Виктор в четвёртый раз за вечер запускал видео. На экране жена смеялась, раздавала призы, дарила людям праздник. А он разглядывал мужчину, который стоял в углу кадра — неподвижный, молчаливый — и смотрел на неё так, будто она уже принадлежала ему.
Кресло заскрипело, когда Виктор подался ближе к экрану. Двадцать третья минута. Вот он.
Мужчина в сером костюме. Средний рост, обычное лицо, которое теряется в толпе. Но что-то в его позе заставило Виктора замереть. Он не участвовал в веселье, не держал бокал. Просто смотрел. Пристально. На Татьяну.
Виктор увеличил изображение. Взгляд незнакомца был одержимым, выжигающим. И Татьяна это заметила — её улыбка дрогнула, смех стал натянутым. Она отвернулась, пытаясь продолжать вести программу, но руки слегка дрожали.
Через три минуты её не было в кадре.
Виктор схватил телефон и набрал номер Татьяны. Не отвечает. Затем Олега, коллеги жены.
— Олег, ты видел, когда Таня ушла?
— Привет, Витя. Да, странно всё было. Она внезапно прервала конкурс, сказала, что плохо себя чувствует, и вышла. Потом мы в окно видели — села в такси и уехала. Даже не попрощалась.
— А там не было мужчины в сером костюме? Невысокий, тёмные волосы, неприметный?
Пауза.
— Не помню такого среди наших. Хотя народу было много. А что случилось?
— Потом объясню.
Виктор положил трубку и снова уставился на замерший кадр. Лицо мужчины показалось смутно знакомым. И вдруг — вспомнил. Он звонил жене по видео. Она обедала в кафе. На заднем плане, за её спиной — тот же мужчина.
Значит, не случайность.
Часы показывали почти полночь. Татьяна до сих пор не вернулась. Виктор снова уставился на экран, пытаясь разглядеть лицо незнакомца.
***
Пять месяцев назад
Каблук предательски застрял между ступеньками. Татьяна дёрнулась, пытаясь освободить ногу, и потеряла равновесие. Тело качнулось вперёд — она взмахнула руками, но ухватиться было не за что. Крутая лестница, бетонные ступени внизу. Сильная рука подхватила её под локоть.
Сердце стучало так громко, что заглушало всё вокруг. Нога ныла. Татьяна схватилась за перила, освобождаясь от захвата незнакомца.
— Спасибо, — выдохнула она.
Мужчина стоял рядом, не отходил. Татьяна подняла взгляд — перед ней был мужчина лет тридцати пяти, в деловом костюме, с невыразительными чертами лица. Но его глаза… Он смотрел на неё так, словно увидел что-то невероятное, будто весь мир вокруг перестал существовать.
— Как ваша нога? — очнувшись, он присел на колено прямо на ступеньках.
Татьяна инстинктивно отступила:
— Всё в порядке. Могло быть гораздо хуже, если бы не вы.
Он медленно поднялся. Улыбнулся странной, мечтательной улыбкой:
— Наверное, судьба свела нас.
Лицо вспыхнуло от смущения. Она кивнула, снова поблагодарила и освободила каблук. Когда он протянул руку помочь, она покачала головой:
— Дальше я сама. Спасибо.
Она быстро спустилась, чувствуя его взгляд на себе. Обернувшись у поворота, увидела — он всё ещё стоял на том же месте и смотрел ей вслед.
Дома Виктор встретил её у порога:
— Таня! Что случилось? — он заметил, что она прихрамывает, и подхватил под локоть.
— Оступилась на лестнице, ничего страшного.
Он усадил её на диван, осторожно положил ногу себе на колени, обследовал распухшую щиколотку:
— Пройдет. Сейчас приложим лёд. Почему не позвонила? Я бы встретил.
— Не хотела отрывать тебя от работы, — Татьяна смотрела на мужа с теплотой. — Ты поужинал? Как день прошёл?
Виктор начал рассказывать о работе, о смешном клиенте, а она слушала, кивала… но перед глазами всплывало лицо незнакомца и его слова: «Наверное, судьба свела нас».
Она отогнала мысль. Просто помощь. Ничего больше.
***
Две недели спустя.
