Он вернулся
В дверь позвонили.
Я открыла.
На пороге стоял мой муж.
Виктор. Которого не было восемь лет.
Я замерла. Не дышала. Смотрела на него.
Он постарел. Седые волосы. Морщины. Но это был он.
— Оля, привет, — сказал он спокойно. Как будто вышел в магазин и вернулся.
— Виктор?
— Да. Это я.
Я не могла говорить. Восемь лет. Восемь лет я не знала, где он. Жив ли. Что случилось.
Он ушёл на работу. Утром. Обычный вторник. Поцеловал меня. Сказал: "До вечера." И не вернулся.
Телефон выключен. На работе не появлялся. Никто не знал.
Я звонила всем. Друзьям. Родственникам. Полиции. Больницам.
Ничего.
Полиция искала. Объявили в розыск. Проверяли камеры. Банковские карты — не использовались. Телефон — выключен.
Исчез.
Через пять лет признали безвестно пропавшим. Я получила справку.
И вот он стоит на пороге.
— Можно войти? — спросил он.
Я отступила. Он вошёл.
И тут я увидела её.
За ним стояла женщина.
Молодая. Лет тридцати. Длинные русые волосы. Серые глаза. Точёные черты лица.
Я смотрела на неё.
И видела себя.
Себя в тридцать лет.
Муж пропал на восемь лет. И вернулся с женщиной, которая выглядит как ты. Только моложе на двадцать три года.
Моя копия
— Кто это? — спросила я тихо.
Виктор обернулся к женщине. Улыбнулся.
— Это Настя. Моя жена.
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Твоя... жена?
— Да. Мы поженились три года назад.
Я смотрела на Настю. Она смотрела на меня. Неуверенно. Виновато.
— Она... она похожа на меня.
— Да, — Виктор кивнул. — Очень похожа. Я нашёл её семь лет назад. Она работала в кафе. Я зашёл. Увидел. И понял — это ты. Только молодая.
Я не могла дышать.
— Ты... ты ушёл от меня... чтобы найти мою копию?
— Не копию. Тебя. Ту, которой ты была. Которую я любил.
Я посмотрела на Настю. Она стояла, опустив глаза.
Я подошла к зеркалу. Посмотрела на себя.
Пятьдесят три года. Седые пряди в волосах. Морщины вокруг глаз. Обвисшая кожа на шее.
Потом посмотрела на Настю.
Тридцать лет. Гладкая кожа. Молодое лицо. Никаких морщин.
Мы были похожи. Очень. Как будто кто-то взял мою фотографию двадцатилетней давности и оживил.
— Зачем ты вернулся? — спросила я.
— Я хочу забрать вещи. И... переехать сюда. С Настей.
— Что?
— Квартира записана на нас двоих. Я имею право жить здесь.
Я рассмеялась. Истерически.
— Ты пропал на восемь лет! Меня признали вдовой! Ты хочешь вернуться?!
— Я не умер. Я вернулся. Квартира моя тоже.
— И ты хочешь жить здесь? С ней?! С моей копией?!
Настя вздрогнула. Виктор посмотрел на меня холодно.
— Она не копия. Она лучше. Моложе. Красивее.
Вернулся с другой — и сказал, что она лучше. Потому что моложе. Потому что похожа на тебя. Но без твоих лет.
Ты постарела
Я села на диван. Смотрела на них.
— Расскажи. Где ты был восемь лет?
Виктор пожал плечами.
— В другом городе. Снял квартиру. Работал.
— Почему не позвонил? Не написал?
— Не хотел.
— Почему?
Он посмотрел на меня. Долго. Потом сказал:
— Ты постарела, Оля. Тебе было сорок пять. Ты перестала следить за собой. Набрала вес. Перестала краситься. Я смотрел на тебя и не узнавал. Ту девушку, на которой женился.
— Мне было сорок пять! Мы прожили двадцать лет вместе!
— Да. И ты состарилась.
— А ты нет?!
— Я мужчина. Мне можно.
Я рассмеялась. Горько.
— Ты ушёл... потому что я постарела.
— Да. Я хотел ту Олю. Молодую. Красивую. Которая смеялась. Которая была лёгкой.
— Я работала! Я устала! Нам обоим было за сорок!
— Мне это не нравилось. Я ушёл. Нашёл новую жизнь.
— И нашёл... её. — Я кивнула на Настю.
— Да. Я увидел её и понял — это ты. Ты двадцать лет назад. Я влюбился снова.
Настя стояла молча. Не смотрела на нас.
— Сколько ей было, когда ты её нашёл?
— Двадцать три.
— Тебе было пятьдесят. Ты соблазнил девочку.
— Я не соблазнял. Она сама согласилась.
