Одиннадцать лет Линди Чемберлен жила под тяжестью несправедливого обвинения. Она снова и снова твердила о своей невиновности, уверяя всех, кто был готов слушать: её двухмесячную дочь Азарию утащила и растерзала в австралийской пустыне дикая собака динго. Но крикам матери не поверили — общество решило, что она скрывает убийство.
Долгие годы шла её борьба за правду, пока наконец мир не услышал новость об оправдании супругов Чемберлен. Это не вернуло им утраченное, но положило конец страшному кошмару, растянувшемуся на более чем десятилетие.
Начало
Всё началось в августе 1980 года. Майкл и Линди Чемберлен с тремя детьми — шестилетним Айденом, четырёхлетним Реганом и двухмесячной Азарией — прибыли в кемпинг у Айерс-Рок. На следующее утро Майкл с сыновьями отправился на скалу, а Линди, держа Азарию на руках, исследовала местность. Выйдя из пещеры с названием «Пещера плодородия», она подняла глаза — на неё внимательно смотрела дикая собака динго. Позже Линди призналась детективу, что с того момента ей показалось: животное следит за ними.
После захода солнца семья Чемберлен вместе с другими туристами собралась у барбекю возле своей палатки. Линди держала на руках Азарию, пока Майкл беседовал с молодой парой — Грегом и Салли Лоу, тоже отдыхавшими с ребёнком.
Около восьми вечера Салли направилась к мусорному баку и вдруг заметила динго, дикая собака шла за ней всего в нескольких шагах. Через несколько минут одно из животных подошло и к месту барбекю. Майкл, желая развлечь сына Эйдана, бросил собаке корку хлеба.
«Не стоит их поощрять», — сказала Линди, наблюдая, как динго тут же кинулся за мышью, которую преследовал мальчик.
Ни предупреждающая табличка «Осторожно, динго!», ни просьба «Не кормить животных» никого тогда особенно не насторожили.
«Пора укладывать малышку», — сказала Линди и ушла в палатку.
Она уложила Азарию рядом со спящим братом Рейганом, а затем вернулась к остальным. Несколько минут спустя из палатки донёсся детский плач, мать побежала к палатке, затем раздался ее крик:
«Боже мой! Динго схватил моего ребёнка!».
Поиски
Следователь Фрэнк Моррис, прибывший на место первым, осветил пол палатки фонариком. На коврике виднелись пятна крови. От входа тянулись отпечатки лап, но вскоре они терялись на песчаной дороге.
Начались поиски. К ним присоединились все отдыхающие — вскоре около трёхсот человек прочёсывали местность вокруг лагеря и Айерс-Рока. Но следов ребёнка не нашли — ни у подножия священной скалы, ни в окрестностях.
Через несколько минут прибыли полицейские и рейнджеры. Им удалось найти следы динго, но ничего больше. Только один из туристов, Мюррей Хэби, заметил под песчаным гребнем небольшое углубление — словно там кто-то что-то положил. На песке остался странный отпечаток, похожий на вязаное полотно.
Рейнджер Дерек Хофф и следопыт Нуве Мининтири осмотрели место, но определить, куда ушло животное, не смогли — песок смёл все следы.
На следующий день семья Чемберленов покинула лагерь, не зная, что впереди их ждёт ещё один, куда более страшный путь — путь обвинений, суда и долгих лет отчаяния.
24 августа турист Волли Годвин, фотографируя дикую растительность неподалёку от горы Айерс, наткнулся на частично закопанные в песке детские вещи. Это были изорванные и запятнанные кровью детские вещи и подгузник — единственный без следов крови.
Новость быстро облетела страну. По телевидению показали местного полицейского, державшего находку перед камерой. Он утверждал, что вещи были аккуратно сложены — деталь, вызвавшая недоумение у зрителей и ещё больше подогревшая интерес к делу.
Расследование
Для Линди и Майкла Чемберлен следствие стало новым ударом — им вновь пришлось переживать ночь потери. Поддержка прихожан церкви Майкла помогла им держаться, но недоверие полиции и общественности росло.
