Конец 80-х - начало 90-х годов. Юго-Восточная Европа охвачена хаосом: распад стран, войны, криминальные разборки, напоминающие атмосферу Дикого Запада. Ибарская магистраль, одна из главных артерий Сербии, стала местом, где пересекались дорогие машины, золотые цепи и ребята, которые решали свои вопросы с помощью не слов, а пуль. В эти времена я часто бывал в кафанах, где встречал самых разных людей. Среди них был один, чье лицо не забудется - Зоран Иванович из Ресника, по прозвищу Ковбой. За что его так называли? Всё просто - за умение стрелять, как Уайатт Эрп.
Зоки Ковбой был персонажем, который не нуждался в лишних словах. Он жил на грани: ярко, шумно, весело, но всегда сдержанно. Лёгкий на подъём, всегда в центре внимания, но при этом весьма приятным собеседником. Спокойный, с отличным чувством юмора. Помню, как однажды он рассказывал мне о своей семье, как у него двое детей. Вот так, в кафане, среди музыки Боя и Пироманцев, сидя за столом, он вдруг тихо шепчет: «Сейчас поеду в одну кафану… а потом в другую. Там убью хозяина». Я усмехнулся, решив, что это всего лишь шутка. Кто в те времена не шутила о пистолетах и стрельбе?
Утром, с чашкой кофе, открываю газету и вижу заголовок: «Убийство в кафане, стрельба из Магнума». Та самая кафана, о которой говорил Зоки. Хозяином был Миломир, человек, с которым лучше не связываться. Всегда с оружием под рукой, всегда наготове. В тот вечер он сидел за столом с поднятой ногой, потому что был с гипсом. В этот момент Ковбой подошёл, встал рядом и, не говоря ни слова, выстрелил из «Магнума» 357 калибра. Пять пуль - в руку, плечо, три - в грудную клетку. Миломир, несмотря на боль, попытался ответить, вытащив пистолет, но его удержали друзья. Они посадили его в машину и повезли в больницу. Он всё ещё кричал, угрожал: «Я его, мать его, убью!» Но через пару километров он замолк. Умер по пути, так и не дождавшись помощи.
Зоки Ковбоя арестовали, перевели в тюрьму «Забела». Говорят, его выводили только в одиночку. Слишком много знал, слишком много людей хотели его встретить, слишком много дел у него было. А потом - Митровица, и смерть от руки заключённого. Самодельный нож. И вот, Зоки Ковбой, живой символ того времени, уходит из жизни.
Никто о нём не вспоминает. Ни фильмов, ни книг, ни телешоу. А ведь это был настоящий символ своей эпохи - балканского Дикого Запада, где можно быть как обаятельным, так и смертельно опасным. Зоки Ковбой из Ресника прожил яркую, грязную и быструю жизнь. И сгорел в ней до самого конца.