Глава 17(1)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
Спускаясь по металлической лестнице Цитадели, я чувствовал, как с каждым пролетом нарастает тяжесть в груди. Не от физической усталости — бронескафандр с его сервоприводами делал спуск легким делом. Нет, это была тяжесть ответственности. Я только что поставил на кон жизни трех с половиной тысяч человек, полагаясь на семейные связи. Если план провалится...
Казарма встретила меня привычным гулом голосов.
— О, Санек! — крикнул Толик, увидев меня. — Ну что, получил новую порцию пинков от нашего одноглазого?
Я огляделся. Мэри сидела в своем углу, как всегда отгородившись от мира невидимой стеной безразличия. Но я заметил, как ее глаза следят за мной из-под опущенных век. Рядом с ней, прислонившись к стене, дремал Кроха.
— Собирайтесь, — сказал я, стараясь говорить негромко, но так, чтобы слышали все нужные люди. — Есть новости.
Не успел я договорить, как дверь казармы с грохотом распахнулась. В проеме возникла массивная фигура старшего сержанта Рычкова. У Папы было выражением лица, от которого хотелось спрятаться под койку.
— Васильков! Что ты там наплел Кнутову? — прошипел он, наклонившись ко мне. — Если ты, сучонок, решил нас с Капелланом сдать...
— Никого я не сдавал, — ответил я спокойно, глядя ему в глаза. — Речь шла совсем о другом.
— О чем же? — Папа прищурился, изучая мое лицо в поисках признаков лжи.
— О спасении всех нас. Включая вас, сержант.
Я коротко изложил суть плана — послание дяде Паше, корабли восьмой дивизии, шанс на эвакуацию. С каждым словом выражение лица Папы менялось от подозрительности к скептицизму, а потом и к откровенному неверию.
— Ты что, совсем с дуба рухнул? — он покрутил пальцем у виска. — Думаешь, космофлотские припрутся сюда ради кучки штрафников? Да они скорее договорятся с богомолами, чем пальцем пошевелят ради нас!
К нам подошли остальные — Толик, Кроха, даже Мэри оторвалась от созерцания стены. Слухи в казарме распространялись быстрее, чем радиация от ядерного взрыва.
— Санек говорит, его дядя-адмирал пришлет корабли нас спасать, — пояснил Толик остальным. — Прямо как в сказке — прискачет принц на белом коне и всех вывезет.
— На белом крейсере, — поправил я.
— Какая разница, — фыркнул Толик. — Братан, я тебя уважаю за попытку, правда. Но флотсские... Они же нос воротят даже от обычной космопехоты, а мы вообще штрафники. Для них мы хуже насекомых.
— Парень старался, — неожиданно подала голос Мэри. Ее голос звучал ровно, без эмоций, как всегда. — Глупо, наивно, бесполезно. Но старался. Это больше, чем делают остальные.
— Спасибо за поддержку, — буркнул я.
— Это не поддержка. Это констатация факта. В любом случае мы все здесь умрем.
На этой оптимистичной ноте беседа и закончилась. Папа еще раз предупредил меня "не выделываться" и ушел, бормоча что-то про "столичных идиотов". Остальные вернулись к своим делам, только Толик подсел ко мне на койку.
— Не парься, — сказал он, хлопнув меня по плечу. — Может, и выгорит. Чудеса случаются...
Через час пришел приказ — усиленное дежурство на Периметре. Посты утроили, на каждую башню теперь ставили по полному отделению. Мы с Толиком попали на западную стену, сектор семь — самое неприятное место. Здесь джунгли подходили к Периметру на расстояние броска гранаты, а ультразвуковые излучатели работали с перебоями из-за помех от карстовых пород.
Ночь выдалась особенно паршивой. Луна скрылась за тучами, оставив нас в кромешной темноте. Только прожекторы выхватывали из мрака клочки джунглей — переплетение лиан, громадные стволы древовидных папоротников, иногда — светящиеся глаза какой-то очердной твари, вылезшей на охоту.
А звуки... Господи, эти звуки. Джунгли никогда не молчали, но этой ночью какофония достигла апогея. Вой, рычание, треск ломающихся веток, шелест — казалось, все обитатели зеленого ада решили устроить концерт. И в каждом шорохе, в каждом движении тени мне мерещились богомолы.
— Видишь что-нибудь? — спросил Толик, вглядываясь в прибор ночного видения.
— Только как что-то большое и мохнатое жрет что-то маленькое и визжащее, — ответил я. — Обычная ночь на Новгороде-4.
— Точно, обычная. Только завтра в это время будут жрать уже нас.
Около двух ночи прогремели турбины — это возвращались аэролеты. Машины прошли над нашими головами на бреющем, их посадочные огни срезали темноту как лазеры. Я проследил за ними взглядом до самой посадочной площадки. Даже отсюда, с расстояния в полкилометра, было видно, как из кабин вываливаются уставшие пилоты.
И среди них — она. Капитан Бекетова. Даже в тусклом свете прожекторов, даже измученная бесполезными вылетами, она выглядела... Черт, да она выглядела как богиня войны. Красивая, опасная и совершенно недостижимая для такого, как я.
— Эй, Ромео, — Толик щелкнул пальцами перед моим лицом. — Вернись на землю. Вернее, на стену. А то свалишься, и придется тебя из богомольих челюстей выковыривать.
— Все под контролем, — отмахнулся я, но продолжал следить за удаляющейся фигурой Яны, пока она не скрылась в бараке пилотов...
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.