Глава 21(3)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
— Тактика стаи, — Медведь медленно поднимал свой автомат. — Окружают, отрезают пути отхода. Умные твари.
И правда — богомолы расходились полукругом, блокируя просеку. Их движения были плавными, почти гипнотическими. Серповидные конечности поднимались и опускались в едином ритме.
— Сколько патронов? — спросил я, не сводя глаз с ближайшего богомола.
— Две обоймы и три гранаты, — ответил Медведь.
— У меня четыре обоймы, две гранаты.
— У меня пистолет и сигнальная ракета, — добавила Яна.
Первый богомол двинулся. Не бросился, а именно двинулся — размеренно, уверенно. Остальные последовали его примеру.
— Огонь! — крикнул Медведь.
Грохот выстрелов разорвал тишину джунглей. Моя очередь снесла голову первому богомолу — бронебойные пули превратили хитин в крошево. Медведь выкашивал левый фланг короткими точными очередями. Яна стреляла из пистолета, целя в сочленения конечностей.
Но богомолы адаптировались мгновенно. Они разделились на группы, атакуя с разных направлений. Пока мы концентрировались на одной группе, другая сокращала дистанцию.
— Граната! — крикнул я, выдергивая чеку.
Бросок — заряд разорвался в центре группы из четырех богомолов. Ослепительная вспышка, волна жара, запах озона и паленого хитина. Двое упали, разорванные в клочья. Еще двое отшатнулись, раненые.
Но остальные продолжали идти.
Медведь отступал к аэролету, ведя огонь. Его винтовка щелкнула — патроны кончились. Он потянулся за запасной обоймой...
И в этот момент богомол материализовался словно из воздуха — прыжок с дерева, которое мы не контролировали. Медведь успел вскрикнуть, начал поворачиваться.
Серповидные конечности сомкнулись как ножницы гильотины.
Тело Медведя разделилось пополам на уровне пояса. Верхняя часть упала вперед, нижняя осталась стоять секунду, потом рухнула. Кровь залила землю, мгновенно впитываясь в жадную почву джунглей.
Но даже умирая, Медведь успел сделать последнее. Его рука дернулась, выдернула чеку из гранаты на поясе. Глаза встретились с моими на долю секунды, и в них не было страха — только решимость:
— Бегите...
Взрыв подбросил богомола-убийцу на три метра вверх. Осколки и куски хитина веером разлетелись по поляне. Яна вскрикнула — то ли от ужаса, то ли от боли, осколок оцарапал ей руку.
— В аэролет! — я схватил ее за руку, потащил к кабине.
Она вырывалась секунду, глядя на то, что осталось от Медведя, потом обмякла. Мы забрались внутрь через разбитое стекло. Кабина была тесной — пространство для двух, заваленное обломками приборов.
— Турель! — крикнула Яна, приходя в себя. — Еще есть бк!
Она бросилась к управлению. Пушки заскрипела, поворачиваясь. Сервоприводы были повреждены, движение медленное, но когда стволы выплюнули сотни пуль, эффект был опустошительным.
Линия огня прочертила дугу, разрезая богомолов пополам. Трое упали, еще двое отскочили, потеряв конечности.
Но выжившие разделились, атакуя с мертвых зон турели. Первый запрыгнул на корпус. Когти вспарывали обшивку как бумагу. Второй присоединился, потом третий.
— Они прорываются! — Яна отчаянно крутила штурвалы наведения, но турель не могла достать тех, кто уже был на корпусе.
Я стрелял через проломы, которые богомолы пробивали в обшивке. Горячие гильзы сыпались на пол, запах пороха смешивался с вонью богомольей крови. Патроны таяли — третья обойма, четвертая, последняя.
Серповидная конечность пробила потолок в сантиметре от головы Яны. Она дернулась, ударилась о пульт. Турель замолкла — поврежден механизм подачи энергии.
— Все, — выдохнула она, откидываясь на спинку. — Боезапас кончился.
Снаружи скребли и грызли металл. Обшивка трещала, проломы расширялись. Богомолов осталось пятеро, но этого было достаточно. Более чем достаточно.
Я посмотрел на Яну. В карих глазах — странное спокойствие человека, принявшего неизбежное. Она была прекрасна даже сейчас, может быть, особенно сейчас.
— Знаешь, — сказала она, доставая сигнальную ракету. — Если поджечь топливные баки этой штукой, взрыв заберет их с собой. И нас тоже, конечно.
— Неплохой план, — согласился я. — Но давай оставим его на крайний случай.
— А какой у тебя план?
— Честно? Понятия не имею. Симпровизирую...
Она засмеялась — короткий, почти истерический смех:
— Отличная импровизация. Сидим в консервной банке, которую вскрывают гигантские насекомые.
Потолок прогнулся. Металл стонал, заклепки выскакивали как пули. Через расширяющиеся проломы я видел фасеточные глаза, щелкающие челюсти, каплющую ядовитую слюну.
— Яна...
— Знаю, — она положила руку поверх моей. — Я тоже.
— Мы даже не успели на то свидание.
— Зато у нас есть это, — она повернулась ко мне. — Не самый худший способ уйти.
Обшивка затрещала. Последний барьер между нами и смертью начал рушиться. Я притянул Яну к себе, и мы поцеловались. Не быстро, не отчаянно — медленно, словно у нас была вся вечность. Словно богомолы не рвали металл в сантиметрах от нас. Словно это не был наш последний поцелуй.
На вкус — кровь, машинное масло, и соль. Определенно соль. Ее слезы или мои — какая разница?
Металл лопнул. Серповидная конечность просунулась между нами, застряла на мгновение. Богомол снаружи дергал ее, расширяя пролом. Еще секунда — и они прорвутся окончательно.
Яна подняла сигнальную ракету, направляя ее в сторону топливного бака. Ее палец лег на спусковой крючок.
— На счет три? — спросила она.
— На счет три, — согласился я.
— Один...
Металл трещал.
— Два...
Первая голова богомола просунулась в пролом.
— Тр...
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.