15 декабря 1980 года в городе Алис-Спрингс началось официальное расследование. Уже на первых заседаниях выяснилось, что работа полиции была проведена с грубыми нарушениями. Не сохранились фотографии места происшествия и пятен крови в палатке; следы динго в лагере оказались затоптаны. При сборе улик офицеры не использовали перчатки, а найденную одежду просто приобщили к делу.
Главным «доказательством» обвинения стало заключение эксперта Кеннета Брауна: по его мнению, повреждения на одежде Азарии не могли быть следами собачьих зубов — скорее, их оставил острый предмет, вроде ножниц или ножа.
Однако мнение специалистов по поведению динго противоречило этому выводу. Они заявили, что взрослое животное легко может утащить ребёнка весом около 10 фунтов и полностью съесть добычу, не оставив следов. Хотя нападений динго на людей раньше не фиксировалось, но эксперты признали такую возможность вполне реальной.
После всех слушаний супругов Чемберлен отпустили домой. Но волна подозрений уже поднялась — и остановить её оказалось невозможно.
Второе расследование
То, что последовало дальше, напоминало настоящий ужас.
Это случилось спустя год, когда горечь потери начала постепенно стихать. Однако полиция Северной территории Австралии осталась недовольна результатами первоначального расследования. Следствие пришло к выводу, что первоначальные выводы были неверны, и в течение нескольких месяцев собирало доказательства против Линди Чемберлен. Эти новые улики сочли настолько значительными, что дело было передано на новое рассмотрение в 1981 году.
Полиция утверждала, что собранных доказательств достаточно для предъявления обвинения в убийстве. И следователи выдвинули версию: тридцати трёхлетняя Линди не потеряла дочь, а сама её убила, а история с динго — лишь прикрытие.
Чета Чемберленов вновь оказалась в полиции. На столе следователя появился новый пакет с уликой — детская кофточка Азарии, изорванная и залитая кровью. Её нашли у логова динго неподалёку от места происшествия. Но белая курточка, в которой, по словам Линди, была девочка, исчезла.
Эксперты заявили, что на кофточке обнаружен отпечаток женской ладони, а полиция «нашла» пятна крови в машине Чемберленов — на дверце, коврике и под приборной панелью.
Расследование приобрело международный масштаб: из Лондона пригласили судебно-медицинского эксперта Джеймса Камерона. Он заявил, что Линди перерезала горло ребёнку ножницами в машине, а кровавый след на одежде — отпечаток её руки.
2 февраля 1982 года следователь объявил: Линди Чемберлен обвиняется в убийстве, а её муж — в соучастии. Обычно обвинение в убийстве выносится только при наличии трупа, но не было ни тела, ни орудия преступления, ни мотива. Были предположение, что дело было сфабриковано.
К тому времени общественное мнение уже изменилось. Та, кого ещё недавно жалели, стала в глазах людей чудовищем — хладнокровной матерью, убившей собственного ребёнка.
19 апреля 1982 года супруги Чемберлен предстали перед судом. Вся страна раскололась: одни требовали справедливости, другие — видели в происходящем охоту на ведьму.
Настоящей сенсацией стало сообщение, будто одно из священных мест аборигенов у скалы Айерс называется «Пещерой перерезанной глотки», а имя Азария в переводе означает «принесённая в жертву». Эти совпадения породили волну новых слухов — супругов Чемберлен и их обвинили в ритуальном жертвоприношении.
Второй суд
К тому времени стало ясно: рассчитывать на беспристрастное отношение в своём городе Линди и Майкл Чемберлен не могли, до суда их отпустили под залог — по 13 тысяч фунтов за каждого. Под давлением общественного мнения власти решили провести процесс в Дарвине, чтобы обеспечить «честное» разбирательство.
Суд длился семь недель. Со стороны обвинения выступали туристы, участвовавшие в поисках, полицейские, судебные эксперты и юристы. Защита собрала двадцать восемь свидетелей, десять из которых подтверждали: Линди безгранично любила свою дочь. Двое других рассказали, что накануне трагедии дети видели динго, не проявлявшую страха перед людьми — её, очевидно, кормили. Один мальчик вспоминал, что собака даже схватила его за штаны.
