Линкор ещё в середине XX века считался символом морской мощи. Огромный корпус, сталь, башни с орудиями такого калибра, что один залп мог стереть с лица земли небольшой город. Их строили за баснословные деньги, давали им имена монархов и героев, выводили на парады как главный аргумент державы.
Сегодня линкоров в строю нет ни у одного флота мира. Вместо них — авианосцы, ракетные эсминцы и подводные лодки. Как так вышло, что «короли океана» исчезли с морей всего за несколько десятилетий, кто и когда подписал им приговор и почему эпоха гигантских пушечных кораблей закончилась так стремительно?
Как родился линкор и зачем он был нужен
История линкора — это продолжение логики парусных флотов XVIII–XIX веков. Тогда корабли выстраивались в линию и обменивались бортовыми залпами — отсюда и название: корабль линии, линейный.
В конце XIX века парус уступает место пару, дерево — броне и стали. Появляются броненосцы, а затем в 1906 году британцы спускают на воду «Дредноут». Это уже новый тип корабля:
— все главные орудия одинаково крупного калибра;
— скорость выше, чем у конкурентов;
— мощная броня, рассчитанная выдержать попадание тяжёлых снарядов.
С этого момента началась «дредноутная гонка». Державы соревнуются, у кого линкоров больше и чья артиллерия мощнее. Линкор нужен не только для боя — он ещё и политический сигнал: страна может вложить в один корабль бюджет небольшого министерства.
Первая мировая: линкоры как флот в ожидании
Казалось бы, с появлением десятков линкоров моря должны были превратиться в арену гигантских артиллерийских сражений. Но Первая мировая показала парадокс: большинство линкоров простояло войну в базах.
Да, было Ютландское сражение между британским и германским флотами, были рейды и обстрелы побережья. Но ни один флот не решился рискнуть всей линейной эскадрой. Потеря нескольких кораблей могла обнулить морское превосходство на годы.
❗️Линкоры оказались слишком дорогими, чтобы ими по‑настоящему рисковать. Уже тогда стало ясно: ставка только на тяжёлую артиллерию делает флот громоздким и осторожным.
Между войнами: ограничения и новые угрозы
После войны державы пытаются обуздать гонку. Морские договоры в Вашингтоне и Лондоне ограничивают водоизмещение и количество линкоров. Формально — ради мира и экономии, по сути — потому что бюджеты не выдерживают. Параллельно появляется новая сила — авиация. Сначала она кажется вспомогательной: разведка, корректировка огня. Но уже в 30‑е годы становится ясно, что самолёт может не только подсветить цель, но и утопить корабль. Линкоры получают зенитные орудия, бронированные палубы, но это лишь отсрочка. На горизонте — Вторая мировая, где выяснится, что главная угроза пришла с воздуха.
Вторая мировая: самолёты и торпеды против стальной брони
В 1941 году британский флот топит немецкий линкор «Бисмарк». Сначала его тормозит торпеда с самолёта, повредив рулевое, затем добивает артиллерия.
В том же году японские бомбардировщики у Перл‑Харбора за несколько минут выводят из строя американские линкоры, стоящие у причала.
Символический эпизод — гибель британского «Принца Уэльского» и «Рипалса» в Южно‑Китайском море. Они выходят без прикрытия авианосцев и становятся мишенью для японской палубной авиации. Ни броня, ни тяжёлые орудия не спасают от торпед и бомб.
Логика меняется:
— самолёт бьёт дальше, чем линкор достаёт своим снарядом;
— подводная лодка может незаметно подойти и выпустить торпеды;
— один удачный налёт перечёркивает годы строительства.
Линкоры всё ещё стреляют по берегу, поддерживают высадки, но роль «господ моря» уходит к авианосцам и подводному флоту.
Ракеты и ядерная эра: финальный приговор
После войны у линкоров был ещё один шанс — стать платформой для ракет. В 50–60‑х годах флоты экспериментируют: устанавливают ракетные комплексы на крейсера, строят специальные ракетные корабли.
Но экономика и физика играют против линкора:
— ракета средней дальности легко поражает крупную цель с огромной радиолокационной заметностью;
— ядерное оружие делает бессмысленным наращивание брони — никакая толщина не спасёт от прямого попадания;
— содержать гигантский корабль ради нескольких десятков ракет невыгодно, когда тот же боекомплект можно разместить на более дешёвых носителях.
Постепенно линкоры либо списывают, либо переводят в разряд кораблей огневой поддержки. Последними в строю остаются американские «Айовы». Их используют во Вьетнаме, Ливане, в операции «Буря в пустыне» — для обстрела берега.
В 90‑е их окончательно выводят из состава флота: цена содержания, малый экипаж на новых кораблях, ракеты и авиация делают своё дело.
Что пришло на смену гигантам с башнями
На месте линкоров — связки из более гибких и дешёвых платформ:
— авианосцы с крылатой авиацией, способной работать по морским и наземным целям;
— ракетные эсминцы и фрегаты с универсальными пусковыми установками;
— атомные подводные лодки, которые могут скрытно нести и торпеды, и ракеты.
Современный бой на море — это не сближение двух линий кораблей, а обмен залпами на сотни километров, работа авиации, радаров, спутников и систем РЭБ. В такой среде линкор — слишком крупная, заметная и дорогая цель.
Иногда звучат идеи «вернуть линкоры» как платформу для гиперзвуковых ракет или мощной артиллерии поддержки. Но пока это остаётся на уровне фантазий. Флоты предпочитают строить больше меньших кораблей и распределять риски.