Кафе возле офиса было наполовину пустым. Татьяна сидела у окна с салатом, разговаривая по видеосвязи с Виктором.
— Одна сегодня обедаешь? — спросил он, жуя бутерброд на своём рабочем месте.
— Марина и Катя умчались по делам, — рассмеялась она.
— Составил тебе компанию хотя бы так?
— Телепортируйся.
Они болтали, смеялись. Виктор рассказывал анекдот про начальника, когда на заднем плане мелькнула чья-то фигура — мужчина в сером пиджаке за столиком у стены. Виктор не обратил внимания, увлечённый разговором.
— Хорошего дня, любимая, — Виктор послал воздушный поцелуй.
— И тебе.
Она отключила камеру, обернулась — и замерла. Он стоял прямо за её спиной. Так близко, что она едва не столкнулась с ним.
Мужчина в сером пиджаке. Тот самый. С лестницы. Смотрел сверху вниз, не мигая.
— Вы?! — вырвалось у неё. Она отшагнула назад, прижимая телефон к груди.
В его глазах мелькнуло что-то болезненное:
— Ваш муж?
Татьяна кивнула, отворачиваясь. Сердце бешено колотилось. Она быстро направилась к выходу.
— Как ваша нога? — крикнул он ей вслед.
Она обернулась на секунду, выдавила улыбку:
— Всё отлично. До свидания.
И вышла, чувствуя, как его взгляд прожигает спину.
***
Вечером Татьяна нервно мяла в руках полотенце, репетируя слова.
«Сегодня в кафе оказался странный мужчина. Он стоял прямо за моей спиной».
Но как это прозвучит? Незнакомец дважды оказался рядом — и что? Виктор начнёт волноваться. Станет расспрашивать. Может, даже поедет разбираться. А если это правда совпадение? Если она просто накручивает себя?
— Таня? — Виктор вошёл на кухню, снимая пиджак. — Ты чего такая задумчивая?
Она вздрогнула:
— А? Нет, всё нормально. Просто устала.
Он подошёл ближе, всмотрелся в её лицо:
— Точно всё в порядке? Ты какая-то бледная.
Татьяна отвернулась к плите, делая вид, что проверяет ужин. Сердце сжалось. «Скажи ему. Сейчас. Просто скажи».
Но слова застряли в горле.
— Просто день тяжёлый был, — она выдавила улыбку. — Отчёты, совещания. Пойду приму душ, ладно?
Виктор кивнул, но смотрел с сомнением:
— Если что-то не так — ты скажешь, да?
— Конечно.
Она быстро вышла из кухни, чувствуя его взгляд на спине.
В ванной Татьяна оперлась о раковину, глядя на своё отражение. «Это просто совпадение».
Она включила душ, пытаясь смыть тревогу вместе с водой.
Но ощущение чужого взгляда — пристального, жгучего — не отпускало.
***
Три недели спустя.
Татьяна возвращалась домой поздно, задержалась из-за квартального отчёта. Улицы были почти пустыми. Свет фонарей отбрасывал длинные, искажённые тени.
За спиной послышались шаги.
Она обернулась — мужчина в тёмном капюшоне, метров двадцать позади.
Татьяна ускорила шаг. Шаги сзади тоже участились.
Пульс ударил в виски. Она почти побежала — сумка билась о бок, каблуки стучали по асфальту.
Толчок в спину — сильный, резкий. Мир качнулся. Сумка сорвалась с плеча.
Татьяна рухнула на асфальт. Ладони приняли удар — острая боль пронзила запястья.
— Эй! Стой!
Рядом раздались звуки — глухие удары, топот. Кто-то кричал. Потом всё стихло.
Татьяна попыталась подняться, опираясь на дрожащие руки. Ноги подкашивались. В висках стучало.
Силуэт грабителя растворился в темноте.
Кто-то осторожно коснулся её плеча:
— Вы можете встать? Вам помочь?
Она подняла взгляд.
— С вами всё в порядке?
Этот голос.
Она подняла голову — он. Снова. В руках её сумка. На костяшках — ссадины.
— Вы что, следите за мной?! — Татьяна отползла, голос дрожал от страха и злости. — Это вы всё устроили! Не приближайтесь!
