Предыдущая часть:
Павел с пониманием отнёсся к её решению, тем более что он уже успел заметить косые взгляды Сергея, которые тот открыто бросал в его сторону. Молодой бизнесмен не хотел становиться причиной семейной ссоры, поэтому, поблагодарив Катю и её свекровь за приглашение и хорошо проведённое время, поехал домой.
— Ага, значит, с мужем родным разговаривать о наследстве не хочешь, но своротишь, — разъярённо кричал муж получасом позже. — А с каким-то чужим мужиком, пожалуйста. Не только всё ему про ферму растрепала, но и как дура уши развесила. Что он там тебе наплёл? Что ты вообще о нём знаешь? Не видела этого Павла столько лет, а теперь он, видите ли, тебе какой-то дешёвый веник принёс, и ты поплыла? Совсем умом тронулась.
— Сергей, как тебе не стыдно? — с укором взглянула на него Катя. — В отличие от тебя, я всегда была верной женой. А по поводу Павла — его пригласила твоя мама, не я. Я даже не знала, что он в городе.
Узнав, кто стал причиной приезда этого щегла, каковым считал его Сергей, он разозлился ещё больше. Закрывшись в комнате с матерью, он устроил настоящий допрос.
— Ну и за что ты так со мной? — требовательно посмотрел он на неё. — Что я тебе такого сделал, что ты решила подложить в мою постель такую жирную свинью?
Глаза Сергея в тот момент горели огнём ненависти и негодования.
— Я тебе ничего не подкладывала, — спокойно возразила ему мать. — Ты и сам прекрасно с этим справился. Думаешь, я не знаю про твой роман с этой дешёвой как бы моделью? Да ты даже не постеснялся притащить её к нам на дачу. Мне бабушка сразу позвонила, как вас вдвоём увидела. Всё боялась при Екатерине что-нибудь не то ляпнуть — знает, как она за семью держится. Вот только ты, похоже, совсем этого не ценишь.
— Ох, простите, — язвительно ответил сын. — Но, вообще-то, это и моя дача тоже, поэтому кого хочу, того в гости и приглашаю. И потом не стоит лезть в мои личные дела.
— Личные? — смело посмотрела в глаза Сергея мать. — Да, если бы это было так, ты бы сейчас не мотался по банкам с просьбами отсрочить платежи по кредитам. Одумайся, Сергей. Это твоё увлечение стало стоить слишком дорого. Если не успокоишься, рискуешь потерять и жену, и сына.
Ольга Петровна смотрела на него с искренней тревогой.
— Я ведь тебе не враг, — продолжила она. — Но ты хотя бы на минуту задумывался о том, каково без тебя будет Мише? А алименты? Ты хочешь платить за собственного ребёнка следующие десять лет, даже не видя его? Как ты себе представляешь своё счастливое будущее?
Сергей немного успокоился и с шумом втянул носом воздух.
— Ладно, допустим, ты права, — сказал он. — Попробую подступиться к Кате. Правда, пока не представляю, как. Но с наследством её нужно разобраться. Это такие деньжищи можно выбить из одной земли только.
Воодушевлённый мыслями о наследстве жены, он вышел из комнаты, оставив мать в полнейшем расстройстве.
— Да уж, пытаешься до него достучаться, а всё без толку, — удручённо покачала она головой.
Как бы не пыталась вбить в разум сына мысли о семье и ответственности, ничего не получалось. Алчность и стремление отобрать у жены то, что по закону принадлежало ей, стало теперь для Сергея навязчивой идеей.
На следующий день Екатерина взяла на работе отгул и, подписав все необходимые документы у нотариуса, официально вступила в наследство. Получив ключи от фермы и дома, где жил Василий Иванович, Екатерина на такси отправилась в деревню. Оказалось, что ферма покойного отца представляла собой огромный участок земли, захватывающий ещё и часть леса. У самого края красовался большой двухэтажный особняк, выполненный в традициях старорусских усадеб. Полностью из брёвен, с резными окнами, дом представлял собой настоящее произведение искусства. Неподалёку располагалась компактная сыроварня с просторным складом для хранения и вызревания сыра. Ещё дальше — маслобойня, оборудованная едва ли не по последнему слову техники. По всему было видно, что отец с трепетом относился к своему делу и старался выпускать продукты действительно высокого качества.
Конечно же, в тот момент, когда она приехала, ничто ещё не работало, так как после смерти Василия Ивановича штат работников временно распустили, пока не прояснится дальнейшая судьба с наследниками.
— О, Василий Иванович, кормилец наш был, царствие ему небесное, — перекрестилась одна из местных женщин, когда Катя после обустройства в доме решилась пройтись по улице и поспрашивать о своём родственнике. — Много очень он для нашей деревни хорошего сделал.