Первым свидетелем обвинения стала туристка Салли Лоу, отдыхавшая в ту ночь в кемпинге Айерс-Рок. Она рассказала, что Линди отошла от барбекю всего на шесть–десять минут — короткий промежуток, который, по версии обвинения, был достаточен, чтобы убить ребёнка и временно скрыть тело.
Однако показания других очевидцев той августовской ночи неожиданно сыграли на руку защите. Их рассказы в целом подтверждали версию Линди, а не прокуратуры.
На перекрёстном допросе мужа Салли, Грега Лоу, спросили, видел ли он, как Чемберлены вытирали кровь с автомобиля — якобы в тот самый момент, когда, по версии следствия, должно было происходить сокрытие следов преступления:
«Нет, не видел», — ответил он спокойно.
Среди свидетелей обвинения особое внимание присяжных привлекла туристка Эми Уиттакер. Ей показалось странное поведение супругов.
По словам Уиттакер, вскоре после криков в лагере Майкл Чемберлен подошёл к её кемперу и сказал:
«Динго забрал нашу малышку… она, вероятно, уже мертва».
А Линди, как бы пыталась утешить свидетельницу, а может выгородить мужа, добавила тихо:
«Что бы ни случилось, на всё воля Божья».
Уиттакер также рассказала, что позже видела, как Линди и Майкл уходили вдвоём в кусты примерно на пятнадцать–двадцать минут — время, которое обвинение назвало возможным моментом, когда они якобы спрятали тело ребёнка.
Главный довод обвинения строился на утверждении, что кровь, найденная в машине Чемберленов, принадлежала Азарии. Однако защита выдвинула другое объяснение: следы могли остаться от автостопщика по имени Кит Ленехан, которого супруги однажды подвезли, когда тот был ранен и у него из раны бежала кровь.
Среди экспертов, выступавших на процессе, особое внимание присяжных привлекли показания биолога из Аделаиды доктора Эндрю Скотта. Он заявил, что кровь на футболке Азарии стекала вниз, будто исходила из раны на шее, нанесённой острым предметом. Другой эксперт, Барри Кокс, подтвердил: комбинезон девочки был разрезан, а не разорван зубами животного.
Профессор Малкольм Чайкин, ведущий специалист по текстилю, продемонстрировал, как при разрезании ткани образуются крошечные петельки — такие же, какие следователи нашли в сумке для фотоаппарата Майкла Чемберлена. По версии обвинения, именно туда Линди могла поместить тело ребёнка. Однако на перекрёстном допросе защита заставила Чайкина признать: подобные петельки могли появиться и на новой, нестираной одежде. К тому же супруги пояснили, что сумку действительно иногда использовали для хранения вещей Азарии.
Биолог Джой Куль представила результаты своих анализов: якобы кровь, найденная на крепёжном кронштейне приборной панели автомобиля Чемберленов, принадлежала младенцу. Но адвокат защиты, миссис Филлипс, поставила эти данные под сомнение. Под её напором Куль признала, что все пробирки с образцами крови были уничтожены — «стандартная процедура в нашей лаборатории», — объяснила она.
Среди свидетелей обвинения особое место занял Бернард Симс — лондонский стоматолог, который исследовал около двух десятков случаев нападений собак на людей. Осмотрев одежду Азарии, Симс заявил, что не нашёл признаков атаки динго. По его мнению, подобное нападение вызвало бы сильное кровотечение, а голова младенца, как он утверждал, просто не смогла бы поместиться в пасть животного.
Однако защита представила неожиданный контраргумент. Адвокат Киркхэм показал Симсу фотографию динго, державшей в пасти куклу размером с младенца — её клыки почти достигали ушей куклы. Вглядевшись в изображение, Симс был вынужден признать: его прежние выводы могли быть ошибочны.