— Нет! Я просто… я шёл той же дорогой и увидел, — он протянул сумку. — Я не хотел вас пугать. Просто помог.
— Той же дорогой?! Это уже слишком, не кажется?! — Татьяна схватила сумку и поднялась на дрожащих ногах. — Держитесь от меня подальше, слышите?!
Она побежала прочь, не оборачиваясь. На бегу достала телефон, набрала номер Виктора дрожащими пальцами. Гудки. Не отвечает.
Татьяна ускорила шаг, оглядываясь через плечо.
Дома Татьяна набрала номер Виктора снова — гудки. Длинные, бесконечные. Тревога сжала горло. Она позвонила ему на работу — автоответчик сообщил, что офис закрыт.
— Витя, где ты? Перезвони, срочно! — она оставила сообщение и прошлась по квартире, обхватив себя руками.
Вскоре зазвонил телефон. Незнакомый номер.
— Алло?
— Татьяна Викторовна? Городская больница. Ваш муж поступил час назад. Приезжайте как можно скорее.
Мир остановился.
***
Больничный коридор пах хлоркой и чем-то сладковатым, тошнотворным. Татьяна бежала, не чувствуя ног. Врач остановил её у двери реанимации:
— Он в сознании. Состояние стабильное, но серьёзное. Можете зайти на пять минут.
Виктор лежал бледный, подключенный к капельницам. Увидев жену, он слабо улыбнулся:
— Я, видимо, слишком торопился домой. К тебе. Не успел даже понять, что произошло.
Татьяна сжала его руку, не в силах говорить. Слёзы душили.
— Не плачь. Всё будет хорошо. — прошептал он.
Но она видела страх в его глазах.
Через день врач вызвал её в коридор:
— Серьёзная травма позвоночника. Операция прошла успешно, но восстановление займёт много времени. Возможно, год. Может, больше, но гарантий нет.
Татьяна закрыла лицо руками. Полицейский, который оформлял протокол, подошёл к ней:
— Свидетели говорят, чёрный седан подрезал вашего мужа на перекрёстке. Потом скрылся. Номера были поддельные. Мы ищем, но пока безрезультатно.
Два события в один вечер. За что?
Татьяна не находила на это объяснений.
***
Спустя месяцы.
Дни слились в цикл: работа, дом, уход за мужем. Татьяна худела, под глазами залегли тени. Виктор учился заново сидеть, держать равновесие, переносить вес тела. Каждое утро — упражнения, массаж, боль.
Настал день корпоратива.
— Не хочу идти без тебя, — Татьяна стояла перед зеркалом в изумрудном платье, которое Виктор подарил ей на день рождения.
— Ты должна, — он сидел в кресле. — Ты столько вложила в организацию. Без тебя праздник не праздник. Иди. Повеселись немного. Ты заслужила.
— Витя…
— Иди, — он улыбнулся, но глаза остались настороженными. — Олег будет рядом, там полно народу. Ничего не случится. Я буду ждать.
Она наклонилась, поцеловала его:
— Я вернусь через пару часов. Обещаю.
Когда дверь закрылась, Виктор долго смотрел в пустоту. Тревога не отпускала. Он открыл ноутбук и написал Олегу: «Пришлешь видео после корпоратива».
Корпоратив. Ресторан.
Татьяна раздавала призы победителям викторины. Смех, аплодисменты, музыка — она создавала атмосферу праздника, но внутри была пустота. Мысли — с Виктором.
— Танюш, ты как всегда на высоте! — Марина обняла её за плечи.
— Спасибо. Я, наверное, скоро уйду, не хочу надолго оставлять Витю.
— Побудь хотя бы часик! Ты столько готовила.
Татьяна кивнула и направилась к столу за водой. Подняла бокал — и замерла.
У входа в зал стоял он.
В том же сером костюме. Смотрел на неё с той же одержимой сосредоточенностью.
Бокал выскользнул из пальцев, разбился о пол. Коллеги обернулись:
— Таня, ты в порядке?
— Да, простите, я… Мне нужно выйти.
Она быстро пересекла зал, не оборачиваясь. Он всё ещё смотрел, она чувствовала кожей. В коридоре достала телефон, руки тряслись — набрала номер такси. Предупредила Сергея Николаевича, знакомого из полиции. Охранник у двери дремал, уткнувшись в телефон. Татьяна вышла на улицу. Через пять минут подъехало такси.
