* НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 32.
Тася в ту ночь долго не могла заснуть, всё думала о том, как ей дальше быть. Довериться Саше, отдать ему бумаги, и ждать, что будет дальше? Но всё же ей было страшно… а что, если Саша заодно с Вениамином, и все его слова – это часть их плана?
Одно Тася понимала, пока Вениамин, а может быть и Саша вместе с ним, не получили эти бумаги, у неё есть шанс выжить. Конечно, если бы Саша хотел, он мог бы сейчас выведать у Таси, где бумаги, но он не спрашивал. А мог бы и Вениамина сюда привести, и тогда…
«Может быть они думают, что у Петра ещё что-то есть, кроме этих писем, - думала Тася, глядя через неплотно пригнанные жерди на отблески костра, - Потому и не рискуют пока… Кому верить? Этим клад нужен, Пётр… даже не знаю, что и думать… а ещё кто-то убил Тоню! И за что? Что такое она видела или знала…»
Многое передумала Тася, и всё приходила к одному – если уж так вышло, что верить она никому не может, и у каждого своя игра, значит у неё должна быть своя. С такой мыслью она и заснула.
- Тась, я в село, - рано утром её разбудил Саша, - Надо возвращаться, я вчера «морду» поставил, тут возле берега ходит хорошо рыба. Сейчас проверил, есть улов, так что Венька ничего не заподозрит. Вот здесь в сумке хлеб, немного сыра и консерва, ножик есть. Чай в банке, и сахар. Вечером я постараюсь снова выбраться сюда, но если меня не будет, ты не бойся. Сюда никто не сунется, Венька про эту мою «берлогу» не знает. Тась… я что-нибудь придумаю, ты не волнуйся!
- Ладно. Ты себя побереги, - ответила Тася, - Спасибо за припасы, мне так много и не съесть. Мыло привези, этот обмылок уже закончится скоро, - она кивнула на махонький кусочек земляничного мыла, лежащий на чурбаке у входа.
Густой туман клубился над рекой, утро было пасмурным, хмурым, под стать Тасиному настроению. Она стояла на берегу и смотрела, как исчезает Сашина лодка в молоке тумана. С этой стороны острова до берега было очень далеко, даже сильному и выносливому человеку не справиться с течением, не то, что ей.
А вот с другой стороны островка… берег там не очень удобный, высокий и весь занесённый старым плавником, ещё весной нанесённым большой водой. Он застревал в корнях деревьев, которые в половодье оказываются чуть не по пояс в воде, а после вода уходит. Берег островка был не очень удобный, но вот… до другого берега реки вполне можно добраться, река там делает поворот, течение спокойное и медленное. Противоположный берег тоже зарос лесом, но выбраться вполне можно. Главное – решиться…
Тася не стала медлить, как только туман скрыл Сашину лодку и тихий скрип уключин не стало слышно, она отправилась на другой берег. Нашла себе палку поудобнее и стала пробираться меж обвитых травой корней, чтобы выйти к самой воде.
Да, вода тут была спокойная, но сейчас из-за густого полотна тумана было не разглядеть, как далеко берег. Чуть выше по течению было небольшое село, Тася как-то ездила туда, ещё бабушка жива была, там работала одна из немногих оставшихся в округе церквей, вот бабушка и ездила туда, Тасю один раз только с собой брала.
Если она доберётся до того берега, то дойти до села будет недолго, а оттуда в город ходит автобус. Тася осмотрела себя – она была в рабочей одежде, но это ничего, она довольно приличная, никто и внимания не обратит, ну едет себе колхозница по своим делам, что такого!
Тася ходила меж деревьев, поглядывая на реку, туман и не думал рассеиваться, стал ещё тяжелее, словно дождь собирался. Вот это не очень хорошо – плыть в дождь… да и туман, так можно потерять направление и плыть бесконечно, если только течение не вынесет.
«Что ж, всё равно, как ни крути, а плыть опасно, но это шанс, - думала Тася, шагая по берегу островка, - Ждать, пока Саша меня выпустит… а выпустит ли вообще! Что, если они с Вениамином сейчас убеждают Петра отдать бумаги, в обмен на меня… на мою жизнь!»
Тася даже остановилась… такой странной показалась ей сейчас мысль… Вообще, то ли ситуация эта странная и даже страшная была тому виной, или просто Тасино нервное состояние, а мысли в голову приходили необычные!
Вот интересно, думала Тася, а если Петру предложат отдать бумаги в обмен на её, Тасину, жизнь? И вот сейчас, когда стояла Тася на маленьком кусочке суши посреди великой реки, однозначно сказать самой себе – да, отдал бы Пётр бумаги, ведь он её любит… Нет, она вовсе не была в этом уверена!
И тут судьба видимо сжалилась над Тасей, выдав ей сразу два подарка! Неожиданно подул свежий ветерок, разогнал туман, поднял на воде лёгкую рябь и открыл перед Тасей берег. От островка было совсем и не далеко, если сравнивать с другой-то стороной! Плавает Тася неплохо, должна справиться…
А вот и он – второй подарок! Среди речного коряжника Тася увидала бревно… очень примечательное бревно, которое в другое время она бы и не приметила, но сейчас… Широкое, выщербленное посередине и не трухлявое, как остальные. Оно лежало наполовину в воде, и не тонуло, значит – в воду попало недавно, вон, на поверхности держится. Что ж… вполне подойдёт, можно за него ухватиться, в эту выемку положить одежу свою, и вперёд! Маленьким корабликом, бултыхая ногами, да на другой берег перебраться с этого островка! А эти… пусть ищут. Саша вряд ли кому скажет про то, как увёз сюда Тасю, так что время у неё есть.