Последним свидетелем обвинения стал профессор судебной медицины Джеймс Кэмерон из Лондона. Он заявил, что Азария была убита режущим предметом — ножом или ножницами, удар по шее нанес человек. Присяжным показали слайды, сделанные в лаборатории Кэмерона под ультрафиолетом. Учёный утверждал, что на изображениях отчётливо виден отпечаток окровавленных пальцев.
13 октября защита начала свою речь. Джон Филлипс завершил вступительное слово, обратив внимание присяжных на свидетельскую трибуну:
«Я вызываю миссис Чемберлен».
Филлипс попросил Линди приложить указательный палец к экспонату профессора Кэмерона — на котором якобы виднелись окровавленные отпечатки. Когда присяжные присмотрелись, стало ясно: отпечаток показывал четыре фаланги, тогда как у Линди и практически у любого другого человека на планете их три.
Перекрёстный допрос, проведённый Иэном Баркером, сосредоточился на попытках найти несоответствия в рассказе Линди о динго. Он спрашивал, как собака, тряся истекающего кровью ребёнка, не оставила бы много крови в палатке и вокруг неё. Также Баркер требовал объяснить происхождение крови в машине семьи. Линди отказалась строить догадки:
«Я не собираюсь придумывать, как она туда попала».
Ближе к концу допроса Баркер задавал вопросы, которые больше походили на утверждения для присяжных:
«Миссис Чемберлен, могу ли я со всей ответственностью предположить, что вся эта история с динго — просто выдумка?».
Одними из самых убедительных свидетелей защиты стали эксперты по динго. Лес Харрис подробно объяснил присяжным, как охотятся эти животные. Он рассказал, что динго, преследуя добычу размером с Азарию, захватывает её за голову и сжимает челюсти так, чтобы полностью обездвижить. После этого собаки трясут головой, ломая шею добычи, и при этом теряют совсем мало крови — всё происходящее соответствует наблюдениям за охотой в дикой природе.
Последним свидетелем защиты — стал Майкл Чемберлен. Перекрёстный допрос Иэна Баркера сосредоточился на его действиях в первые часы после исчезновения дочери. Баркер предположил, что Майкл не бросился на поиски ребёнка, якобы, уже знал, что Линди убила Азарию:
«Может быть, вы знали, что динго её не забирал и что она погибла от рук вашей жены?».
Майкл твёрдо отрицал это. Баркер продолжал настаивать:
«Вся эта история — чепуха, и вы это знаете». «Нет, мистер Баркер», — спокойно отвечал Майкл.
Когда долгие часы на трибуне наконец закончились, Майкл вернулся на своё место рядом с женой и, взяв её за руки, приободрил взглядом и лёгким жестом.
В заключительной речи адвокат Джон Филлипс подчеркнул, что обвинение так и не смогло предложить даже отдалённо правдоподобное объяснение, почему Линди Чемберлен якобы решила убить собственного ребёнка.
«У обвинения было два года и три месяца, чтобы придумать причину, но они не смогли», — заявил он присяжным.
Баркер, выступавший от имени обвинения, признал, что мотив не был доказан, но настоял, что его задача заключалась не в этом.
«Всё, что мы просим вас принять, это признать, что убийство имело место», — сказал он.
Он также призвал присяжных учитывать отсутствие доказательств, подтверждающих версию обвинения о динго, никто не видел, как собака уносила ребёнка, на месте не было шерсти или следов волочения, а комбинезон Азарии оставался относительно целым.
28 октября 1982 года судья Мёрхед обратился к присяжным с подробным напутствием, которое в целом удовлетворило защиту. Он напомнил, что Салли Лоу отчётливо слышала детский плач, доносившийся из палатки Чемберлена, и, если её воспоминания верны, утверждение обвинения о том, что Азария в это время лежала мёртвой в машине с перерезанным горлом, не могло быть правдой. Заключительная речь судьи Джеймса Мёрхеда длилась шесть часов. После этого присяжные удалились на совещание, которое продолжалось ещё несколько часов. Большинство журналистов покинули зал суда в Дарвине, предчувствуя оправдательный вердикт.