Татьяна колебалась секунду. Потом решительно села на заднее сиденье.
Машина тронулась. Она набрала номер Сергея — занято. Попыталась ещё раз. Занято. Набрала номер Виктора.
Дверь распахнулась. Константин скользнул на сиденье рядом.
— Что?! — Татьяна отшатнулась к окну. — Водитель, остановите!
— Продолжайте ехать, — приказал Константин водителю, протягивая несколько крупных купюр. — Семейный разговор. Не ваше дело.
Водитель нервно кивнул, взял деньги. В зеркале заднего вида Татьяна видела его колебание — он явно сомневался, но страх перед конфликтом победил.
Константин повернулся к ней. Глаза горели лихорадочным блеском.
— Мне нужно поговорить с вами. Всего несколько минут. Я больше не могу молчать.
Сердце колотилось так, что, казалось, вырвется из груди. Татьяна нащупала в сумочке телефон, незаметно включила диктофон. Нужно было время. Нужны были доказательства.
Она заставила себя успокоиться, медленно выдохнула:
— Водитель, смените маршрут. Езжайте на улицу Садовую, к зданию номер сорок два, — она помнила адрес участка, где работал Сергей.
Константин недоверчиво прищурился:
— Что там?
— Место, где мы можем спокойно поговорить, — она смотрела ему в глаза, стараясь не выдать дрожь в голосе.
Водитель в зеркале заднего вида бросил на неё встревоженный взгляд, но повернул руль.
— Вы правда хотите поговорить? — в голосе Константина прозвучала надежда.
— Да, — Татьяна кивнула. — Знаете, я… Тогда, на лестнице. Я почувствовала что-то. Когда вы поймали меня. Спасли меня.
— Будто мы уже встречались! — перебил он, придвигаясь ближе. — Будто наши души знают друг друга! Я знал! Я знал, что вы чувствуете то же самое!
Он взял её за руку. Татьяна сдержала желание вырваться.
— Но я была напугана, — продолжала она, слова давались с огромным усилием. — Я замужем. Я не могла себе позволить даже думать об этом.
— А теперь? — он сжал её пальцы. — После всего, что произошло?
— Расскажите мне, — Татьяна сглотнула, — что именно произошло?
— Что вы имеете в виду?
— То, что случилось с моим мужем. Полиция сказала, что это было… странно. Кто-то специально подрезал его.
Константин отвернулся к окну. Молчание затянулось. Когда он заговорил, голос был тихим:
— Я просто хотел освободить вас, — он повернулся к ней. — Он контролировал вас. Звонил во время обеда по видео, следил. А когда вам угрожала опасность — его не было рядом. Я нашёл человека. Дал задание. Чтобы он отступил. На время.
— Что именно вы сделали? — Татьяна сжала телефон в руке.
— Убрал препятствие, — он взял её за руку. — Просто чтобы у нас появился шанс. Месяц, два — этого хватило бы, чтобы убедиться — мы созданы друг для друга.
— Он прикован к креслу! — голос Татьяны сорвался. — Он не может ходить!
— Это вышло не по плану, — Константин сжал её руку сильнее. — Но, может, так и должно было случиться? Судьба решила за нас. Теперь вы свободны. Любимы. Со мной.
— Вы потеряли связь с реальностью, — выдохнула Татьяна.
— Я влюблённый! — он притянул её ближе. — С первого взгляда. Я годами был один, думал, что так и проживу жизнь. А потом встретил вас, и всё изменилось. Вы — моя судьба! Наши души должны быть вместе!
Такси затормозило. Татьяна посмотрела в окно.
Дежурный офицер у входа здания. И Сергей Николаевич, который стоял возле служебной машины, ожидая.
Константин нахмурился, вглядываясь в темноту:
— Что это за место?
Дверь распахнулась. Сергей Николаевич, следом два сотрудника в форме:
— Константин Игоревич Соловьёв, вы задержаны по подозрению в организации покушения…
Дальше всё было как в тумане.
— Выходите из машины. Медленно.
