Предыдущая часть цикла здесь.
В тайной, уединённой комнате, расположенной в дальнем крыле монастыря, Папский Легат ждал. Комната была освещена лишь большой лампадой, а через толстые стены еле-еле слышался отдалённый звон колокола.
К Легату на «исповедь» Марию вела сама Приорша, наставляя её:
— Открой ему всю душу и доверься ему, — Святой Отец — Легат самого Папы римского.
Эти слова, сказанные с доверием и благоговением, звучали как приговор, обрекая Марию на кошмар.
1. Отравленная «Исповедь»
Мария сидит на кушетке, рядом на табуретке – Легат с большим белым крестом на груди. Он берёт её за руку, которую начинает гладить сначала до кисти, затем до локтя, произнося «сладким голосом» возбуждённые слова:
— О, дочь моя, прелестная душа твоя, чистая и девственная, открывается перед взором моим... о, выпей этот священный напиток благословенный бальзам души и тела.
Мария, доверчивая и наивная, осушает предложенный ею бокал. Напиток, по всей видимости, содержит одурманивающее средство, призванное подавить её волю.
Легат продолжает свои отвратительные речи, касаясь её «пышных форм», его уши краснеют, глаза горят похотью. Мария, смущенная и ничего не понимающая, опускает глаза. Её голова кружится, на щеках появляется улыбка, а отяжелевшую головку она опускает ему на плечо.
— О, прелесть ты моя, ты сама, как ангел...
Он обнимает её талию и гладит по всему телу, произнося сравнения: «лилия белая, роза розовая, тюльпан благоухающий...»
2. Кульминация: "ИЗВЕРГ!!!"
Внезапно, даже одурманенная, Мария «в смятении сильно отталкивает его». Легат, не медля ни секунды, «резким движением обнимает её и прижимает её рот к своим жадным губам». Платок сползает с её головы, освобождая золотистые стриженые волосы.
Она с усилием вырывается из его объятий и бежит к двери. Легат одним прыжком настигает её, хватает за платье, которое разрывается, обнажая её белую шею и круглое плечо.
Подхватив растерянную Марию, Легат бросает её на кушетку.
Большой белый крест на груди Легата валится на Марию. В её широко раскрытых глазах крест, накрывающий её, становится огромным и страшным. Этот символ веры, благодати и спасения превращается в её глазах в символ ужаса и насилия.
Начинается борьба. Вдруг раздается пронзительный крик Марии, она в отчаянии царапает до крови лицо Легата.
— ИЗВЕРГ!!! ИЗВЕРГ!!!
Легат рукой закрывает ей рот, но она в бешенстве кусает его руку, снова крича: «ИЗВЕРГ!!!»
Тогда Легат обеими руками начинает душить её за шею. В этот критический момент из тайной дверцы выскакивает Кривой Монах с криком: «Идут… Скорее!»
Этот момент является апофеозом лицемерия и жестокости, где высший церковный иерарх превращается в монстра, а святость становится прикрытием для насилия.
Вопрос для читателей Дзена
Могла ли Мария, будучи воспитанной в строгих религиозных традициях, предвидеть такую страшную угрозу от духовного лица, или её доверие к Церкви сделало её особенно уязвимой?
Продолжение здесь.