Ирина стояла у плиты и помешивала борщ, когда услышала, как открылась входная дверь. Домой вернулась дочь Алена с работы.
— Мам, привет! Как дела? — донеслось из прихожей.
— Нормально, дочка, ужин скоро будет готов, — отозвалась Ирина.
Алена прошла на кухню, бросила сумку на стул и открыла холодильник.
— Мам, а где йогурт клубничный? Я вчера купила две баночки, специально для себя.
— Какой йогурт? — Ирина обернулась от плиты. — Не знаю, наверное, папа съел.
— Опять? Мам, ну я же просила не трогать мои продукты! Это уже который раз!
Ирина пожала плечами и вернулась к борщу. Ей казалось, что дочь преувеличивает, делает из мухи слона. Подумаешь, йогурт. Семья же, что тут такого.
— Алена, не надо из-за ерунды нервничать. Купишь еще.
— Мама, это не ерунда! — голос дочери зазвучал напряженно. — Я специально покупаю себе то, что люблю, а папа постоянно все съедает. И сметану мою доел, которую я для маски собиралась использовать. И сырки творожные, которые я на завтрак откладывала.
— Ты преувеличиваешь, Алена.
Дочь ничего не ответила, только недовольно хмыкнула и вышла из кухни. Ирина продолжила готовить, не придав разговору особого значения. Мало ли что, бывает.
Вечером за ужином муж Виктор нахваливал борщ, рассказывал про работу. Алена молчала, ковыряла вилкой картошку в тарелке.
— Что такая кислая? — спросил отец.
— Папа, ты мой йогурт съел?
— Какой йогурт? А, эти розовые баночки? Ну съел, они в холодильнике стояли.
— Я их специально для себя покупала!
— Аленка, не выдумывай. Что в холодильнике, то общее. Нечего припрятывать, мы же семья.
— Но я же попросила не трогать!
— Я не заметил никаких записок, — Виктор пожал плечами и потянулся за хлебом. — Да и вообще, что за манера, продукты делить? Купишь еще своих йогуртов.
Алена резко встала из-за стола.
— Я наелась. Спасибо за ужин, мам.
Она ушла к себе в комнату, а Ирина с укором посмотрела на мужа.
— Витя, ну зачем ты? Видишь же, девочка расстроилась.
— Да ладно тебе, Ирка. Обычный йогурт, что она прицепилась? Избалованная совсем.
Ирина промолчала. Ей не хотелось спорить, да и казалось, что муж прав. Действительно, какая разница, кто что ест в семье?
На следующий день Ирина собиралась в поликлинику на прием к терапевту, когда Алена попросила ее зайти в аптеку.
— Мам, купи мне, пожалуйста, витамины. Вот эти, я название записала.
— Хорошо, дочка, куплю.
В поликлинике Ирина просидела в очереди почти два часа, потом зашла в аптеку. Витамины оказались дорогими, почти тысяча рублей. Ирина задумалась, потом решила, что купит попроще, подешевле. Зачем переплачивать? Витамины они и есть витамины.
Дома она протянула Алене упаковку.
— Вот, купила.
Дочь взяла коробку, повертела в руках.
— Мам, это не те витамины.
— Ну и что? Эти тоже хорошие, а стоят в три раза дешевле.
— Мама, я же просила конкретные! Мне врач назначил именно эти, там состав другой!
— Алена, не капризничай. Все витамины одинаковые.
— Нет, не одинаковые! Мама, у меня анализы плохие, мне железо нужно в определенной форме! Я же тебе объясняла!
Ирина почувствовала раздражение.
— Ты неблагодарная, Алена. Я два часа в очереди просидела, в аптеку специально зашла, а ты вместо спасибо мне претензии предъявляешь!
— Я благодарна, мам, но я же просила конкретные витамины! Дай чек, я сдам эти и куплю свои.
— Чек я выбросила. И вообще, хватит придумывать! Пей то, что есть, или покупай сама!
Алена сжала губы, развернулась и ушла к себе. Ирина осталась стоять на кухне с неприятным чувством в груди, но быстро отогнала его. Она ведь хотела как лучше, сэкономила семейные деньги. А дочь неблагодарная.