Однако 29 октября 1982 года присяжные вынесли неожиданный вердикт: Линди Чемберлен была признана виновной в убийстве первой степени и приговорена к пожизненному заключению. Майкл получил обвинение в пособничестве и был приговорён к 18 месяцам условно, с выплатой 300 фунтов в залог законопослушного поведения на три года.
Когда огласили приговор, Линди и Майкл не показали никаких эмоций. Но многие жители страны сочли решение суда несправедливым, и недоверие к вердикту мгновенно распространилось по всей Австралии.
Суровый приговор Линди шокировал даже тех, кто считал её виновной. И дело было не только в том, что она была молодой женщиной и матерью двух малолетних детей, но и в том, что на момент оглашения вердикта ей оставался всего месяц до рождения третьего ребёнка.
В тюрьме Линди родила дочь Калию. Через сорок пять минут новорождённую забрали, а Линди освободили под залог до рассмотрения апелляции. Однако 30 апреля 1983 года апелляцию отклонили, и Линди вновь посадили в Дарвине для отбывания назначенного срока.
Новые обстоятельства
В феврале 1986 года спасатели, искавшие тело английского туриста Дэвида Бретта, сорвавшегося со скалы Айерс, наткнулись на окровавленную детскую курточку. Это оказалась курточка Азарии Чемберлен.
Судмедэксперты, которые годами пытались собрать доказательства против Линди, были вновь вызваны на место. Рядом с курточкой обнаружились человеческие останки — улики, которые могли пролить свет на всю трагедию и пересмотреть судьбу обвиняемой.
В месте падения туриста, рядом с обитанием стаи динго, обнаружение детской одежды имело ключевое значение для судьбы Линди. 3 февраля 1986 года адвокат Линди Чамберлен узнал из неофициальных источников, что вязаная кофта Азарии найдена и находится в судебном участке.
Два дня спустя сенатор Боб Коллинс пригрозил публично обнародовать действия полиции, если Линди не освободят немедленно. Вскоре Линди вышла на свободу. Первым делом она поручила своим адвокатам добиться нового расследования.
6 мая 1986 года начала работу Королевская следственная комиссия. Следствие длилось почти год под руководством судьи Морлинга, который выявил множество ошибок и упущений в действиях обвинения. В итоге Линди и Майкла Чемберлен оправдали.
Но пережитое горе и несправедливость не оставили Линди чувства удовлетворения. Она заявила:
«Не может приносить удовлетворения помилование за то, чего ты никогда не совершал. Я требую отмены всех обвинений и приговора, а также признания властей в моём ошибочном осуждении».
Третий процесс
Семья Чемберленов наконец воссоединилась. Правоохранительные органы готовили новый процесс, который, по иронии судьбы, длился всего десять минут — 15 сентября 1988 года суд признал Линди и Майкла абсолютно невиновными по всем обвинениям.
Во время объявления вердикта Линди отрешённо смотрела перед собой, словно взгляд её не видел ничего вокруг. Но когда все присутствующие встали, у неё подкосились ноги, и она едва не рухнула на пол. За стенами дарвинского суда их встречала ликующая толпа, однако супруги поспешили уединиться для молитвы.
Адвокат Линди объявил о возбуждении дела о компенсации за все годы страданий, вызванных ложным обвинением. Он также уточнил, что истинное значение имени Азария — «благословенная Богом».
Месяц спустя Чемберлены устроили праздничный ужин в кафетерии колледжа Эйвондейл. Среди приглашённых были свидетели защиты, адвокаты, журналисты и политики, поддерживавшие их на протяжении долгого судебного разбирательства. Адвокат Кен Криспин в своей речи отметил удивительное достоинство семьи: за все испытания Чемберлены не питали горечи или жалости к себе, сохранив силу духа и человечность.
После оправдания Чемберлены отправились в Сидней на премьеру фильма «Крик в темноте», основанного на их истории. Фильм получил множество международных наград, а актриса Мерил Стрип, сыгравшая Линди, была отмечена призом за лучшую женскую роль на Каннском кинофестивале в 1989 году.
Линди тоже изложила свою версию событий в книге «Своими глазами».