Татьяна выскользнула наружу. Протянула Сергею Николаевичу телефон с включенным диктофоном:
— Здесь всё. Его признание.
Константина вывели из такси, развернули лицом к капоту, надели наручники. Он обернулся, смотрел на Татьяну широко раскрытыми глазами:
— Вы… вы предали меня? Но я всё делал это ради вас! Я спасал вас.
Она шагнула к нему:
— Ты посмел разрушить жизнь моего мужа ради своих больных фантазий!
— Но я люблю вас, — его голос был жалким. — Я сделал всё ради нас. Ради нашей любви.
— Это не любовь, — Татьяна смотрела на него с ненавистью. — Это одержимость. Ты любил свою фантазию.
— Нет! Мы должны быть вместе! Наши души…
— Уведите его, — Сергей Николаевич махнул рукой.
Константина повели к служебной машине. Он оборачивался, продолжал смотреть на Татьяну — и в его глазах не было злобы. Только боль разлуки. Только непонимание, почему она не разделяет его чувств.
Дверь машины захлопнулась. Мигалки растворились в ночи.
***
Дом. Та же ночь. После корпоратива.
Виктор встретил её в дверях. Лицо было бледным:
— Таня! Что случилось?! Ты не отвечала, я Олегу звонил, он сказал, ты резко ушла, я волновался…
Она упала на колени рядом с его креслом, обняла:
— Всё кончено, Витя.
— Что?
Слова лились сбивчиво, прерывисто. О том, как он появился на корпоративе. Как забрался в такси. Как она завела его в ловушку и записала признание.
Виктор слушал, сжимая её руки. Он догадался о ком идёт речь. Когда она закончила, в квартире повисла гнетущая тишина.
— Он сказал, что нанял человека, чтобы «освободить» меня. Витя, он… он потерял связь с реальностью. Жил в мире, где мы с ним должны были быть вместе.
Виктор закрыл глаза. Кулаки сжались на подлокотниках кресла так сильно, что побелели костяшки.
Видео с корпоратива. Он пересматривал его в четвёртый раз за вечер, пока ждал её. Этот мужчина в углу кадра — неподвижный, молчаливый — смотрел на Таню так, будто она уже принадлежала ему.
«Кто он? Почему так смотрит? Может, она его знает? Может, между ними что-то есть?»
Эти мысли разъедали. Он увеличивал кадр, всматривался в лицо незнакомца, пытаясь понять.
— Из-за его больной фантазии я… — он посмотрел на свои ноги. — А я думал, что ты… что между вами…
Татьяна сжала его лицо ладонями:
— Никогда. Слышишь? Никогда.
***
Через неделю после ареста.
Виктор въехал в комнату свиданий на коляске. Сергей Николаевич стоял у двери — на всякий случай.
Константин сидел за столом, бледный, осунувшийся. Увидев Виктора, он поднял взгляд:
— Вы... зачем?
Виктор подъехал ближе, смотрел молча. Долго. Потом наклонился вперёд:
— Я хотел увидеть твоё лицо. Лицо человека, который сломал мне спину — но не сломал нас.
Константин отвёл взгляд:
— Я любил её!
— Ты любил идею, — Виктор выпрямился. — А я люблю живого человека. Который боялся. Который страдал. Который каждый день просыпался в ужасе — и молчал, чтобы не ранить меня.
Он развернул коляску к выходу. У двери обернулся:
— Я надеюсь, ты проведёшь здесь долгие годы. И каждый день будешь помнить — она выбрала меня.
Дверь закрылась.
***
Девять месяцев спустя.
Виктор стоял у окна купе — на своих ногах. Трость в руке. Движения медленные, но уверенные.
Татьяна обняла его со спины:
— Врачи говорили, что мало шансов.
— Я не мог оставаться в кресле, — он повернулся к ней. — После того, что случилось. Если снова возникнет опасность — я должен быть рядом. На своих ногах.
— Витя…
— Я не смог защитить тебя тогда, — он взял её лицо в ладони. — Но теперь смогу. Обещаю. Ты только не молчи.
— Хорошо.
Она прижалась к нему, и он обнял её.
Прошлое осталось позади. Но оно сделало его сильнее.
Спасибо за прочтение, лайки, донаты и комментарии!
Читать ещё: