Предыдущая часть:
Через час Елена, устроенная под тёплым пледом с чашкой какао, осталась одна. Дмитрий, отговорившись срочными делами, куда-то уехал, на жену всё так же поглядывая странно, словно боялся, что она растает или растворится в воздухе. Елена же решила, что поддерживать легенду потери памяти не так уж и сложно.
В это время Дмитрий изо всех сил гнал по трассе, выжимая из машины все лошадиные силы, которые были доступны, — внедорожник рычал как раненый зверь. Он бросил машину на опушке и зашагал к домику лесника — ему очень хотелось убедиться, что всё это не игра разума и жена действительно вернулась домой буквально из болота, где он её утопил. Он ворвался в домик и оторопело уставился на худого человека, сидевшего за столом и хлебавшего что-то из старого походного котелка.
— О, привет, здорово, что приехал, — весело сказал ему Сергей. — Дело к тебе есть: в общем, дом мне этот самому нужен, так что давай вези своего нотариуса, будем отменять сделку.
— С ума сошёл? С чего это вдруг? — изумился Дмитрий, подходя ближе.
— Покупка состоялась, времени вон сколько уже прошло.
— Э, нет, брат, — покачал головой Сергей. — Деньги все у меня на руках, так что готов вернуть хоть сейчас. Ты же меня вокруг пальца обвёл — сделку заключил по заниженной цене, да ещё с умирающим человеком. Врачи мне справку дадут в любой момент, что я не отдавал отчёта в своих действиях, и суд будет на моей стороне. Так что предлагаю прямо сейчас поехать в город.
— Что за ерунда? — покачал головой Дмитрий. — Мы обо всём договорились, ты подписал договор. Нечего выдумывать новые условия. Ты вообще меня подставил, сбежал из хосписа.
— А вот тут ты не прав, — отозвался Сергей. — Разобрались, наконец-то врачи. Так что я не сбегал, меня просто перевели на лечение, и всё. Знаешь, мужик, передумал я умирать, поэтому и дом свой хочу обратно. Жить-то где-то надо, а на те деньги, что ты за него дал, конуру собачью и ту не купишь.
— Не буду я ничего переоформлять, — возмутился Дмитрий. — И вообще, напишу на тебя заявление о мошенничестве.
— А, ну тогда я расскажу о том, что видел на болотах вчера, — усмехнулся собеседник. — Или как?
— Ладно, привезу завтра нотариуса, — побледнел Дмитрий. — Я погорячился, похоже.
— И учти, если до совершения сделки со мной что-то случится, письмо улетит в полицию, — добавил Сергей. — И даже не пытайся посылать сюда свою ненормальную подружку. Я со всех сторон подстраховался.
Дмитрий ушёл, а лесник проводил его глазами. Он блефовал — никакого письма, конечно, не было, но этого хватило, чтобы мужчина уехал. Возможно, он просто выиграл для себя немного времени, хотя думал, что избежал куда более серьёзных проблем.
Праздники прошли. Елена в школе начала проводить проверочные работы у младших классов — дети нервничали, ведь задания были сложными. Она и сама постоянно ощущала дурноту, подошла к окну, чтобы распахнуть его и впустить свежего воздуха, но вдруг упала на пол. Ребята подбежали, чтобы помочь, — проверочная была сорвана. В себя Елена пришла уже в кабинете школьной медсестры, которая вызвала скорую и теперь ждала вместе с завучем и директором. Вскоре учителя погрузили в машину и увезли. Елена чувствовала сильную слабость, её тошнило. Доктор сочувственно кивал. Машину потряхивало на ухабах, и в какой-то момент Елена снова отключилась.
В себя она пришла уже в палате — в руку был вставлен катетер капельницы. Она попробовала пошевелиться, но оставила эти попытки — было очень плохо, голова кружилась, во рту чувствовался неприятный привкус. Она подумала, что всё это могло быть результатом сильного отравления снотворным. Через полчаса в палату деловито вошёл врач, поменял пакет в капельнице, потом посмотрел на неё.
