Глава 16(2)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
Секунд тридцать Петр Александрович стоял неподвижно, глядя на пустое место, где только что висела голограмма. Потом медленно, очень медленно повернулся ко мне. В его единственном глазу плескалась такая смесь ярости, отчаяния и усталости, что мне стало не по себе.
— А, Васильков, — голос звучал глухо, словно из-под земли. — Видел концовку представления? Классика жанра — бюрократ умывает руки, пока люди готовятся сдохнуть.
Он прошел к своему креслу, тяжело опустился в него. Кресло жалобно скрипнуло — массивная конструкция с усиленной рамой, специально под вес полковника с его механическими имплантами.
— Знаешь, что самое паршивое? — продолжил Кнут, массируя виски обычной рукой. — Этот гаденыш прав. Формально прав. По всем бумагам, уставам и протоколам. "Астромолот" имеет полное право бросить своих работников. А я не имею права, ну и возможности, конечно, их эвакуировать без приказа сверху.
Он открыл ящик стола, достал фляжку с чем-то янтарным, сделал большой глоток прямо из горла. Судя по запаху — местный самогон из корнеплодов, градусов под семьдесят.
— Садись, — кивнул он на стул напротив. — Раз пришел, значит, есть что сказать. Или просто полюбоваться на мои мучения решил?
Я сел. За окном кабинета первое из двух солнц уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в ядовито-оранжевые тона. Внизу, на территории базы, шла лихорадочная деятельность — грузовики сновали туда-сюда, вывозя самое ценное оборудование. Но людей так и не вывозили. Людей никто не собирался вывозить.
— Господин полковник, — начал я, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотилось как бешеное. — Похоже, у меня есть решение проблемы с эвакуацией.
Кнут поднял голову, его единственный глаз прищурился. На мгновение он вспомнил о том письме с заказом на убийство. О миллионе рублей, который ждет его на секретном счету. Я не понимал и не знал этого, оказывается, я в том момент видел борьбу в его взгляде — секундное колебание между долгом и выгодой, между офицерской честью и прагматизмом выживания.
Но момент прошел. Кнут усмехнулся — кривая усмешка, от которой шрам на его лице исказился еще сильнее:
— Решение? У тебя пацан? — в голосе звучала неприкрытая ирония. — Мальчишка, который неделю назад не знал, с какой стороны держать винтовку, будет учить меня, как защитить три с половиной тысячи человек?
— Возможно, есть вариант вообще не эвакуироваться, господин полковник.
Кнут медленно наклонился вперед. Механическая рука легла на стол, пальцы начали выстукивать нервный ритм по пластику.
— Слушай, умник, — процедил он. — Ты, конечно, сейчас на кураже от своих приключений с богомолами. Героически спас подразделение, даже вроде пару раз, получишь за это грамоту с благодарностью... Но это не повод нести чушь. У меня тут реальные люди, которые через сорок восемь часов превратятся в корм для насекомых.
— А я не шучу, полковник, — я решился и сел прямо, глядя ему в глаз. — Помните письмо от вице-адмирала Дессе?
При упоминании письма Кнут дернулся — едва заметно, но я уловил это движение. Он помнил. И помнил не только официальное письмо с просьбой присмотреть за крестником. Он помнил и другое письмо. То самое, с заказом.
— Твой крестный, — медленно произнес Кнут. — И что?
Я встал, подошел к окну. Внизу как раз садился очередной транспортник — небольшой, на пару сотен тонн груза. Загружали контейнеры с образцами руды. Руда была важнее людей.
— Насколько я помню, часть кораблей 8-ой «ударной» дивизии Балтийского космофлота находятся сейчас в паре звездных систем отсюда. Когда меня сюда везли было время изучить дислокацию, так сказать... Но сейчас не об этом... Это примерно стандартные сутки хода через межзвездные «врата». Может, чуть больше, я в этом не силен. Но в любом случае они успеют. У дяди Паши... то есть у вице-адмирала Дессе там два крейсера и три эсминца. Достаточно, чтобы эвакуировать всех.