Я посмотрела на Настю.
— Он сказал тебе, что ты похожа на его жену?
Настя кивнула. Тихо.
— Да. Он показал фото. Старое. Вы в молодости. Мы правда похожи.
— И ты согласилась быть заменой?
— Я... я любила его. Люблю.
— Ты любишь мужчину, который использовал тебя как копию жены?
Она заплакала.
Виктор обнял её.
— Хватит, Оля. Не трогай её.
— Не трогай?! Ты привёл мою копию в мой дом!
— Наш дом. Я вернулся. Я хочу жить здесь.
— Нет.
— Что?
— Ты не будешь здесь жить.
Похожа на меня — но моложе. И он думает, что это замена. Что я должна принять. Что он имеет право вернуться.
Я — не замена
Виктор смотрел на меня.
— Оля, ты не понимаешь. Я вернулся. Мы можем жить вместе. Втроём.
— Втроём?!
— Да. Ты, я, Настя. Одна семья.
Я встала.
— Ты сошёл с ума.
— Нет. Послушай. Настя — это ты. Молодая. Мы будем как раньше.
— Я не хочу быть "как раньше". Мне пятьдесят три. Я не та Оля, которой была в тридцать.
— Вот именно. А Настя — та.
— Настя — не я! Она другой человек!
— Она похожа. Это главное.
Я подошла к нему. Посмотрела в глаза.
— Ты не любил меня. Никогда. Ты любил образ. Молодую девушку. Когда я состарилась — ты ушёл. Нашёл новую. Моложе.
— Я имею право хотеть молодую жену!
— Имеешь. Но ты не имеешь права приводить её сюда. В мой дом.
— Наш дом!
— Нет. Восемь лет ты был мёртв для закона. Для меня. Теперь квартира моя.
— Я оспорю!
— Оспаривай. Я найму адвоката. Докажу, что ты бросил меня. Восемь лет не подавал признаков жизни.
Виктор стиснул зубы.
— Ты пожалеешь.
— Нет. Ты пожалеешь. Когда Настя постареет. Когда ей будет сорок. Пятьдесят. Ты бросишь её.
Настя всхлипнула.
Я посмотрела на неё.
— Настя, уходи от него. Он использует тебя. Ты - не я. Ты — Настя. Живая. Настоящая. Со своей жизнью. Не будь чьей-то копией.
Она молчала. Плакала.
Виктор схватил её за руку.
— Пошли. Здесь нас не хотят видеть.
Они пошли к двери.
Виктор обернулся.
— Оля, ты изменилась. Ты больше не та, кого я любил.
Я улыбнулась грустно.
— Я никогда не была той, кого ты любил. Ты любил идею. Образ. Не меня.
Они ушли.
Я закрыла дверь. Села на диван.
Восемь лет я думала о нём. Искала. Плакала. Привыкала жить одна.
И вот он вернулся. С моей копией.
Я больше не похожа на ту девушку, которой была в тридцать.
И знаете что? Это нормально.
Я жила. Работала. Переживала. Радовалась. Старела.
Это естественно.
А Виктор хотел вечную молодость. Вечную копию меня в тридцать лет.
Через месяц позвонила Настя.
— Ольга Петровна?
— Да.
— Это Настя. Я... я ушла от него.
— Почему?
— Вы были правы. Он не любил меня. Он любил вас. Вашу молодую версию. Я поняла — я просто замена. Временная.
— Куда ты ушла?
— К родителям. Начну жизнь заново.
— Правильно. Ты молодая. У тебя всё впереди.
— Спасибо, что сказали мне правду.
— Спасибо, что услышала.
Двойник жены — это страшно. Но ещё страшнее муж, который ищет замену. Который не любит тебя. А любит образ. Вечно молодой. Недостижимый.
Виктор больше не появлялся.
Я живу одна. Я работаю. Встречаюсь с подругами. Иногда хожу в театр.
Я не молодая. Не красавица. Не та Оля, что в тридцать.
Но я — настоящая.
И я не хочу быть копией самой себя.
Я хочу быть собой. Сейчас. В пятьдесят три.
С морщинами. С сединой. С опытом.
С жизнью, которую прожила.
Я просто живу.
Не пытаясь быть моложе.
Не пытаясь вернуть прошлое.
И этого — достаточно.
Исчезновение мужа на восемь лет — это трагедия. Возвращение с молодой копией жены — это предательство. Но отказ принять его обратно — это сила.
А вы смогли бы принять мужа, который вернулся с вашей молодой копией? Или есть вещи, которые не прощаются — даже после восьми лет?
Если вам понравилось — ставьте лайк и поделитесь в соцсетях с помощью стрелки. С уважением, @Алекс Котов.