— Ну что ж вы нас так пугаете, будущая мамочка? Конечно, организм на беременность реагирует по-разному, но не до такой же степени.
— Я что, беременна? — изумилась Елена. — Это какая-то ошибка.
— А вот вам результат УЗИ, — протянул странный снимок доктор. — Вес не увеличивался в последнее время?
— Да, но я сразу села на диету, — кивнула Елена. — Строго её держу.
— Ух ты, вот это да, — отозвался врач. — Ну, потом будет легче форму возвращать. А пока про диеты строго забудьте. Девять недель. Вы уже, кстати, токсикоз миновали. Скоро ребёночек толкаться начнёт, не заметите, как время пролетит.
— Вы что, правду говорите, что я беременна? — Елена снова чуть не упала в обморок, теперь уже от радости.
— Да, всё так. А вот гемоглобин у вас низковат, поэтому походите на капельницы. Всё серьёзно. Дневной стационар, я выпишу направление. Кстати, не представился — Волков Олег Александрович. Если позволите, буду вести вашу беременность.
— Ой, я с радостью, — откликнулась Елена. — Привыкнуть бы к тому, что ребёнок будет. А ещё ведь у нас экзамены на носу. Ой, мне же в школу надо.
— Забудьте, пока не повысим гемоглобин, — сказал врач. — Вы на больничном. Сейчас пришлю акушерку, сделаем вам карту беременной. Ну а дальше полежите, отдохнёте.
— А вы что, у меня кровь брали? — поинтересовалась Елена. — Кстати, там ничего постороннего не было?
— Да нет же, говорю, только гемоглобин низкий, — сказал врач и вышел из палаты. — Остальное в норме.
В этот момент в её голове проносились события последних дней. Она с молниеносной скоростью понимала, что падение, отмокание в болоте и отравление снотворным с очень сильным действием ребёнку точно вряд ли пошли на пользу. Её затрясло от ужаса и радости одновременно, но главной проблемой всё ещё оставался Дмитрий. Она не хотела оповещать мужа о беременности — больше веры ему не было.
Но для обвинения нужны были гораздо более весомые доказательства, а разумеется, у кого-то из школьных сплетниц нашлись знакомые в больнице, так что о беременности там стало известно почти сразу. Завуч тут же позвонила её мужу.
— Мальчик мой, поздравляю, скоро прибавление, — радостно сказала Людмила Владимировна.
— Вы о чём это? — растерянно буркнул мужчина.
— Леночка в больнице, ох уж эти обмороки, — весело заявила завуч. — Знаете, а у меня тоже были. Это показатель очень трепетной, чувствительной натуры.
— Хм, понятно, — ответил Дмитрий и повесил трубку.
Сейчас он сидел с телефоном в руках и отчётливо ощущал своё бессилие. Если раньше в голове ещё были мысли о том, чтобы добить жену, теперь приходилось спешно менять планы. Становиться душегубом, поднявшим руку на беременную, он точно не собирался, и даже никакие уговоры любовницы не смогли бы его в этом переубедить. Дмитрий вообще дорожил своей репутацией хорошего парня — он изначально был слегка трусоват и на придуманный Ольгой план согласился под давлением более активной любовницы.
Теперь он отчаянно пытался выпутаться из самой сложной ситуации в своей жизни, которая навалилась на него как снежный ком, не давая опомниться. Первое, что пришло в голову, — обвинить лесника в нападении на жену, ведь Сергей сейчас выглядел далеко не лучшим образом, а о его репутации Дмитрий прекрасно знал от Ольги, которая не раз расписывала его как странного отшельника. Поэтому он не опасался, что лесник первым побежит в полицию с жалобами. Через час супруг уже сидел возле кровати Елены, держа её за руку и старательно изображая заботу, хотя внутри у него всё кипело от беспокойства.
Она буквально умирала от страха каждый раз, когда он ласково заглядывал ей в глаза, пытаясь выдавить из себя искренность, но Елена держалась, не подавая вида. А он, тем временем, даже решился на признание, чтобы загладить вину и перевести стрелки.
