль. Это грустно - измерять свою ценность тем, насколько женщина перед тобой должна быть "благодарна".
Я допила капучино, оставив на дне чашки коричневую полоску. Достала из кошелька купюру и положила её на стол - за свой кофе.
- Что ты делаешь? Я же пригласил! - он встрепенулся.
- Спасибо, - сказала я. - Но я не хочу быть обязанной. Даже за чашку кофе. Особенно на таких условиях.
Я встала. Он сидел, сгорбившись, и не смотрел на меня. Вся его напускная важность испарилась, оставив только смущение и пустоту.
- Всего хорошего, - сказала я и ушла.
На улице было холодно и ветрено. Я закуталась в шарф и пошла в сторону офиса. В кармане завибрировал телефон. СМС. От него.
- Извини. Я повёл себя как идиот. Давай попробуем ещё раз, нормально?
Я прочитала, сунула телефон обратно в карман и не ответила. Потому что в тот момент поняла простую вещь. Некоторые люди приходят в твою жизнь не для того, чтобы в ней остаться, а для того, чтобы ты ясно увидела, чего ты в своей жизни не хочешь. Чтобы напомнить тебе, что уважение - это не то, что нужно заслуживать или выпрашивать. Это воздух, без которого любое общение задыхается и умирает. И никакой "тёплый голос" по телефону не стоит того, чтобы дышать этим спёртым, бедным воздухом чьих-то комплексов и неуверенности.
А в офисе всё ещё пахло дешёвым кофе и лапшой. Но почему-то теперь это казалось гораздо честнее и человечнее.