В 1992 году правительство Северной Территории выплатило Чемберленам компенсацию: 1,3 миллиона долларов за все пережитое, 396 тысяч — на юридические расходы и 19 тысяч — за машину, предоставленную для экспертиз.
Тем временем в газетах появились слухи о том, что Линди и Майкл якобы нажили на трагедии целое состояние. Старательно подсчитывались гонорары от книги, фильма и интервью. Семья утверждала, что эти цифры сильно преувеличены. Линди с горечью замечала:
«Люди думают, что у нас денег куры не клюют, а нам порой не на что купить детям одежду».
После долгих лет судебных тяжб семья Чемберленов осталась с серьёзными финансовыми проблемами, особенно перед церковью адвентистов седьмого дня, которой они были должны значительные суммы. Чтобы как-то свести концы с концами, Майкл начал подрабатывать рубкой дров, зарабатывая по 15 фунтов за вязанку.
Ещё у семьи оставалась их старая машина 1970 года выпуска — та самая, в которой, по версии первоначального обвинения, Линди якобы убила дочь. Полиция вернула автомобиль, но без двигателя и коробки передач, лишив его всякой практической ценности.
13 декабря 1995 года были объявлены результаты третьего следствия. Следователь Джон Лоундес установил, что ни Линди, ни Майкл не имели отношения к исчезновению Азарии. Однако причины смерти ребёнка так и не удалось определить: дело осталось нераскрытым, оставив в памяти семьи болезненный осадок неполной справедливости.
Слухи и домыслы
Вокруг событий с семьёй Чемберлен ходило множество слухов, один из которых был связан с пожилым жителем Мельбурна, утверждавшим, что может пролить свет на роковой августовский вечер 1980 года.
78-летний Франк Коул рассказал журналистам, что летом 1980 года он вместе с тремя друзьями отдыхал на Айерс. Они жили в палатке, и однажды вечером Франк взял ружьё, чтобы подстрелить что-нибудь на ужин для своей собаки. В сумерках ему показалось, что в кустах шевелится кролик. Он выстрелил, но, подойдя к добыче, обнаружил ужасную правду: это была динго, а в её пасти находился младенец. По словам Коулa, у ребёнка были колотые раны на голове и отсутствовало ухо. Франк забрал ребёнка и вернулся к друзьям.
Однако компания уже нарушила несколько законов: они ввезли ружьё на территорию национального парка и застрелили дикое животное. В итоге двое решили отправиться в Мельбурн с ружьём, а двое других должны были пойти в полицейский участок и сообщить о находке застреленной динго с младенцем. Но, как признались позже, никто из них не решился обратиться в полицию.
Прошло много лет. Трое друзей Франка уже умерли, и он остался последним, кто знает эту странную тайну, но не собирается уносить её в могилу. Коул утверждает, что один из его друзей похоронил ребёнка на территории своего двора в Мельбурне.
Полицейский, дежуривший 17 августа 1980 года, отметил, что в истории Франка есть несоответствия. Адвокат Линди, похоже, хотя бы частично поверил рассказу, но сама Линди считала его не более чем выдумкой пожилого человека.
Интрига разгорелась ещё сильнее в 2004 году, когда в телепрограмме «Текущие события» репортер сообщил, что Азария, возможно, всё ещё жива: белая женщина, выглядящая чуть старше двадцати лет, живёт среди аборигенов в австралийской пустыне.
В августе 2005 года 25-летняя женщина обратилась в местную газету и заявила, что она и есть Азария Чемберлен.
Женщина, представившаяся как Азария, предъявила шрам на руке — след от зубов динго, когда собака тащила её. Она рассказала, что её нашли аборигены и отдали на воспитание белым людям, а также выразила готовность пройти DNA-тест. По её словам, иногда возвращаются воспоминания о настоящей семье, а ночные кошмары, связанные с динго, продолжают мучить её.
Полиция и местные жители скептически отнеслись к её заявлениям, хотя она дала несколько интервью для газет и телевидения. История, в итоге, не получила подтверждения.
Единственное анонимное письмо, которое полиция восприняла всерьёз, поступило от двух мужчин из Западной Австралии. Они утверждали, что в августе 1980 года спугнули динго, несущую в зубах какой-то свёрток. Собака уронила поклажу — это был младенец. По словам авторов письма, они подобрали мёртвое тело ребёнка и похоронили его. Мужчины представились защитниками динго и заявили, что не хотят мести в адрес животных. Вероятно, к этому времени эти люди уже умерли. Полиция пыталась разыскать их после получения письма, но в конце концов предложенная версия была отвергнута.
Сегодня семья Чемберленов продолжает жить в своём бунгало в Куранбонге. Линди утверждает, что её история о трагедии 1980 года была поставлена под сомнение властями с единственной целью: поддержать зарождающуюся туристическую индустрию и планы строительства отелей и кемпингов вокруг скалы Айерс, чтобы не отпугнуть будущих посетителей рассказами о динго. По её мнению, судьба семьи была сознательно принесена в жертву новому бизнесу.
Линди старается не ворошить прошлое и стремится обрести покой. Она говорит:
«В материалах суда ни разу не упоминаются нападения собак на детей, которые случались ещё до гибели Азарии... Но я слышала, что иногда динго всё же проникают в палатки».
Напоминанием о реальной опасности стало событие 30 апреля 2001 года, когда девятилетний мальчик Клинтогн Гэйдж подвергся нападению двух динго в Квинсленде. После этого 31 собака была застрелена на острове, что вызвало гнев местных жителей, утверждавших, что туристы сами подвергают себя опасности, прикармливая диких собак и не соблюдая меры предосторожности. В результате после долгих обсуждений было решено возвести заборы в местах отдыха туристов, чтобы предотвратить повторение подобных инцидентов.
Четвертый процесс
18 декабря 2011 года было объявлено о проведении четвёртого расследования причин смерти Азарии Чемберлен. Через шесть месяцев следствие было завершено. Следователь Элизабет Моррис вынесла заключение:
«Причина смерти Азарии — нападение и унесенное динго».
Моррис отметила, что для динго было бы очень трудно снять с ребёнка одежду без повреждений, однако, судя по доказательствам, именно так собака могла действовать. Главный рейнджер на Айерс-Рок, мистер Рофф, человек с большим опытом, подтвердил, что положение одежды в момент обнаружения полностью согласуется с поведением динго. Тем не менее другой эксперт по динго высказал своё несогласие, показав, что этот вопрос остаётся спорным.
12 июня 2012 года Линди Чемберлен, получив новый сертификат о смерти дочери, подвела итог:
«Для всех австралийцев это должно стать уроком о том, насколько опасны дикие австралийские собаки».
Сегодня семья Чемберлен живёт спокойно в своём доме в Куранбонге, вдали от шума и сенсаций. Их история остаётся напоминанием о человеческой несправедливости, силе духа и важности научного подхода. А динго, недопонятые и часто оклеветанные, продолжают жить в австралийской пустыне, играя ключевую роль в экологии страны. История Азарии и её семьи навсегда останется в памяти как трагедия, из которой родилась истина.
РS.
Существует множество мифов и заблуждений о динго — небольших, по натуре пугливых животных. Их любимое занятие — целый день носиться по округе, а не драться с сородичами. Ласковые, привязчивые и любящие, динго совсем не пожирают детей, как это часто изображают в историях и СМИ.
Появившись в Австралии около 5–10 тысяч лет назад, динго сегодня играют роль экологического стабилизатора. В местах, где обитают стаи динго, сохраняется значительное биологическое разнообразие. Там, где этих собак нет, европейские хищники уничтожают местную природу и фауну континента.
Недавние исследования учёных из Гарварда показали, что ум динго сравним с интеллектом некоторых приматов, к которым относятся люди и обезьяны. В то же время в Австралии законы многих штатов классифицируют этих животных как вредителей, которых следует истребить. В некоторых регионах, однако, динго внесены в список вымирающих видов и находятся под охраной.
Если вам понравилось, ставьте "лайк" и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить выхода новых историй!!!!
#zaGRANyu