— Милая, я так перед тобой виноват, — проникновенно начал Дмитрий, сжимая её пальцы чуть сильнее, чем нужно. — Понимаешь, я сказал не всю правду, просто растерялся в тот момент, но теперь готов покаяться и всё объяснить.
— И что это значит? — уточнила Елена, отводя взгляд в сторону, чтобы не выдать своего напряжения.
— В общем, я сам отвёз тебя туда, на болото, хотел порадовать покупкой этого домика, — продолжил он покаянным голосом, стараясь звучать убедительно. — Ты так рвалась к уединению, а у меня ещё дела были в городе, решил вернуться на такси, чтобы не лишать тебя транспорта. И ты осталась в этом лесном домике одна.
— Ты вообще о чём? — ахнула Елена, едва не выдав себя настоящим удивлением, но быстро взяла себя в руки.
— Ну, тот самый лесник, у которого я домик купил, — вещал Дмитрий, наклоняясь ближе. — Этот человек немного не в себе, он, оказывается, сбежал из больницы, где проходил лечение, и вернулся в дом, к которому привык. Как дикарь теперь сбегает от цивилизации. Я съездил туда, и он всё ещё в доме. Надеюсь, он не слишком сильно тебе навредил.
— Не знаю, — ответила Елена, стараясь говорить спокойно. — Врачи говорят, это от низкого гемоглобина, я в обмороке падаю. Может, на меня и не нападал никто, просто нашёл меня и спас. Если я точно так же рухнула в болоте, то это вполне вероятно.
— Нет, я уверен, он тебя обидел, — драматично закатил глаза Дмитрий, разыгрывая возмущение. — Это страшный человек, опасный и заслуживает самого строгого наказания. Нападение на беременную — как это вообще могло ему в голову прийти? Он настоящий зверь, и место ему в тюрьме.
Елена устало прикрыла глаза, но на самом деле ей хотелось рассмеяться в голос — ведь сейчас её муж нёс полную чушь, и было даже интересно, как он будет выкручиваться дальше. А супруг уже говорил, что прямо сейчас пойдёт в полицию, и ей это было только на руку, ведь такой шаг мог помочь разоблачить его самого.
Через час Дмитрий уже писал заявление о том, что на его жену возле болота напал бывший сотрудник лесничества, и даже лично вызвался сопроводить полицейских к месту задержания преступника. Теперь он был страшно горд тем, как всё удачно получилось, и верил, что жена будет придерживаться его версии — он ведь так тщательно всё продумал.
Лесника задержали в тот же день, пока он размышлял о визите нотариуса и возвращении прав на дом, в дверь постучали полицейские. Они провели обыск, но толком ничего не нашли, а Серёжа выбрал самую простую тактику — просто замолчал, не тратя слова на оправдания. Он был уверен, что не избежит тюрьмы, и смирился с этим.
А утром в палату Елены вошёл полицейский, дочь которого училась в её классе, — он выглядел довольно смущённым, переминаясь с ноги на ногу.
— Я должен опросить вас по делу о нападении, — сказал Роман Евгеньевич, доставая блокнот. — Мы задержали преступника, так что вам больше ничего не угрожает.
— И кого же вы задержали? — поинтересовалась она, приподнимаясь на подушках. — Надеюсь, настоящего преступника.
— Ну, конечно, лесника, — улыбнулся посетитель. — Местная полиция давно его держала на карандаше.
— Нет, вы взяли не того, — резко села на постели Елена, ощущая головокружение и тошноту, но игнорируя их.
— Мне нужно увидеть Сергея.
— А бесполезно, — пожал плечами Роман Евгеньевич. — Он всё равно отказывается разговаривать.
— Да это потому, что наши показания дополняют друг друга, — ответила Елена, откидывая одеяло. — Вы не знаете, где моя одежда?
— Нет, я вас не отпускаю, — в палату вошёл её лечащий врач, хмуро глядя на неё.
— Что вообще за самоуправство?