В субботу Ирина затеяла большую стирку. Собрала белье со всей семьи, загрузила машину. Когда развешивала чистое белье, Алена вышла из комнаты и ахнула.
— Мама! Ты мою новую блузку постирала?
— Ну да, постирала. А что?
— Там же на ярлыке написано – только ручная стирка! Ты посмотрела хоть?
Ирина отмахнулась.
— Ерунда какая. Я всю жизнь все в машине стираю, и ничего.
— Мама, эта блузка шелковая! Она две тысячи стоила! Я ее только вчера купила!
Алена схватила блузку с веревки. Та действительно выглядела не очень хорошо, ткань села, и на рукавах появились катышки.
— Ты испортила мою блузку!
— Не ори на меня, Алена! Сама виновата, нечего было бросать грязное белье в корзину! Хочешь особого ухода – стирай сама!
— Но ты же сама взяла ее! Я не просила стирать!
— Я хотела тебе помочь, а ты только орешь! Неблагодарная!
Дочь посмотрела на испорченную блузку, и на глазах ее выступили слезы.
— Мам, ну почему ты не можешь просто спросить? Или посмотреть на ярлык? Две тысячи рублей псу под хвост!
— Нечего тратить такие деньги на тряпки! Вот и получай теперь!
Алена ушла к себе и хлопнула дверью. Ирина стояла возле стиральной машины и чувствовала, как внутри все кипит. Она старалась, помогала, а в ответ только претензии и слезы. Неужели она плохая мать?
Вечером муж смотрел телевизор, а Ирина сидела рядом и листала ленту в телефоне. Алена вышла из комнаты, села за стол и открыла ноутбук.
— Пап, мам, мне нужно с вами поговорить.
— Говори, — буркнул Виктор, не отрывая взгляда от экрана.
— Я нашла квартиру в аренду. Хочу съехать.
Ирина подняла голову.
— Куда съехать?
— Снять квартиру. Одной комнатки мне хватит.
— Зачем? — Виктор наконец посмотрел на дочь.
— Затем, что я больше не могу здесь жить.
— Что значит не можешь? — голос Ирины стал громче. — Мы тебя обижаем, что ли?
— Мама, вы меня не слышите. Я прошу элементарных вещей, а вы игнорируете все, что я говорю.
— Элементарных вещей? — Ирина вскочила с дивана. — Это какие же?
— Не есть мои продукты. Купить витамины, которые мне нужны. Не портить мои вещи. Неужели это так сложно?
— Алена, мы твои родители! — вмешался Виктор. — Мы тебе добра желаем!
— Если бы желали, то уважали бы мои просьбы!
— Ты неблагодарная! — Ирина почувствовала, как голос ее дрожит. — Я тебя растила, кормила, одевала, а ты из-за каких-то йогуртов из дома сбежать хочешь!
— Мама, это не из-за йогуртов! Это из-за того, что вам плевать на то, что я чувствую! Вам важнее свое мнение, чем мои потребности!
— Какие потребности? — взревел Виктор. — Жрать дорогие йогурты и носить блузки за две тысячи?
— Нет! Чтобы меня слышали! Чтобы считались со мной!
— Мы с тобой считаемся! — Ирина чувствовала, как слезы подступают к горлу. — Ты живешь в нашей квартире бесплатно, я тебе готовлю, стираю!
— Я не просила стирать мои вещи! Я сама могу!
— Ах так? Ну и вали тогда, раз мы такие плохие! — Виктор махнул рукой. — Съезжай, поживи одна, узнаешь, как это!
Алена молча встала и ушла к себе. Ирина опустилась на диван, уткнулась лицом в ладони. Муж выключил телевизор и тяжело вздохнул.
— Избаловали мы ее, Ирка. Вот и результат.
— Витя, может, мы правда в чем-то не правы?
— Что ты несешь? Мы для нее все делаем! А она нос воротит!
Ирина промолчала, но внутри росло тревожное чувство. Она вспомнила, как в последние месяцы дочь все чаще замыкалась в себе, как избегала семейных ужинов, как старалась меньше времени проводить дома.