— И школу нашим деткам новую построил, и дорогу отремонтировал на свои же деньги, — пояснила женщина. — Пока райцентр тридцать лет-то собирался.
— Мужиков местных, да и женщин, Василий Иванович всегда старался для работы на своей ферме привлечь, — говорил ей другой житель, невысокий пожилой мужчина. — В любое время года у него для нас работа находилась, и платил он всегда хорошо, никогда не обижал. Да, а в том году так и вовсе реконструкцию моста затеял. У нас же часть села на другой берег реки ходит, а уж оттуда до большой земли — ну, до города, то бишь, — добраться-то можно. Вот он и отремонтировал мост, так что тот теперь аккурат ещё лет сто простоит.
Мужчина с горьким вздохом смахнул скупую слезу со своей щеки и так же, как и та женщина, перекрестился.
— Последнее, считай, его доброе дело здесь, — добавил он. — Хорошо, что ты приехала, дочка. Отец был бы рад, увидев тебя в своём доме.
— Да уж, только вот не знаю я, как это гнездо теперь восстанавливать, — со вздохом ответила Екатерина. — Совсем у меня нет опыта в таких делах.
В глазах мужчины зажёгся огонёк надежды.
— А ты не робей, — сказал он. — Мы тебе завсегда всем миром поможем. В память о Василии Ивановиче.
Катя искренне поблагодарила и попросила показать дорогу на местное кладбище. Хотелось навестить отца хотя бы после того, как его не стало. Придя на погост, она не сразу нашла захоронение. А когда ей это удалось, Катя заметила, что на скамеечке рядом с простым деревянным крестом сидит маленький парнишка лет десяти. Он внимательно смотрел на фотографию и будто мысленно ему что-то рассказывал.
— Привет, — поздоровалась Катя. — Ты знал его?
Она кивнула на фото отца.
— Конечно, — гордо ответил паренёк. — Василий Иванович очень хорошим был, по-доброму ко мне относился.
На секунду мальчишка не смог совладать со своими эмоциями и громко всхлипнул.
— Да, похоже, все здесь любили моего папу, — печально произнесла Екатерина. — Одна я его не знала, так и не успела с ним познакомиться.
— Вы его дочь? — изумлённо выдохнул ребёнок. — А я смотрю, вы так на него похожи. Глаза у вас одинаковые.
— Наверное, — улыбнулась Катя. — Можешь что-нибудь рассказать о нём?
Мальчонка с радостью закивал.
— Знаете, вот если бы у меня был дедушка, я бы хотел, чтобы он был как Василий Иванович, — сказал он. — Он столько хорошего сделал, я таких людей вообще не встречал.
Парнишка, которого, как выяснилось, звали Саша, рассказал ей, что пожилой фермер присматривал за ним точно за родным внуком. Саша частенько ночевал у Василия Ивановича и помогал ему на маслобойне.
— А знаете, вот вы зря думаете, что он никогда вас не вспоминал, — неожиданно произнёс мальчик. — Я слышал как-то, он с соседкой разговаривал, Марией Александровной. Так вот, он ей сказал, что очень по вам скучает, хотя, говорил, прошло много лет. Сказал, что боится к вам ехать, потому что думает, что вы его из-за мамы не простите. Ну то, что он с ней развёлся, чтобы в деревню переехать.
— Что? — изумлённо переспросила Катя. — Ты не ошибаешься, он правда такое говорил?
Катя была шокирована этим признанием, ведь её родная мама в своё время неохотно делилась с ней причинами своего расставания с отцом. В конце концов, когда Екатерина уж очень настырно допытывалась, Наталья Сергеевна ответила, что её муж просто нашёл себе в деревне другую женщину, и из-за этого они не смогли быть больше вместе.
— Ваша мама против была, хотела в городе остаться, хотела образование вам хорошее дать, — продолжил Саша. — Василий Иванович считал, что вы в деревне многому можете научиться и не нужно вам в этом пыльном городе панцирь растить. Это он всегда так про людей говорил. Ну, которые злые, бесчувственные становятся из-за того, что в больших городах долго живут.
Екатерина растерялась и не сразу смогла осмыслить услышанное, ведь получалось, что её родная мама всю жизнь скрывала от неё настоящую правду о разводе. Если бы Катя раньше узнала, из-за чего на самом деле родители расстались, она бы непременно сама нашла отца и наладила с ним общение, не теряя столько драгоценных лет.
— А ты упоминал, что папа за тобой присматривал, но что с твоими родными — с ними что-то случилось? — постаралась перевести разговор в другое русло Катя, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей.