— Мне нужно вернуть свои долги, — поднялась Елена. — Отдайте, пожалуйста, вещи. Я обещаю, буду ходить на дневной стационар.
— Хм, предложение, конечно, интересное, но я бы рекомендовал пока остаться, — вздохнул Олег Александрович. — Ну может, не надо.
— А доктор, ну правда, отпустите на пару часиков — это вопрос жизни и смерти, — сказала Елена.
— Ай, идите, силой мы тут никого не держим, — наконец согласился он. — Но я вам очень рекомендую вернуться в палату. Вот вы сейчас почувствовали прилив сил, а вам вообще-то нужен полный покой. Ещё неизвестно, чем ваша эта отлучка закончится.
— Ну правда, дайте, пожалуйста, одежду, — настаивала Елена.
И вскоре она в компании полицейского уже входила в участок. Там, развалившись на стуле, сидел Дмитрий, а поодаль за решёткой мрачно разглядывал пол Сергей.
— О, Лен, ты что сюда приехала? — разливался соловьём муж, вставая. — Я тут уже совсем справился, поймали маньяка. Больше он нам не помешает ездить в наш домик.
— Дим, ты что, правда думал, что я на всё это куплюсь? — поинтересовалась Елена, замечая, как выпрямился и изменился в лице лесник.
— Думал, можно просто опоить жену снотворным вместе с любовницей, а потом утопить в болоте и обвинить невинного.
— Ты же нездорова, у тебя травма головы, — завопил муж, понимая, что сам вырыл себе яму.
— Ну конечно, ты же меня не подхватил, когда поил тем чаем из термоса, — кивнула она. — Как же ты жалок, даже врать нормально не научился. Я хочу написать заявление.
— Этот человек пытался меня убить, а Сергей едва ли не ценой своей жизни вытащил из болота, — добавила Елена, указывая на лесника.
— Да врёт она всё, хочет просто избавиться от меня, все деньги себе забрать, — заорал Димка, вставая.
Щёлкнул замок камеры предварительного заключения, и Сергей шагнул к Елене — она обессиленно упала ему в руки. Лесничий крепко сжимал хрупкую женщину в своих объятиях.
— Никогда тебе этого не прощу, — сказала Елена, с ненавистью глядя на мужа. — Надеюсь, его любовницу Ольгу Сидорову тоже задержат.
— Нет, впервые о такой слышим, — заявил Роман Евгеньевич.
— И ещё я хочу заявить о мошенничестве, — решился вдруг Сергей. — Эти двое обманным путём приобрели мой дом.
— Пишите, — устало придвинул к нему бумагу и ручку полицейский. — Все заявления рассмотрим.
До больницы Елена добиралась на общественном транспорте в компании всё того же Сергея — он шёл рядом с гордо поднятой головой и больше не боялся ложных обвинений.
— Почему ты сам-то ничего не рассказал? — поинтересовалась Елена, опираясь на его руку.
— Мог бы избежать всего этого.
— Ну, конечно, — усмехнулся он. — Видела бы ты, как они радовались, когда арестовывали меня, предвкушали, что легко смогут посадить в тюрьму. И потом это же твоя тайна — как я мог выдать её без твоего согласия?
Елена в ответ лишь улыбнулась — трогательная преданность этого человека умиляла. А в больнице Сергей просидел с ней до вечера, потом вернулся в свой домик. Елена же осталась ждать новостей, которые не заставили себя долго ждать.
Впрочем, те пришли уже на следующий день — Ольгу Сидорову задержали в тот же вечер. От полицейских Елена узнала, что она была коллегой её мужа.
— Даёт показания ещё как, — усмехался Роман Евгеньевич. — Знаете, топит вашего супруга, залюбуешься. Всё он придумал, запугал бедную несчастную, вот и согласилась участвовать. А так-то практически невинная ромашка.
— И что с ними теперь будет? — спросила Елена. — Я надеюсь, они не отделаются штрафом.
— Ну, конечно, — кивнул полицейский. — Кстати, дети из школы просили передать, что очень ждут.
— Я постараюсь, — пообещала Елена.
Продолжение: