Массажист
Дочь заказала мне массажиста.
— Мам, у тебя спина болит уже месяц. Надо к специалисту.
— Катюш, я к врачу сходила. Сказали — остеохондроз. Возраст.
— Вот именно. Нужен массаж. Я нашла хорошего массажиста. Придёт в субботу.
Я не спорила. Спина действительно болела. Пятьдесят два года — не двадцать.
В субботу в десять утра позвонили в дверь.
Я открыла.
На пороге стоял мужчина. Лет пятидесяти четырёх. Высокий. Седые волосы. Спортивное телосложение.
На руках — татуировки. Старые. Бледные.
— Здравствуйте. Алексей. Массажист.
Я смотрела на него.
Седые волосы. Морщины. Татуировки.
Но я узнала его.
Тридцать лет прошло.
Но я узнала.
— Алексей? — прошептала я.
Он посмотрел на меня. Внимательно.
И тоже узнал.
— Ирина?
Я не могла говорить.
Тридцать лет.
Тридцать лет я не видела его.
А теперь он стоит на пороге моей квартиры.
Бывший зэк может стать кем угодно. Массажистом. Таксистом. Охранником. И однажды он может постучать в твою дверь. Спустя тридцать лет.
Я тебя узнал
Мы стояли. Молчали.
Потом он тихо спросил:
— Можно войти?
Я отступила. Он вошёл.
Мы прошли в комнату. Я постелила простыню на диван. Как Катя велела.
— Ложитесь, — сказал он.
Я легла. Лицом вниз.
Он начал массаж.
Руки сильные. Уверенные. Профессиональные.
Молчали.
Потом я не выдержала.
— Ты... ты вышел. Когда?
— Давно. Двадцать два года назад.
— Восемь лет отсидел?
— Да.
— И... что потом?
— Жил. Работал. Учился массажу. Открыл своё дело.
Пауза.
— Ты меня узнал сразу?
— Да. Когда дверь открыла. Ты почти не изменилась.
Я усмехнулась горько.
— Мне пятьдесят два. Я изменилась.
— Для меня — нет.
Молчание.
Его руки работали. Разминали напряжённые мышцы. Больно. Но хорошо.
— Алексей... прости.
Он не ответил.
Тайна матери иногда стучится в дверь. В виде массажиста. Который когда-то любил тебя. И отсидел за тебя восемь лет.
Ты не ждала
Массаж продолжался.
Я лежала. Он молчал. Работал.
Потом я сказала:
— Я ждала год. Писала письма. Но потом... встретила Владимира. Вышла замуж.
— Я знаю.
— Откуда?
— Когда вышел, нашёл тебя. Увидел — ты замужем. С ребёнком. Не стал мешать.
Я посмотрела на него.
— Ты видел меня?
— Да. Несколько раз. Издалека. Ты была счастлива. С мужем. С дочкой. Я ушёл.
— Почему не подошёл?
— Зачем? Чтобы разрушить твою семью? Напомнить о прошлом?
Я села на диване. Он отступил.
— Алексей, мне так жаль...
— Не надо. Я не злюсь.
— Но ты сидел восемь лет! Из-за меня!
— Не из-за тебя. Из-за своего выбора.
— Ты взял вину на себя! Сказал полиции, что я ничего не знала!
— Потому что так и было.
— Нет! Я знала! Я была рядом! Мы вместе везли те проклятые пакеты!
Он сел в кресло. Посмотрел на меня.
— Ирина, тебе было двадцать два года. Ты была молодая. Красивая. Вся жизнь впереди. Я не мог позволить тебе сесть.
— А ты?! У тебя тоже была жизнь!
— Была. И я прожил её. По-своему.
Я заплакала.
— Я предала тебя. Я вышла замуж. Забыла. Перестала писать.
— Ты жила. Это нормально. Восемь лет — это долго. Ты не должна была ждать.
— Но ты ждал!
— Нет. Я не ждал. Я знал, что ты не дождёшься. Знал с первого дня.
Прошлое родителей может быть тайной. Или болью. Или жертвой. Которую они принесли молодыми. И несли всю жизнь.