Тася разделась, чтобы не намочить одежду, и полезла в воду. Холодно ей не было, даже наоборот, от всех этих мыслей стало жарко! Она пошевелила бревно, вытолкала его в воду, чуть дальше от берега – ну точно, держится на воде хорошо, крепкое, сучковатое с одной стороны, значит удобно держаться.
Вернувшись к шалашу, Тася вытащила из углей пару картошин, нужно подкрепиться. Чай почти остыл, но разводить огонь Тасе было некогда. Залив угли водой, чтобы не дымили даже слабым дымком, Тася взяла в шалаше кусок верёвки, совсем немного, но крепкая, хорошая.
Может это её вязать Саша приготовил, кто знает. Никак тут не угадать, что он там планировал, и вообще, что он думает про клад этот несчастный! Говорить-то что угодно можно, но Тася помнила, как горели Сашины глаза, когда он про клад рассказывал.
Тася свернула свою одежду, сложила её в выемку на найденном бревне, привязала к бревну верёвку, проверила – крепко, петля хорошая, держаться будет удобно. Постояла немного на берегу, собираясь с духом, потом решительно вошла в воду.
Плыть было легко, вода словно сама её несла, только чуть ниже островка сносило её течением, но бревно отлично делало своё дело, Тася держалась за него руками, даже толкать не нужно, его несло течением, а за ним и Тасю, нужно было только чуть направлять к берегу, чтобы далеко не унесло.
И всё же немного Тася промахнулась, это с островка расстояние до берега казалось не таким уж и длинным, а на деле… Ноги устали, руки тоже, да и вода здесь была холоднее, чем у берега. Страх стал закрадываться в душу… может быть надо было лучше там сидеть, в шалаше, и ждать, что Саша придумает!
От такой мысли Тася на себя саму сердилась и начинала сильнее работать ногами, толкая бревно…
… Старый дед Терентьич дома скучал, бабка покоя не давала, то одно, то другое… Вот когда работал Прохор Терентьич в совхозе, хоть бы сторожем, давно ведь уже на пенсии, как хорошо было! И польза, и хоть на людях, в овощехранилище помогал, да мало ли опытному человеку работы в совхозе!
Да угораздило его зимой сильно простудиться, слёг, долго лежал, жена его, Алевтина Захаровна, сперва его ругала, потом жалела, а уж после и вовсе плакать горючими слезами начала, мол, не оставляй меня, Прошенька, тут одну… Пошёл дед на поправку, дочка лекарство какое-то из города привезла, доктора тамошние выписали. Вторая дочка тоже приехала отца проведать, сын только телеграммы слал да переговоры заказывал, он человек военный, сорваться не может, а тоже за отца переживал.
Выздоровел Терентьич, и всё приговаривал, да что, дескать, со мной сделается, я – человек старой закалки! Фрицев гонял, не такой мороз был тогда, и то ничего – немцы все обмороженные, а Терентьич с товарищами только над ними и хохочут! В разведке он служил, в сорок пятом вернулся, многое прошёл, так что обычной простуде его точно не ухайдакать!
Ну, семейные на него насели, конечно, какая работа, когда чуть не кончился от простуды, так что пришлось деду уволиться, что поделаешь. А вон как вышло – дома-то сидеть, такая тоска за душу брала, хоть волком вой.
Ну да вот зять удочки ему купил новые, со всякими приспособами и прочим, дед подарок принял, да как-то не до рыбалки было, всё грустил на завалинке да самокрутку тянул. А после попробовал, с зятем вместе, он в отпуск приезжал, да и ничего – понравилось. Стал хаживать, больше не за уловом, а так…
Вот и в это утро взял Терентьич банку с червями, всякие свои рыбацкие необходимости, в карман краюху хлеба сунул, лука зелёного с грядки сощипнул, да пару крутых яиц прихватил, бабка на пирог варила, ничего, и ей останется. Да и «смылся», как он сам говаривал, на речку, пока бабка корову в стадо провожала. Хе-хе, вот уж он за село убёг, пока бабка от стада-то воротилась!
Место он себе приглядел новое, вода стоит у берега, приносит тихое течение, бревно хорошее наполовину в воду ушло, на нём дед и обустроился. Ох и хорошо, туман уходит, скоро и вовсе ветром в клочья разметает, тут, на бережку, и костерок у него небольшой, вот сейчас удочки наладит, а сам и посидит спокойно… Плохо ли? Хорошо!
Сел к огоньку дед Терентьич, спиной привалился ко пню, да и подрёмывать начал. А что, ему улов-то и без надобности, он не за тем тут… Склонилась седая голова на бок, чуть даже дед похрапывать принялся, когда услышал… плещется вода, вроде плывёт кто… лодка, может, да тут на лодке несподручно, коряжника много, того и гляди цапнешь чего…
И только хотел дед встать да глянуть, чего там к его бережку прибило, как видит… глаза вытаращил, сам себе не верит! Девушка из воды вышла, нагая… да так хороша, диво, дед и речь русскую чуть не позабыл, глазами моргает и думает, блазнится ему, или… может помер во сне, и виденье явилось…
«Русалка! Как есть она! – вспыхнуло у Терентьича в голове, - Моя прабабка сказывала нам, робятам, что живут они в омуте… и тащут к себе, кто зазевался!»
Пока Терентьич так-то думал, девушка волосы от воды отжала, глаза подняла и вздрогнула, его увидала! Охнула, засмеялась, да и бросилась за кусты!
Пока дед дышать заново начал, да глаза протирал, вышла из-за кустов обычная девчонка, каких в колхозе много. Выдохнул Терентьич, а всё же… жалко, что не русалка!
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ, я пока не могу оформлять ежедневные публикации, надеюсь, что со временем получится вернуться в прежний формат.
Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025