Предыдущая часть:
Мария поплелась умываться, но в итоге с наслаждением приняла душ. Потом вышла в халате в комнату, где Даша ловко сдёрнула крышку с подноса. Мария поняла, что столько не съест, и предложила горничной присоединиться. Они мгновенно подружились. После завтрака её ждала экскурсия по дому и знакомство с поварихой. Прислуги в таком большом поместье было на удивление мало, что делало управление им более близким и менее формальным. Даша пояснила это странностями хозяйки.
— Хозяйка у нас с причудами, — весело заявила она. — Посторонних не терпит. Странно, что согласилась на твоё присутствие, но помощь мне точно не помешает. В доме есть места, куда лет двадцать не ступала нога человека. Сергей Александрович сказал, что ими ты и займёшься.
— А вон там что? — Мария махнула рукой на строение вдали, похожее на сарай.
— Не знаешь, что ли? — удивилась Даша. — У хозяина своя псарня, только породистые борзые. Целая свора. Красивые невероятно, но ими только Сергей Александрович занимается. Ещё его племянник, он ветеринар.
Мария кивнула в ответ, но не стала расспрашивать дальше, особенно потому, что на дорожке, ведущей к дому, уже показался Сергей Александрович, приближаясь к ним. Она поспешила к управляющему, а Даша вернулась в дом. Так и началась её жизнь в резиденции Столярова.
Через неделю Мария уже вполне освоилась в новой обстановке, а Соне постепенно становилось чуть лучше благодаря уходу и лекарствам. Новая схема поддерживающей терапии с дорогими лекарствами давала надежду, что они дождутся операции. Работой её пока особенно не загружали. В основном Мария проходила медицинское обследование в том же центре, где лежала её дочь. Это позволяло ей чаще навещать девочку.
А в один из дней Сергей Александрович нашёл ей занятие — предложил разобрать хозяйскую библиотеку, вытереть пыль и составить алфавитный каталог. Мария охотно взялась за дело. Вынужденный отпуск уже начал утомлять её. К тому же перед Дашей было неудобно за своё безделье в доме, где все были заняты делами. Когда Мария забралась по стремянке к верхним полкам библиотеки, позади неё неожиданно раздался властный женский голос.
— Это ещё кто такая? Ты откуда здесь взялась?
— Меня нанял Георгий Васильевич, — тихо сказала Мария, глядя сверху на красивую женщину в халате с перьями.
Несмотря на ранний утренний час, в руке у хозяйки уже был бокал с вином, что говорило о её привычках.
— Я с этим ещё разберусь, — прошипела Ирина Васильевна и покинула библиотеку.
Мария продолжила уборку, стараясь не обращать внимания. Но вскоре до неё донеслись звуки скандала — Столяров и его жена выясняли отношения, не стесняясь в выражениях.
— Что за бред ты придумал? — визжала Ирина Васильевна. — Жора, это просто неслыханно.
— Не называй меня этой собачьей кличкой, — рявкнул Столяров. — Всё уже решено. Твоё мнение меня совершенно не интересует. Ребёнок будет. Ты его примешь или пойдёшь отсюда прочь?
— Ты ничего не забыл, Жорочка? — ехидно поинтересовалась жена. — Кстати, а почему тебе любовница ребёнка не родит? А, ну да. Спать со стариком за деньги и иметь от него детей — это разные вещи.
— Да сколько там твоей стервочке? Двадцать? Не твоё дело, — рявкнул Столяров. — Могла бы и ты родить, если бы не была алкоголичкой.
— Выгони эту уборщицу из дома немедленно, — потребовала Ирина Васильевна. — Я не буду терпеть присутствие инкубатора, чтобы ты там себе ни напридумывал.
Голос Столярова стал мерзким и раздражающим, словно скрип пенопласта по стеклу, от чего по спине пробегали мурашки.
— А ты думаешь, что можешь диктовать тут условия? — сказал Столяров. — Дорогая моя, запомни, я контролирую всё. И твои тайные счета, куда выводятся украденные у меня деньги, тоже. Хочешь остаться нищей — давай, попробуй. Можешь продолжать выступать, но учти, любые действия будут иметь последствия.
— И что это тебе на старости лет вдруг вздумалось завести наследника? — завопила Ирина Васильевна. — Жить скучно стало? А ты думал, умру и всё тебе оставлю?
— Нет, не будет наследника, и ты ничего не получишь, — усмехнулся Столяров.
— Ладно, — сдалась Ирина Васильевна. — Ну пусть этот инкубатор не мелькает перед моими глазами слишком часто. Ты же это специально сделал, да? Поселил её тут, чтобы намекать о моём нежелании вынашивать ребёнка.
— Да перестань выдумывать чепуху, — ответил муж. — Ты и так чуть всё не испортила. Мария наверняка напугана, а у неё дочь болеет. И так стрессов хватает.
