Представьте фабрику конца XIX века. Гул станков, запах машинного масла, рабочие в промасленных комбинезонах. Всё движется как‑то… хаотично. Один делает дело неспешно, другой суетится, третий постоянно отвлекается. Никто толком не знает, сколько времени должна занимать та или иная операция. Производительность? Да кто её считал… Именно в такой среде начал свои эксперименты Фредерик Уинслоу Тейлор. И знаете, что меня больше всего поражает в его истории? Он не просто наблюдал за этим хаосом — он решил его измерить. Буквально: с секундомером в руках. Тейлор не был кабинетным теоретиком. Он начинал как простой рабочий, потом стал мастером, затем главным инженером. То есть видел производство изнутри, знал его боли. И главное — не смирился с тем, что «так всегда было». Его подход выглядел странно для того времени: взять операцию, разбить на мельчайшие движения, засечь время каждого, убрать лишнее. Звучит просто, но тогда это было революцией. Представьте: до Тейлора никто всерьёз не задумывался