Найти в Дзене
Сердца и судьбы

— Хорошая ты, Катька, и по хозяйству, и мать прекрасная, но любить тебя невозможно. Какая-то ты слишком правильная (часть 4)

Предыдущая часть: На телефон пришло уведомление, которое она тут же смахнула, не обратив внимания. Через несколько минут вспомнила, открыла снова — и замерла. Пришло напоминание о платеже по кредиту, которого она не оформляла. — Я же ничего не брала, — пыталась объяснить Катя представителю банка по телефону, чувствуя панику. — Это какая-то ошибка. Разберитесь, пожалуйста. — Получено ваше подтверждение. Ничем не могу помочь, — таким был сухой ответ. — Как это? Кто-то оформил на меня кредит, а вы ничего не можете сделать? — возмутилась она, голос дрожал. — Это же преступление! — Обращайтесь в полицию. Мы со своей стороны всю информацию предоставим по их запросу, — посоветовали на том конце. Отчаяние и паника достигли пика — всего-то полчаса назад казалось, жизнь налаживается, впереди только хорошее, а теперь это, она замерла, хватаясь за грудь. Руки дрожали от волнения, хотелось сделать что-то, чтобы немедленно освободиться от ужасной кабалы, но вариантов не было. Катя перелистывала са

Предыдущая часть:

На телефон пришло уведомление, которое она тут же смахнула, не обратив внимания. Через несколько минут вспомнила, открыла снова — и замерла.

Пришло напоминание о платеже по кредиту, которого она не оформляла.

— Я же ничего не брала, — пыталась объяснить Катя представителю банка по телефону, чувствуя панику. — Это какая-то ошибка. Разберитесь, пожалуйста.

— Получено ваше подтверждение. Ничем не могу помочь, — таким был сухой ответ.

— Как это? Кто-то оформил на меня кредит, а вы ничего не можете сделать? — возмутилась она, голос дрожал. — Это же преступление!

— Обращайтесь в полицию. Мы со своей стороны всю информацию предоставим по их запросу, — посоветовали на том конце.

Отчаяние и паника достигли пика — всего-то полчаса назад казалось, жизнь налаживается, впереди только хорошее, а теперь это, она замерла, хватаясь за грудь.

Руки дрожали от волнения, хотелось сделать что-то, чтобы немедленно освободиться от ужасной кабалы, но вариантов не было. Катя перелистывала сайты и изучала похожие истории других людей, ища выход, но окончательно упав духом, села на пол и положила голову на диван, чувствуя полное бессилие.

— Всё почистил, — радостно сообщил сын, снимая валенки и входя в гостиную.

Он с удивлением посмотрел на неё, заметив необычную позу.

— Мам, ты чего? — спросил Артём, подходя ближе.

— Не знаю, как дальше жить. Не знаю, — прошептала она и зарыдала от бессилия, слёзы хлынули потоком.

Когда успокоилась и рассказала о случившемся, ребёнок первым делом вспомнил о своём переводе отцу, и его лицо омрачилось виной.

— Мам, прости меня, — тихо сказал он, грустно опустив голову.

— За что? — удивилась Катя, вытирая слёзы.

— Ну, это же я деньги папе отправил, — объяснил Артём, и в его голосе сквозило раскаяние. — А он, наверное, просто хотел так номер твоей карты узнать.

— А я и не подумала, что это мог быть он, — призналась Катя, обнимая сына. — Но даже если так, ты ни в чём не виноват. Чтобы провернуть такую операцию, нужно куда больше данных, чем просто номер карты.

Такая неудобная мысль, что он может быть причастен ко всему странному вокруг. Сергей использовал данные от перевода Артёма и паспортные от Светланы, чтобы оформить кредит.

На следующий день Катя скинула на флешку запись с камеры наблюдения, взяла записку и отправилась в полицию, полная решимости. Видео отправили на экспертизу, приняли заявление о незаконном оформлении кредита, но расследование, похоже, обещало затянуться на месяцы.

Хочешь не хочешь, а в это время придётся платить по счетам, чтобы не накапливать штрафы. Как ни удивительно, обратно она возвращалась спокойной и твёрдо решила взять себя в руки — то, что случилось, не изменить в ближайшее время, а вот Артёму нужна адекватная взрослая мама, которая может заработать на жизнь и обеспечить его всем необходимым, не сдаваясь.