На следующий день Ирина встретилась с подругой Светой. Они сидели в кафе, пили кофе.
— Представляешь, Света, Алена съехать хочет. Говорит, что мы ее не слышим.
— А в чем дело?
Ирина рассказала про йогурты, витамины, блузку. Света слушала, кивала.
— Ир, а ты сама подумай. Если бы кто-то постоянно ел твои продукты, не спрашивая, тебе было бы приятно?
— Ну мы же семья.
— Семья – это не повод не уважать границы друг друга.
— Какие границы? Это же мелочи!
— Мелочи? Ирина, она же взрослый человек. У нее свои деньги, свои вкусы. Она имеет право попросить не трогать ее вещи.
— Но я же хотела как лучше! Стирку затеяла, чтобы помочь ей!
— А она просила помочь?
Ирина задумалась. Действительно, не просила.
— Нет.
— Вот видишь. Ты решила за нее. А потом обиделась, что она не оценила.
— Света, но это же глупости какие-то! Из-за йогурта дом покидать!
— Ир, это не из-за йогурта. Это из-за того, что вы ее не слышите. Она говорит одно, а вы делаете другое. И каждый раз убеждаете ее, что она не права. Это называется обесценивание.
Ирина почувствовала, как внутри что-то сжалось. Неужели правда Алена права? Неужели она, Ирина, плохая мать?
— Что же мне теперь делать?
— Поговори с ней. По-честному. Спроси, что ей нужно. И не спорь, не оправдывайся. Просто послушай.
Вечером Ирина постучала в дверь дочери.
— Алена, можно войти?
— Да, заходи.
Дочь сидела на кровати с ноутбуком, просматривала объявления о квартирах.
— Алена, я хотела поговорить.
— Мам, я уже все сказала.
— Подожди, выслушай меня. Я подумала о том, что ты говорила. И поговорила со Светой. И поняла, что ты права.
Алена подняла глаза от экрана, в них мелькнуло удивление.
— Правда?
— Да. Прости меня. Я действительно не слышала тебя. Мне казалось, что раз я мама, то лучше знаю, что тебе нужно. А на самом деле я просто игнорировала твои просьбы.
Дочь молчала, и Ирина продолжила.
— Про йогурты – я скажу папе, чтобы не трогал твои продукты. Про витамины – давай я съезжу завтра, обменяю, куплю те, что нужны. Про блузку – я заплачу тебе за нее. И впредь не буду стирать твои вещи без спроса.
— Мам, дело не в деньгах за блузку.
— Я знаю. Дело в уважении. И я хочу, чтобы ты это чувствовала. Хочу, чтобы ты знала – твое мнение важно. Ты взрослая, у тебя свои потребности, и я не имею права их игнорировать.
Алена закрыла ноутбук и посмотрела на мать.
— Спасибо, что поняла.
— Не съезжай, пожалуйста. Давай попробуем наладить все здесь. Я постараюсь меняться.
Дочь помолчала, потом кивнула.
— Ладно. Попробуем.
Ирина обняла дочь и почувствовала, как отпускает напряжение последних дней. А потом вышла из комнаты и направилась в гостиную, где муж смотрел новости.
— Витя, нам нужно поговорить.
— О чем?
— О том, как мы относимся к Алене. Мы ее не слышим. И если не изменимся, потеряем ее.
— Ирка, опять ты за свое.
— Виктор, я серьезно. Она взрослая. Она имеет право просить не трогать ее вещи. И мы обязаны это уважать.
Муж посмотрел на жену, в ее глазах была решимость, которую он видел нечасто.
— Хорошо. Договорились. Постараюсь не есть ее продукты.
— Не постараешься, а не будешь есть. Это важно.
Виктор кивнул.
— Не буду.
И Ирина поняла, что это только начало. Что менять придется не только отношение к продуктам в холодильнике, а сам подход к дочери. Научиться слышать, а не просто слушать. Уважать границы, даже если кажется, что это мелочи. Потому что мелочей в отношениях не бывает. И то, что казалось ерундой, может разрушить семью. Но главное – вовремя это понять и успеть все исправить.