Она понимала, ей ещё предстоит обдумать это неожиданное откровение. Вопрос застал парнишку врасплох, вырвав его из чудесных воспоминаний о дедушке. По лицу мальчика пробежала тень, но всё же он ответил:
— Один я, нет у меня никого, — сказал он. — Мне когда семь лет было, меня в приют определили, но я оттуда постоянно сбегаю. Ненавижу это место. Там так плохо к детям относятся.
Катя с сожалением взглянула на нового знакомого. Саша понравился ей своей непосредственностью и чистотой, и она подумала, что её отец неспроста приютил этого ребёнка, как и неспроста свёл их сегодня вместе на этом кладбище у своей могилки.
— Слушай, Саш, а как ты смотришь на то, что я теперь буду за тобой присматривать? — спросила она. — Ну, вместо моего папы.
На его лице расцвела широкая мальчишеская улыбка.
— А вы можете, не боитесь домой беспризорника приглашать? — хитро глядя на женщину, спросил мальчишка. — А вдруг я вас украду что-нибудь? Вы же городская, наверняка так думаете.
Катя серьёзно на него посмотрела.
— Я тебе доверяю, — ответила она. — Уж если мой папа считал тебя достойным, чтобы жить в его доме, ну кто я такая, чтобы это менять?
Саша молча кивнул и протянул ей свой согнутый мизинец.
— Поклянитесь на мизинчиках, что мы теперь с вами настоящие друзья и всегда придём друг к другу на выручку, — сказал он.
— Клянусь, — удерживая его мизинец своим собственным, уверенно произнесла Катя.
— Тогда я тоже клянусь вас защищать от плохих людей, — загадочно произнёс паренёк и отпустил её. — Только знаете что? Не отдавайте меня обратно в приют. Хорошо, я там долго всё равно не останусь. Сбегу.
— Конечно, не отдам, — заверила его Екатерина. — Слово дочери фермера. Ну что, пошли домой чай пить? Я таких вкусных пончиков привезла.
Как и обещала, Екатерина стала негласным опекуном Саши, поселив его в доме своего покойного папы. Вскоре они действительно стали хорошими друзьями, и Катя пообещала, что обязательно познакомит его со своим сыном Мишей. Катя долго думала и решила в конечном итоге принять предложение Павла о помощи, попробовать возродить дело своего отца. Так как ей нужно было периодически ездить в город, чтобы завершить все процедуры по запуску фермы, она решила оставить Сашу под присмотром соседки, той самой Марии Александровны, о которой рассказывал мальчик.
— Это совсем ненадолго, — заверила она паренька. — Вот только разберусь со своими делами и сразу вернусь.
Саша оказался смышлёным и с пониманием относился к её вынужденным отлучкам. С каждым днём Саша всё больше ей нравился, и женщина невольно начала думать о том, чтобы в дальнейшем усыновить ребёнка по всем правилам.
Отношения Кати с Сергеем зашли в тупик. Мужу не нравилось, что она всё решает сама, как он выражался, за его спиной. Сергей изначально хотел продать бизнес, рассчитывая, что масштабы фермы наверняка отпугнут его глупую парикмахершу-жену. Однако, к его изумлению, Катя неожиданно зажглась идеей возрождения фермы. И, что было для Сергея самым неприятным, жена стала всё больше общаться с Павлом, которого пригласила к себе в качестве управляющего.
— Не понимаю, зачем ты вообще решила во всё это ввязаться? — пренебрежительным тоном спрашивал он. — Понятно же, что тебе в большом бизнесе ничего не светит. Стоит ли вообще тогда начинать? Или тебе твой любовник опять заливает про успех и горы денег? Вот продай мы этот убогий кусок земли, и реально бы стали богаче.
— А так Павел мне не любовник, — холодно отвечала Катя. — У нас с ним чисто деловые отношения. По поводу фермы я тебе так скажу: это не только память о моём отце, но и шанс начать нечто новое, чего я никогда раньше не пробовала, и я этот шанс не упущу. Может, ты думал, что я буду до конца жизни тебе носки стирать, пока ты меня унижаешь? Как тебе вздумается? Нет, дружочек, такого отношения к себе я больше терпеть не буду.
Екатерина смотрела на мужа взглядом, полным решимости и собственного достоинства. Сергей в ответ только зубами скрежетал. Такая самодеятельность жены ему очень не нравилась.
Павел же, находясь на позиции управляющего, довольно быстро смог вернуть дело в рабочее русло. А ещё, используя свои знания, он модернизировал некоторые процессы и поменял программы. Работы стало много. Люди из Волынки вновь потянулись к Кате на ферму. Дело начало приносить не только новые объёмы, но и хороший доход. Прибыль росла с каждым днём, позволив Павлу и Кате начать думать о расширении производства — благо земли было достаточно.
Продолжение :