В километре от деревни располагалась ферма, где работало большинство местных, ну кроме пожилых и тех, кто приезжал из города просто отдохнуть на даче. Катя с сожалением взглянула на швейную машинку и оверлок, снова накрыла их чехлами, сложила ткани в шкафчик и пошла устраиваться разнорабочей, глотая гордость.

— Здравствуйте, — поприветствовал её крепкий мужчина лет пятидесяти и отложил в сторону бензопилу, вытирая руки.

— Мне бы с начальником поговорить, — попросила Катя.

— А это я и есть, — улыбнулся он. — Мне работа нужна.

— Работа? Это всегда пожалуйста, — кивнул мужчина. — А вы кто по образованию?

— Швея, — ответила она.

— Ну, таких вакансий не имеется, — развёл он руками. — Вот у нас доярка увольняется, в город переезжает. Но вам же можно и по профессии что-нибудь в посёлке найти, в ателье каком.

— Я согласна на доярку, — твёрдо сказала Катя.

— Хорошо, тогда жду с утра. Она вам всё покажет, расскажет, — согласился начальник.

Ранним, холодным утром Катя шагала по просёлочной дороге в сторону фермы, чувствуя, как мороз щиплет щёки. Ей совсем не хотелось там работать, и от этого тяжесть обстоятельств ощущалась ещё сильнее, давя на плечи.

Одна мысль придавала сил: рано или поздно полиция разберётся или она выплатит долг, и можно будет уволиться, вернувшись к любимому делу.

— Справитесь. Это только первое время тяжело. Потом привыкается, — поддержала новенькую доярка, показывая, как обращаться с оборудованием.

— Надеюсь, ну, по крайней мере, я буду стараться, — ответила Катя, пытаясь не отставать.

— Мне тут очень понравилось. Ферма небольшая. Николай Петрович хороший начальник — зарплату не обижает, всегда вовремя, а по праздникам кое-что и дополнительно подкидывает, — поделилась женщина.

— А почему уезжаете? — поинтересовалась Катя.

— Внучки родились, двойняшки. Помогать надо, — объяснила женщина. — А вас что привело сюда? Совсем вы не похожи на деревенскую.

— Тётя дом тут оставила. Вон там, синяя крыша, — указала Катя. — Маргарита Романовна.

— Помню, помню. Хорошая была женщина. Молоко здесь покупала, часто встречались, — кивнула женщина. — И что, решили сюда перебраться прямо?

— Да. Хотела швейную мастерскую открыть, но теперь очень деньги нужны. На меня мошенники кредит повесили, — призналась Катя.

— Ох, да что ж такое-то? А в полицию-то обратились? — посочувствовала доярка.

— Да. Ну когда там ещё разберутся? — вздохнула Катя.

Сердобольная женщина не смогла пройти мимо чужой беды — в тот же день подошла к фермеру и рассказала историю новенькой. Тот пообещал посодействовать, и Катя, уставшая, вымотанная, уже собиралась домой, когда он вышел из своей конторы, служившей по совместительству его кабинетом, бухгалтерией и отделом кадров.

— Екатерина, можно вас на минуточку? — окликнул Николай Петрович.

— Да, — отозвалась она, подходя.

— Как первый день прошёл? — поинтересовался он.

— Тяжеловато, но терпимо. Думаю, привыкну, — ответила Катя.

— Хорошо, если что, спрашивайте, — кивнул начальник. — Мне рассказали о вашей ситуации. Хотелось бы помочь. Есть у меня знакомый адвокат, довольно талантливый, но, словом, сейчас не лучшие времена у него. Вот номер написал, позвоните. Я его предупредил.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Катя, беря бумажку.

Несколько дней не оставалось никаких сил на звонки, но в выходные Катя всё же позвонила и договорилась о встрече. Артём поехал в город вместе с ней и во время разговора с адвокатом развлекал детей в игровой комнате, находя общий язык с кем угодно.

Удивительный мальчишка, умеющий найти подход, кажется, ко всем, кого бы ни встретил, — подумала Катя, наблюдая за сыном.

— Расскажите всё, что произошло, — попросил мужчина без особого интереса, усаживаясь за стол.

Катя говорила, а про себя размышляла: он её возраста, на вид крепкий, хорошо сложенный, но лицо с неровной кожей, чёрные очки, а на голове парик. И такая неизбывная печаль в глазах, что хочется самой плакать от сочувствия.

— Я подумаю, что можно сделать. Завтра вам перезвоню, — пообещал адвокат.

— Хорошо, спасибо, буду ждать, — кивнула Катя.