— Ой, какой ты у нас стал благородный, — хихикнула Ирина Васильевна. — О чужих детях думаешь. Что, суррогатной матери со здоровым ребёнком не нашлось? Кто бы говорил. От тебя с таким потреблением алкоголя вообще скоро только странные дети смогут родиться.
— Замолчи! — ревкнул на неё муж.
В тот день Мария сделала вид, что ничего не произошло, а вечером поймала на себе благодарный взгляд Столярова. Тот явно был рад, что обошлось без больших скандалов и ситуация разрешилась мирно. Вскоре Мария забрала дочь из больницы, где лечение дало положительные результаты.
Соня быстро стала всеобщей любимицей в резиденции, завоевав сердца всех, кто с ней общался. Сергей Александрович, стесняясь, подарил ей на выписку плюшевого медведя. Повариха приготовила десерт, долго уточняя у Марии, есть ли у девочки ограничения по диете или аллергия. Даша и вовсе стала настоящей любимицей Сони. Оказалось, у девушки три младшие сестры, по которым она сильно скучала, находясь вдали от дома. Это помогало ей находить общий язык с ребёнком.
А вскоре Мария познакомилась с ветеринаром — племянником Сергея Александровича. Тот приехал на плановый осмотр собак. Собак было девять. Хозяин или управляющий ежедневно выводил борзых в поля на прогулку — на лошадях или пешком. Запомнить имена питомцев Мария даже не пыталась, поскольку все они были необычными и с претензией на оригинальность, что делало их трудными для запоминания. К тому же ходить на псарню посторонним строго запрещалось, чтобы не беспокоить собак. Соня вздыхала издалека, глядя на собак, поскольку давно просила у мамы завести питомца, но обстоятельства не позволяли. Ветеринар, заметив девочку, подошёл к ней.
— Привет, ты, наверное, Соня, — улыбнулся он и присел на корточки. — Рад познакомиться. А я доктор, правда, не для людей.
— А что, собачки болеют? — чуть не заплакала малышка.
— Нет, ты что? Просто им нужен регулярный осмотр, чтобы не болели, — ответил Алексей.
— А мне вот нельзя собаку, — вздохнула Соня. — Мама всё время работает, так что некому с пёсиком будет гулять.
— Ну такой-то вопрос можно решить, — сказал Столяров, останавливаясь возле девочки.
— А меня вы вообще не хотите спросить? — весело поинтересовалась Мария, подходя к этой странной компании.
— А зачем? — осведомился Столяров. — Если потом пёс вам будет не нужен, оставлю у нас. А пока пусть малышка развлекается.
На следующий день Алексей привёз в резиденцию белоснежного забавного щенка. Он пояснил, что собачка не породистая, но очень умная и послушная. Звали нового питомца Кукис, и вскоре Соня стала с ним неразлучна. Алексей часто бывал в доме, осматривал пёсика и учил Соню с ним обращаться. Он был терпелив к девочке, даже если она проказничала. А глаза ветеринара в такие моменты светились тихой грустью, скрывая личные переживания.
Как-то Мария решилась задать ему вопрос.
— А у вас есть дети?
— К сожалению, нет, — ответил Алексей. — Мы с женой мечтали, планировали, а потом в доме, где жили, случился пожар. Мы спали и проснулись уже, когда всё пылало. Я пытался вытащить Иру. Удалось не с первой попытки, но когда всё закончилось, помочь ей было уже нельзя.
— Как жалко, — прослезилась Мария.
— И вот сейчас спасает работа, иначе я бы давно сошёл с ума, — продолжил Алексей. — Это всё дядя пристроил меня сюда, потом ещё в паре домов в посёлке. Так что работы много, можно и клинику открывать. А вы что делаете?
— Иду обрезать деревья, — ответила Мария, с трудом удерживая тяжёлую лестницу. — Сергей Александрович сказал: погода пока позволяет, надо заняться.
— О, интересно. Я на сегодня свои дела закончил. Давайте помогу, — предложил Алексей и перехватил лестницу.
Они вместе обрезали ветки, и это заняло весь вечер, а Соня с Кукисом возились рядом, смеясь и бегая, насколько позволяло здоровье девочки.
Наконец началась подготовка к ЭКО. Процедуру Мария переносила тяжело, и Георгий Васильевич нанял для Сони няню — медсестру по образованию. Наталья сразу понравилась как девочке, так и её маме, благодаря своему доброму и профессиональному подходу. Но Алексей был встревожен, поскольку не понимал, что именно происходит с Марией и почему она так часто посещает клинику. В один из дней, вручив Соне книгу с картинками, он попытался поговорить с её мамой.
— Что с вами происходит? — поинтересовался он. — Дядя сказал, вы всё время ездите в клинику.
— Я будущая суррогатная мать для них, — просто ответила она. — Вы ведь не из болтливых, сумеете сохранить тайну?
— Вы это делаете ради Сони? — догадался Алексей. — Я, конечно, никому не скажу. Жаль, что приходится идти на такое.
— Да, надеюсь, вы меня понимаете, — кивнула Мария.