— И ты наивный думаешь, он приведет сюда боевую эскадру? Нарушит все мыслимые протоколы, влезет в юрисдикцию планетарных сил, подставится под дисциплинарную комиссию? И все ради того, чтобы спасти кучку штрафников и шахтеров частной лавочки?
— Нет, — я покачал головой. — Но он сделает это, чтобы спасти меня...
Кнут задумался. За окном садилось первое солнце, длинные тени ползли по территории базы. Где-то вдалеке прогремели взрывы — аэролеты продолжали безуспешно бомбить пустые пещеры.
— Твой крестный — профессиональный военный, — наконец сказал полковник. — Он не станет рисковать.
— Если будет знать, что его крестнику угрожает смертельная опасность, то станет.
— Пришлет личный катер и вывезет тебя. Остальные сдохнут. Что изменится?
— Вот только я не уеду без своих товарищей! — я не сдержался, ударил кулаком по подоконнику. — Толик, Кроха, Мэри — они прикрывали меня в бою. Я их не брошу!
Кнут смотрел на меня долго, не мигая. В его взгляде снова мелькнула та самая внутренняя борьба. С одной стороны он собственноручно подписался под ликвидацией Василькова, с другой – его снова гложет сомнение, а такой ли избалованный ублюдок, жизнь которого для Кнутова ничего не стоит, стоит сейчас перед ним. Ведь только что этот перень предложил помощь и не только Кнутову, но и всем находящимся в опасности людям в Периметре.
— Ладно, садись за стол и записывай весточку своему родственнику,
Он набрал длинный код, приложил ладонь к сканеру, потом поднес глаз к окуляру, активирую коммуникатор.
— Прямой канал на военные ретрансляторы, — сказал Кнут, запустившейся программе. — Приоритет высший, шифрование. Сообщение по фотонной почте дойдет до флагмана 8-ой дивизии примерно за четыре часа. Ответ — еще через столько же. Если твой дядя вообще ответит.
— Ответит, — сказал я с уверенностью, которой на самом деле не чувствовал.
— У тебя пять минут на текстовое сообщение. Видео слишком объемное, будет дольше идти. Садись, пиши...
Он не договорил, но смысл был ясен. Если не сработает, мы все здесь умрем.
Я сел за консоль, активировал голографическую клавиатуру. Буквы светились мягким зеленым — цвет надежды или цвет богомольей крови, в зависимости от настроения.
Начал набирать:
"Вице-адмиралу П.П. Дессе, командующему 8-й ударной дивизией БКФ.
Дядя Паша, это Александр. Пишу с Новгорода-4. Ситуация критическая.
Местная корпорация эвакуировала свой ключевой персонал и оборудование, бросив 3000 рабочих и 500 военнослужащих 13-го штрафного батальона. Через 40 часов начнется Черная Ночь — массовая атака местного зверинца. Периметр не продержится.
Планетарная администрация отказывает в эвакуации, ссылаясь на контракты с корпорацией. "Астро-молот" не отвечает на запросы — классический случай корпоративного геноцида под прикрытием форс-мажора.
Запрашиваю экстренную эвакуацию силами 8-й дивизии. Знаю, вы недалеко. Надо спасти тех, кого бросили эти торгаши.
Полковник Кнутов готов координировать эвакуацию.
P.S. Я остаюсь здесь до конца. С товарищами по оружию. Так что если хочешь, чтобы твой крестник вернулся — поторопись. Времени почти не осталось.
Твой крестник - А. Васильков, 13-й штрафной батальон"
Кнут читал через плечо, его дыхание обжигало затылок.
— Отправляю...
Щелчок. Зеленый индикатор — сообщение ушло, понеслось через межзвездную пустоту, прыгая от ретранслятора к ретранслятору со скоростью света...
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.