Я любил тебя
Мы сидели. Молчали.
Потом я спросила:
— Почему ты стал массажистом?
Он улыбнулся.
— В тюрьме научился. Там был человек. Бывший спортивный врач. Он учил меня. Говорил — это профессия. Честная. Нужная. Когда выйдешь — сможешь работать.
— И ты работаешь.
— Да. Двадцать два года. У меня своя клиентура. Люди приходят. Рекомендуют.
— Ты женился?
— Нет.
— Почему?
Он посмотрел на меня.
— Не смог. Сравнивал всех с тобой.
Я закрыла лицо руками.
— Алексей, прости меня. Пожалуйста.
Он встал. Подошёл. Присел рядом на диван.
— Ирина, я простил тебя тридцать лет назад. Когда сел. Я не держу на тебя зла.
— Но ты потерял восемь лет жизни!
— Да. Потерял. Но ты их прожила. Счастливо. Это главное.
— Я не заслуживаю...
— Не ты решаешь, что заслуживаешь. Я выбрал взять вину. Я не жалею.
Я посмотрела на него.
— Ты любил меня?
— Да. Очень.
— А теперь?
Он улыбнулся грустно.
— Теперь? Я помню тебя двадцатидвухлетней. Смеющейся. Беззаботной. Это было тридцать лет назад. Но ты - не та Ирина, которую я любил. Та осталась в прошлом.
Он собрался уходить.
Я спросила:
— Ты расскажешь дочери? Кто ты?
— Нет. Зачем? Я массажист. Сделал работу. Всё.
— Она не узнает, что ты... из моего прошлого?
— Не узнает. Если ты не скажешь.
Я кивнула.
— Не скажу.
Он надел куртку.
— Спина будет болеть два дня. Потом легче. Повторный сеанс нужен через неделю.
— Ты придёшь?
— Нет. Пришлю коллегу. Женщину.
— Почему?
— Потому что мне тяжело. Видеть тебя. Вспоминать.
Я подошла к нему.
— Алексей, спасибо.
— За что?
— За то, что взял вину тогда. За то, что не разрушил мою жизнь. За то, что простил.
Он открыл дверь. Обернулся.
— Прощай, Ирина.
— Прощай, Алёша.
Он ушёл.
Скрытое прошлое иногда приходит. Делает массаж. И уходит. Навсегда. Оставляя тебя с осознанием, что кто-то когда-то пожертвовал годами жизни ради тебя.
Я сидела на кухне. Пила чай. Думала об Алексее.
Он пожертвовал восемью годами жизни. Чтобы я была свободна. Счастлива.
И я была счастлива. Тридцать лет.
С мужем. С дочерью.
Владимир умер три года назад.
Я одна.
А Алексей — тоже один. Всегда был.
Мы оба одиноки теперь.
Но встретиться больше не сможем.
Потому что прошлое нельзя вернуть.
Можно только помнить.
Массажист оказался бывшим зэком. Который сидел за тебя. Любил тебя. Простил тебя. И ушёл навсегда. Оставив тебе жизнь. Которую ты прожила счастливо. Благодаря ему.
На следующей неделе пришла другая массажистка.
Женщина лет сорока. Профессиональная. Молчаливая.
Она сделала массаж. Ушла.
Спина перестала болеть.
Но я думала об Алексее. Каждый день. А если бы я ждала?
Если бы не вышла замуж за Владимира? Встретила Алексея после тюрьмы?
Была бы я счастлива? Не знаю.
Может быть. Но я не ждала.
Я выбрала жизнь. Семью. Дочь.
Он не осудил.
Он понял.
И простил.
Это дорогого стоит.
Мамин бывший может появиться когда угодно. Через тридцать лет. В виде массажиста. Напомнить о прошлом. О жертве. О любви. И снова исчезнуть. Потому что прошлое — это прошлое.
А вы смогли бы простить того, кто не дождался вас? Или есть жертвы, которые не прощаются — даже спустя тридцать лет?
Если вам понравилось — ставьте лайк и поделитесь в соцсетях с помощью стрелки. С уважением, @Алекс Котов.