— В любом случае, у вас здесь есть друг, готовый прийти на помощь, — сказал Алексей. — И не бойтесь ничего.
Она молча кивнула, украдкой вытирая слёзы. Постепенно эта дружба становилась всё более личной и близкой. Мария ею очень дорожила, хотя и старалась не проявлять своих чувств открыто. Сейчас было важно вылечить Соню. А ещё для неё оставалось загадкой, почему Столяров выбрал именно её. Так что проявлять симпатию к другим мужчинам явно не стоило. Ведь существовал риск, что это не понравится заказчику, а злить Георгия Васильевича до оплаты операции она не хотела. Впрочем, и сил на какие-либо романы у неё особо не оставалось в этой напряжённой ситуации. Подготовка шла полным ходом, и порой от этого становилось страшно.
В один из дней, когда не нужно было ехать на процедуры, Сергей Александрович попросил её разобрать чердак — то самое место, куда, по словам Даши, давно не ступала нога человека. Соня под присмотром сиделки играла со щенком. Она сидела на пледе в саду. Терапия помогала всё хуже, и это было заметно. Порой малышка проводила весь день в постели из-за слабости, и лишь Кукис мог вызвать улыбку на её лице, принося немного радости. Помогать Марии вызвался Алексей, к которому в резиденции все относились с добродушием, ценя его спокойный характер. Вместе они перебирали бумаги в старинном сундуке в углу чердака и наткнулись на нечто необычное — стопку пожелтевших тетрадей. Это оказались дневниковые записи первой жены деда Георгия Столярова. А вместе с ними хранились письма.
Алексей, который увлекался историей, тут же погрузился в чтение, забыв обо всём. А когда понял, что не успеет дочитать, переснял содержимое тетрадей и писем на телефон. Мария не сопротивлялась этому, поскольку никто не указывал, что именно делать с такими находками на чердаке. Дневники она перенесла в свой флигель и убрала в тумбочку. Но уже на следующий день Алексей примчался в поместье взбудораженный, полный энтузиазма от прочитанного. Он уговорил Марию прогуляться до реки. Соню пришлось усадить в кресло на колёсах, поскольку далеко ходить девочка уже не могла из-за своего состояния. По дороге Алексей заговорил, оживлённо жестикулируя.
— Это просто невероятно. Эти документы — настоящее свидетельство эпохи. Правда, для твоего нанимателя они скорее позорное клеймо.
— Почему? — удивилась Мария. — Я читала историю основания компании. Столяров вообще дедом очень гордился. Использует его разработки. Тот был каким-то техническим гением, намного опередившим прогресс.
— На самом деле, это вообще не его разработки, — усмехнулся Алексей. — В дневниках описана реальная история. Там рассказано о предательстве. В годы национализации дед Столярова владел кирпичным заводом на паях с партнёром. Вот он-то и придумал особый рецепт состава, делающего кирпичи намного лучше, чем у конкурентов, при этом дешевле в производстве.
— Но все же знают, что это дед Столярова. Почему тогда потомки этого партнёра не заявили права? — поинтересовалась Мария.
— Да потому что дед заключил выгодную сделку, — усмехнулся Алексей. — Видимо, беспринципность у них в крови. Он сдал своего партнёра и лучшего друга органам, написал донос, выставил того шпионом. Партнёра и всю его семью арестовали и сослали в лагеря. Как пишет хозяйка дневника, никто не вышел. Столяров не просто стал единоличным владельцем, но и практически спас предприятие от национализации. Оно существовало на особых условиях, по сути оставаясь семейным бизнесом. А потом завод возглавлял отец Столярова, а после и сам Георгий Васильевич.
Мария заметно побледнела от услышанного.
— И теперь все эти новые особняки строят только из его кирпича. Во что я ввязалась?
Пока Мария переживала из-за того, что вынуждена иметь дело с бесчестным человеком, за её спиной разворачивался настоящий заговор. Любовница Столярова Вероника тоже узнала о его планах по заказу суррогатного ребёнка. Это обстоятельство её совершенно не устраивало, нарушая все планы на будущее. Вероника решила вынудить суррогатную мать отказаться от договора. Она понимала, что для этого потребуется собрать больше сведений о ней. Она знала, что в доме Столярова периодически появляется айтишник по имени Роман, который проверяет безопасность сетей и налаживает связь. Соблазнить его для красивой девушки оказалось проще простого, и вскоре сообщник Вероники уже установил в комнате Марии скрытую видеокамеру вместе с жучком для прослушки, чтобы собирать информацию незаметно. Теперь любовница рассчитывала добыть компромат, чтобы с его помощью испортить отношения женщины с нанимателем и вынудить её уйти.
Подошло время очередного обследования Сони, но на этот раз Мария с дочерью направилась не в дорогую частную клинику, а в областной кардиоцентр. Там выяснилось, что у них сменился лечащий врач — теперь это был молодой специалист Андрей Сергеевич, недавно поступивший на работу. Он сам провёл все необходимые исследования, тщательно изучая результаты.
Продолжение :