Как и обещал, он набрал её днём следующего дня, сказал, что готов взяться за дело, а через неделю они снова встретились. На этот раз Роман был куда разговорчивее — видимо, возврат к работе сказался на нём положительно, добавив энергии.

— Где ваш сын? — поинтересовался он.

— В школе, — ответила Катя.

— А, точно. Когда нет своих, об этом и не думаешь, — вздохнул Роман. — Теперь, наверное, уже и не узнаю, каково это.

— Почему? — удивилась она.

— Да кому такой красавец нужен? — горько усмехнулся мужчина, снимая свои очки и парик.

Волосы оказались обычными, глаза карими, а на лбу — длиннющий шрам. Кожа на щеках и подбородке изуродована, словно когда-то была сильно обожжена, оставив следы на всю жизнь.

— А что у вас случилось? — осторожно спросила Катя. — Это из-за работы?

— Да. Отказал клиентам в помощи, а потом случайно попал в аварию, — кратко объяснил он. — Сильно обгорел.

— И что это за клиенты такие? — поинтересовалась она, чувствуя жалость.

— Бандиты самые настоящие. Хотели бизнес отжать у конкурента, а я должен был подыграть, — признался Роман.

В этот раз он сам отвёз её в деревню и даже остался на чай — они были слишком увлечены разговором, иначе заметили бы неподалёку от дома старый автомобиль, в котором сидели мужчина и женщина.

— Это кто ещё такой? — возмутился Сергей, прищурившись.

— Я же тебе говорила, она наняла адвоката. Он, наверное, — ответила Светлана, приглядываясь через стекло.

— Проблема. Адвокат нам совсем не нужен, — проворчал Сергей.

— А что, тебя спрашивают, нужен он или нет? — огрызнулась женщина.

— Я не понял. Ты на её стороне, что ли? — нахмурился он.

— Да неважно, на чьей, — отмахнулась Светлана. — Нас никто спрашивать не будет, а вместе они выяснят, что это ты устроил махинацию с кредитом, и дом этот защитят.

— Она его и без адвоката продавать не собиралась, — буркнул Сергей.

— Значит, нужно действовать по-другому, как я люблю — без этих вот топтаний и осторожностей, — заявила Светлана.

Встречи с Ромой стали для Кати настоящей отдушиной — она ещё не готова была это признать, но её тянуло в город только ради него, ради тех моментов тепла и понимания. И неважно, какая у него внешность, с ним так уютно находиться и так приятно беседовать, делиться мыслями без опаски.

Тем временем приближался Новый год — кругом мелькали разноцветные гирлянды на ёлках, а магазины пестрели украшениями, создавая праздничную атмосферу. Несмотря на стеснённость в средствах, она решила купить сыну подарок — проблемы закончатся, а вот детство уже не повторится, и нельзя его омрачать.

Екатерина приехала на вокзал и уже направилась к выходу, как кто-то взял её за руку — она обернулась и увидела рядом с собой миниатюрную, очень красивую девочку лет семи, одетую в старое, сильно поношенное платье.

— Привет. Что-то случилось? — спросила Екатерина, первое, что пришло на ум, видя грустные глаза ребёнка.

— Здравствуйте. Хотите, вам погадаю? — предложила девочка, протягивая ладошку.

— Да нет, спасибо, я в это не верю. Да и денег у меня нет, — отказалась Катя, улыбаясь.

Девочка обернулась, посмотрела на женщину в таком же длинном платье, а та отвлеклась, покупая пирожки в буфете.

— Вам нужно быть осторожнее, — затараторила маленькая гадалка, понижая голос. — Вам кто-то хочет причинить зло.

— Кто? — переспросила Катя, чувствуя холодок.

— Кто-то хорошо знакомый, — ответила девочка. — Ну всё, я побежала.

Она быстро ушла, а женщина, которую Катя посчитала её матерью, строго посмотрела на девочку, сказала ей что-то и зашагала к выходу.

Странное ощущение осталось после этой встречи — с одной стороны, ерунда, глупость, детские выдумки. С другой, Сергей до сих пор находился где-то поблизости и вполне мог представлять угрозу, подкрадываясь незаметно.

У неё родилась идея, как его подловить, и Катя тут же поделилась ею с Ромой, не в силах сдержать возбуждение.

— А почему бы и нет? — согласился он, обдумывая план. — Я, если что, подстрахую. Может быть, даже сам явится.

— Ну тогда вечером опубликую объявление, — решила Катя.

Продолжение :