Колумнист Sputnik Грузия, политолог Нино Скворцова в рубрике «Реакция» разбирает, почему южнокавказской республике не грозит изоляция от международных процессов и почему они перевешивают строчку об евроинтеграции, записанную в конституции страны.
Семь лет назад Владислав Сурков написал статью об «одиночестве полукровки» и попытался объяснить судьбу России как державы, обреченной в этом веке на геополитическое одиночество. Логика проста: страна-цивилизация, которая не укладывается ни в западный, ни в восточный шаблоны, вынуждена отстраиваться от всех, накапливать ресурс и маневрировать в одиночку. Для сверхдержавы это почти профессиональный диагноз.
Грузии такой диагноз не грозит. И не потому, что у нее нет противоречий с соседями или она нашла идеальную внешнеполитическую формулу. Причина в другом: Тбилиси не позиционирует себя как «отдельную цивилизацию» и объективно зависит от чужих геополитических сценариев, поскольку не обладает ресурсом формулировать свой собственный. Грузия постоянно включена в проекты других – европейских, евразийских, региональных – государств. Это одновременно слабость и гарантия от одиночества.
Характерный пример – свежие заявления главы МИД Маки Бочоришвили. С одной стороны, она прямо говорит: курс Грузии остается на евроинтеграцию. С другой – подчеркивает, что игнорировать Центральную Азию и другие регионы сегодня было бы «ошибкой и даже преступлением» и что внешняя политика намного шире конституционной строчки про евроатлантическую интеграцию. То есть официально компас по-прежнему смотрит на Брюссель, но практические маршруты уже прокладываются через Каспий, Анкару, страны Залива и Пекин.
Фраза о «мимозной» геополитике – когда любая связь вне евроатлантического трека считается отклонением – в грузинской реальности перестает работать.
География, о которой говорит Бочоришвили, не дает роскоши одиночества. Перевалы, порты, коридоры не умеют ждать согласований в штаб-квартирах союзов. Если через регион проходят транзитные потоки, то вместе с ними заходят инвесторы, соседние державы и их интересы. Страна может спорить о приоритетах, но не может отключиться от этих процессов.
В любом случае Грузии не грозит геополитическое одиночество. Это прискорбно для тех, кто мечтал о героическом суверенном рывке в стиле крупных держав. И радостно для тех, кто видит в новом многополярном мире шанс.
Когда центров силы несколько, у маленьких государств появляются варианты: не растворяться в одном блоке, а развивать многовекторную внешнюю политику, пробовать себя в качестве транзитного узла, платформы переговоров, участника трансрегиональных проектов.
Здесь важен нюанс. Участие в крупных инфраструктурных и логистических схемах типа Срединного коридора или связки «Черное море – Кавказ – Центральная Азия» открывает экономические возможности, но автоматически не тянет за собой жесткий пакет политических обязанностей. В отличие от классических союзнических форматов, где вместе с флагом приходит список обязательных «реформ», такие проекты строятся вокруг расчетов: сроки, тарифы, гарантии безопасности, возврат инвестиций. Для Грузии это способ встроиться в мировую политику через экономику, а не через идеологию.
И тут мы подходим к главному противоречию. В Конституции по прежнему записан курс на евроатлантическую интеграцию, а во внутренней дискуссии НАТО и ЕС подаются как безальтернативный выбор. На практике стрелка внешнеполитического компаса все чаще указывает туда, где партнеры приходят с предложениями, а не с проверочными листами, как ревизоры; туда, где от Тбилиси ждут надежности, понятных правил и инфраструктуры, а не демонстративной политической лояльности по каждому досье.
Грузия не станет «одинокой полукровкой» между Западом и Востоком. Ей по размеру и ресурсу отпущена другая роль: быть нужной сразу нескольким игрокам, подстраиваться под чужие стратегические замыслы и при этом пытаться выторговать для себя максимум – транзит, инвестиции, доступ к рынкам.
В этом нет романтики, но есть шанс на нормальное развитие. А одиночество, о котором писал Сурков, остается привилегией крупных. Малые же учатся выживать и зарабатывать в переполненном, но уже не однополярном мире.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
Читайте также: