После операции прошёл год, а обещания врачей так и не сбылись: Роза Арнольдовна не покидала диван, к которому Олеся всё время носила подносы с очередными желаниями свекрови.
Отсутствием аппетита и запросов женщина явно не страдала. Возле автобусной остановки неподалёку от дома свекрови Олеся заметила девочку с охапкой пахучей сирени.
Фиолетовые душистые цветы выглядели немного грустно, будто тосковали по живительной влаге. Но прохожие спешили мимо по своим делам — покупать сирень никто не собирался.
— Сколько хочешь за весеннее счастье? — с улыбкой спросила Олеся голубоглазую юную продавщицу.
— А сколько вам будет не жалко за свидание с весной? — бойко подхватила игру девочка.
Олеся, только что получившая гонорар за очередную серию дней рождений, сегодня была щедра. Достав из кошелька тысячную купюру, подумав, добавила к ней большую бельгийскую шоколадку, которой её сегодня угостила одна из мам малышей на детском празднике. Девочка с удовольствием взяла оба подарка и попыталась вручить Олесе весь ворох сирени, явно варварски наломанный.
Женщина ещё раз одарила цветочницу тёплой улыбкой и тихо ободрила её напоследок:
— Скоро люди с дневной смены начнут возвращаться — сирень любят многие. Ты быстро продашь всё, что удалось собрать. А мне и этого количества веточек хватит. Удачи тебе, подружка.
Всю оставшуюся дорогу до квартиры Олеся подносила сирень к вздёрнутому курносому носу, жадно вдыхала ароматы весеннего пробуждения. Как хорошо, что сегодняшний праздник перенесли на два часа раньше и она освободилась раньше обычного.
Сейчас поставит тесто, напечёт знаменитых бабушкиных сдобных булочек, да, пожалуй, и борщ успеет сварить. Давно не баловала Костика домашней стряпнёй — всё некогда, сидят на полуфабрикатах, только Розу Арнольдовну отпаивают свежими крепкими бульонами. Она же больной человек, ей по штату положено.
Дверь постаралась открыть тихо: свекровь днём любила подремать, зачем её беспокоить. На пороге Олеся замерла, услышав звонкий, совсем не хрупкий голос второй мамы:
— Белла, моя дорогая подруга, вот меня всё на главные роли в театре не брали, а ведь напрасно. Во мне погибла великая актриса! Уже полгода вожу эту противную Олесю за нос, а она ни о чём не догадывается.
Олеся вся превратилась в немой вопрос — сразу стало ясно, что Роза Арнольдовна по телефону общается с приятельницей, гримёршей из театра.
Актриса между тем продолжала свой монолог:
— Ты же знаешь: мои заплатили тогда за операцию. Так вот, я всё-таки встала на ноги. Правда, пока хожу с палочкой только по квартире и лишь когда дома одна. Олеська хоть и покладистая невестка, но работу себе нашла, диплом вот-вот получит. Охота ей после этого за мной так старательно ухаживать?
Раздался щелчок зажигалки — Роза закурила:
— Ох, Белка, хорошо, что это не рыжая образина! Внука мне так и не родила. Как представлю, что сейчас по квартире бегал бы ещё один такой же уродливый рыжик, сердце прямо обрывается. Константин-то мой теперь как заработал, выправился, возмужал, похорошел — не та уж женщина должна ему пару составлять.
— О, ты ведь ещё не знаешь наших главных новостей! Костенька наконец встретил красивую девочку, бегает сейчас к ней на свидания, парит на крыльях любви. Вживую я её ещё не видела, но Костя приносил их снимки на телефоне. Она богиня! И лицом хороша, и сложена дивно. Не мудрено, что Костя совсем потерял голову. Я отдала им ключи от своего загородного дома...
Сын с невесткой о наследстве моего третьего мужа и не подозревали. Особнячок в пригороде я держала для себя — на чёрный день. Но, увидев, как Костя влюблён в это прелестное создание, не устояла. При взгляде на навязанную ему беспорядочной беременностью жену у него никогда не горели так глаза.
Олеся осела с пакетами прямо на полу в коридоре — всё поплыло перед глазами. В голове рос огненный шар, готовый взорваться на осколки боли. «Этого не может быть, она всё врёт!» — кричало её сердце. Но разум, не желая поддаваться эмоциям, начал подбрасывать странные, тревожные нестыковки из недавних воспоминаний.
Вот она провожает Костика на заказ, и вдруг ощущает незнакомый ему терпкий аромат парфюма. Вот они в торговом центре, где он заявляет, что устал носить дешёвые обноски из коллекций десятилетней давности и настаивает сходить в дорогой бутик мужской одежды, чтобы купить стильные джинсы.
Не далее как вчера он вернулся с поздней работы и отказался ужинать, объяснив, что настолько проголодался, что по дороге домой зашёл в кафе и плотно поел. Раньше ходил в кафе только с ней.
С Костей они были вместе всю осознанную жизнь — с детского садика. Так доверяли друг другу, что Олесе и в голову не приходило, что её друг детства, одноклассник, муж, может пойти куда-то налево, кем-то увлечься, завести любовницу…
Олеся замялась: ведь ссылаясь на усталость, он уже больше месяца не делит с ней постель. Неужели всё, что с такой радостью рассказывает свекровь подружке, правда?
На стресс люди реагируют по-разному: кто-то бросается в бой, кто-то — глушит боль вине и успокоительных. Олеся не относилась ни к одному из этих типов. Она просто уходила из жизни некогда много значащих для неё людей — навсегда, ничего не выясняя и никому не доказывая. Так было после истории с рыжим клоуном, так будет и сейчас.
Особого уважения к Розе Арнольдовне Олеся никогда не испытывала. Заботилась о ней лишь из-за своего тёплого отношения к Костику. Сейчас в голове у неё лихорадочно метался вопрос: а любит ли она по-настоящему своего мужа?
Или их любовь, возникшая тогда в Питере на базе крепкой дружбы, всегда была иллюзией, попыткой двух одиноких сердец обрести счастье? Она не знала ответ: Костя всегда был рядом, с детства были неразлучны. Ослепляющей страсти Олеся, пожалуй, никогда не ведала. В любой ситуации искала своему нежному другу оправдания.
Может, снова всплыл застарелый комплекс — уверенность, что она совершенно обделена женской привлекательностью. Он вновь затягивал её в пропасть сомнений.
Сейчас она быстро найдёт ключи от бабушкиной квартиры в ящике и уйдёт туда, чтобы залечить свои душевные раны. Через месяц приедут родители с севера — пока не стоит им говорить о переменах.
Константин действительно был влюблён — ещё как! Дина оказалась одной из его клиенток, студенткой первого курса, впервые оказавшейся в большом городе, где родители сняли ей квартиру без старших. Самостоятельно не могла разобраться с ноутбуком последней модели, а Костя, которому недавно исполнился 21 год, по сравнению с восемнадцатилетней хрупкой девушкой казался себе уже очень взрослым.
На носу у него была защита диплома, а тут — салага-первокурсница. Пока он разбирался с её ноутбуком, она сварила ему чудесный кофе, соорудила гору вкусных бутербродов, и всё время щебетала, крутилась вокруг него, словно легкая райская птичка в своем разноцветном кимоно.
Олеся всегда ходила, как симпатичный косолапый медвежонок; а Дина порхала по комнате грациозно, легко, чарующе. Впечатленный новым образом заказчицы, Константин напросился в гости на следующий день — проверить, всё ли усвоила прелестная ученица.
Дина смотрела на него широко распахнутыми, восхищёнными глазами цвета голубых топазов, аквамаринов и сапфиров одновременно. Родители её — фермеры, но к хозяйству дочь не подпускали: жила в сельской местности, но в быту могла пожарить разве что картошку или яичницу. Финансовых затруднений не испытывала, еду себе заказывала в кафе или покупала по дороге из института.
Одежда у неё — всегда новая, модная, стильная. Крепко стоящие на ногах родители каждую неделю привозили ей в город полные багажники натуральных продуктов, даже интерьер в съёмной квартире поменяли. Учёба давалась средне, зато в интернете посидеть, по соцсетям побродить, с друзьями в мессенджерах пообщаться — вот это ей нравилось.
Ухаживания Кости воспринимала благосклонно, и уже через неделю их отношения перешли на иной уровень. Дина показала ему высший пилотаж в постели — такого он с женой никогда не испытывал. Было очевидно: девушка с опытом.
Совесть мучила Костю по отношению к Олесе, но домой возвращался поздно, а Роза Арнольдовна была довольна — накормлена, вымыта, почти счастлива, потягивала вино у телевизора, закусывая то конфетой, то табачным дымом.
Олеся спала без задних ног, не забыв завернуть для мужа ужин. Костя клял себя последними словами, обещал всё прекратить, но, оказавшись в объятиях Дины, забывал обо всём. Однажды, когда Роза Арнольдовна была в особо благодушном настроении, он не выдержал и признался ей: погибает от любви к девушке. Циничная до мозга костей мать тут же спросила:
— Она хоть совершеннолетняя, твоя новая пассия? Смотри, чтобы неприятностей не было. Небось, уже давно спите.
Костя покаянно кивнул.
Роза ткнула изящным пальцем в сторону спальни:
— А с этой своей рыжей что намерен делать? Меня её забота и уход более чем устраивают. Живу в удовольствие, даже травма почти не беспокоит. Ты, сокол мой влюбленный, у вас в городе много общих знакомых — ещё засечёт тебя твоя благоверная! Мой последний официальный муж оставил мне шикарный загородный дом: устраивайте свои свидания только там, подальше от любопытных глаз. Твоей девушке там понравится, да и до города всего час езды. Сейчас за домом присматривает одна женщина — я договорюсь, чтобы осталась помощницей по хозяйству. А Олеся пусть будет здесь, при мне, как можно дольше. Ты меня понял?
Дина от загородных владений Розы Арнольдовны пришла в дикий восторг.
Женщиной она была ещё очень молодой и неискушённой — такую роскошь прежде видела только в кино. Актриса скрывала это уютное гнёздышко от взглядов чужих людей и даже от своих приятельниц долгие годы.
Часто, под предлогом гастролей, проводила на фазенде — как она называла свой загородный особняк — время с очередным сердечным другом. Даже временным мужчинам не признавалась, что дорогая недвижимость принадлежит ей: такой лакомый кусок мог любого «влюблённого» превратить в настоящего альфонса, охотника за сокровищами стареющей красавицы.
Олеся, конечно, и представить не могла о такой «пещере Али-Бабы» с комфортом. Прежде о доме не знал и Константин. В тот весенний день, когда Олеся на полу-вздохе сбежала из дома, Костя с Диной были как раз за городом. Дина сладко потянулась и сказала:
— Костя, у меня есть подозрения, что я беременна. Утром стала тошнить, а сегодня запах жареной рыбы просто вывел из себя. Завтра куплю тест в аптеке. Если мои догадки подтвердятся, ты должен серьёзно поговорить со своей женой. Ты же говорил, что никогда Олесю не любил, что это всегда была дружба. Так вот, скажи наконец ей о своём вердикте.
От того, что его несравненная Диночка могла быть в интересном положении, Константин воспарил к небесам.
— Моя крошка, как же я счастлив! Я не буду ждать завтрашнего дня — сегодня же объявлю маме и Олесе, что хочу быть только с тобой. Из глаз будущей матери моего ребёнка никогда не упадёт ни одной слезинки. Я не заставлю тревожно биться её сердце, ничем не расстрою.
Но дома, куда он вернулся после свидания, окрылённый новостью, всё пошло не так. Роза Арнольдовна восседала среди мягких подушек с обиженно поджатой губой, считая, что её все бросили. Рядом с раскинутой постелью стояло полное судно.
Госпожа актриса даже не попыталась донести его до туалета, хотя днём спокойно справлялась туда сама с палочкой, когда никто не видел. На журнальном столике одиноко стоял бокал с недопитым вином, рядом — пепельница, полная окурков. Женщина была голодна и пребывала в раздражённом состоянии.
Первый её вопрос прозвучал так:
— В этом доме кто-нибудь собирается кормить старую, больную и очень несчастную женщину?
Осмотрев квартиру, Костя понял, что Олеся после работы была дома — в коридоре сиротливо стояли пакеты с продуктами. На вопрос, куда она делась, мать ответила, что с работы так и не приходила. Костя возразил, что это не так: Олеся заходила, а вот куда ушла потом — вопрос.
Роза Арнольдовна замерла на полуслове, сразу поняв, что невестка подслушала её беседу с Беллой. Она была слишком неосторожна в откровениях. Вслух сказала:
— Ну надо же! А я не услышала, что Олесенька сбегала домой. Мало ли, какие обстоятельства заставили её снова уйти. Давай подождём, она скоро вернётся.
Про себя Роза очень надеялась, что невестка отойдёт от шока, быстро простит и появится дома.
— Да куда она денется без меня и Костика, эта рыжая толстушка! — подумала Роза, заварила каркаде и приготовила бутерброды.
Потом мирно задремала под тихие голоса телевизора. Спала эту ночь совершенно безмятежно. Ей и в голову не приходило, что завтра утром у неё начнётся новая жизнь.
продолжение