Ворон чёрный, ворон древний
Растворился в тьме ночной.
Ужас, мрак, глубины страха
Он приносит за собой.
Шлёт кошмарные виденья,
Жуткий страх, плохие сны.
Ворон чёрный, ворон древний,
Стражник ведьмы и луны.
Ворон - спутник страшной ведьмы,
А ещё он смерти сын.
Ворон страшный, ворон древний
Прилетает в ваши сны...
-- Кар-кар-кар, -- огромный чёрный ворон, распустив крылья, медленно и страшно шёл по направлению к супругам. Наташка, вскрикнув, попятилась и спряталась за спину мужа.
-- А ну-ка кыш, ты чего совсем оборзел, на людей нападаешь?
Сашка схватил кочергу, что стояла у камина, и грозно поднял её. Страшная птица остановилась, а потом, каркая, взлетела и, покрутившись над головами супругов, вылетела в открытые двери.
-- Ты видела это? -- спросил Сашка, поглядывая на жену. Руки его подрагивали. -- Никогда не боялся ворон, а тут что-то накатило. Это все байки бабы Тони. То колдуны, то черти дома строят, а теперь вороны на людей нападают. Тьфу, чертовщина какая-то! -- Он замолчал и перевел дух. -- Сейчас, Наташ, успокоюсь маленько, и пойдём на второй этаж.
Наташа ничего не сказала супругу, она тоже пыталась унять бухающее сердце. Очень её напугал ворон, в нем она увидела что-то человеческое, будто это старуха-ведьма шла на них.
-- Не думаю, Саш, что мы будем здесь жить. Меня пугает сам дом и все, что в нем происходит. Вот сейчас день-деньской, а мне страшно. Мало ли кто ещё выйдет из комнаты?
-- Ну все, все, не бойся. Просто неожиданно он появился, мы ведь его вчера закрыли в доме, а он всю ночь просидел без еды и воды. Конечно, хотел напасть, есть за что, -- рассуждал Сашка, рассматривая подсвечник на каминной полке. -- Наташ, посмотри, какая работа. Все так красиво и искусно сделано. Глянь, какие вензеля на подсвечнике. Как ты думаешь, он серебряный?
-- Не знаю, Саш, поставь его обратно и ничего тут не трогай, -- пряча руки за спину, испуганно сказала Наташка.
-- Да ты чего, Наташ, это же все теперь наше, -- возмущенно ответил муж. -- А посмотри на пол, тут плитка положена. А ты представляешь, сколько она стоит?
-- Нет, Саш, не представляю, и не хочется. Я уже жалею, что согласилась на это наследство.
-- Наташ, успокойся, тебя что, ворона напугала? Это все баба Тоня, -- разозлился Сашка.
-- Да причем здесь баба Тоня? Меня сам дом и его обстановка пугают, -- закричала вдруг Наташка.
-- Ну все, все, -- муж миролюбиво поднял руки в верх. -- Как скажешь, продавать -- так продадим, давай хоть посмотрим тут все, -- предложил он.
Подошёл к окнам, на которых висели тяжёлые чёрные шторы.
-- Ну и вкус был у бабули, -- прокомментировал он, дёргая за ткань.
Пыль взметнулась в верх.
-- Не трогай, Саш, тут все вычищать нужно, -- вскрикнула Наталья, зажимая нос.
Она рассматривала комнату, боясь сойти с места. Ворон сильно ее напугал:
-- Не к добру это все, -- думала она.
Комната и впрямь выглядела мрачно. Чёрные шторы висели на окнах, рисунок на полу был выложен в виде перевёрнутой звезды. Небольшой диван с обивкой в тон штор стоял вдоль стены. Два кресла с такой же драпировкой дополняли ансамбль.
-- Саш, посмотри на пол, -- позвала Наталья.
Сашка повернулся к жене.
-- Да, я видел, фигня это все. Снимем плитку и положим новую. Делов-то, ну жила тут бабка, у которой крыша поехала на всей этой чертовщине. А мы-то тут причём? Мы -- нормальные, и нам это ни к чему. Снимем и новую плитку положим, -- рассуждал он. -- Пойдём, лучше на второй этаж поднимемся, -- он подошёл и взял жену за руку. -- А чего руки такие холодные?Замерзла?
-- Нет, Саш, просто не по себе мне здесь, -- ответила Наташка.
Лестница, ведущая на второй этаж, сделана была со вкусом. Ее гладкие перила , отполированные до блеска, слабо мерцали. Ступени -- под стать перилам.
Наталья встала на ступеньку и испугалась, до того она блестела и казалось скользкой.
-- Саш, мне страшно, они такие скользкие, того и гляди, навернёмся.
Медленно поднимались супруги по отполированным ступеням лестницы, которая под их шагами скрипела и слабо постанывала.
-- Она хоть нас выдержит? -- спросил Сашка и подпрыгнул на месте.
-- Ты что, не делай этого, я и так боюсь, -- вскрикнула Наталья и схватилась за перила.
Чем выше они поднимались по лестнице, тем страшнее было Наташке. Какой-то безотчётный страх закрался в душу. Тягостное ощущение навалилось ей на плечи. Отчего-то захотелось плакать.
-- Саш, пойдём обратно, мне что-то расхотелось идти наверх.
-- Наташ, да что с тобой? Все же нормально было. Давай все-таки посмотрим, что там наверху, и тогда решим, что с домом делать, -- уговаривал он её .
-- Ладно, Саш, давай, ты иди наверх, посмотри, а я тебя здесь на лестнице подожду.
-- Хорошо, я быстро.
Сашка побежал на верх, преодолевая скользкие ступени.
-- Аккуратно там, смотри, -- крикнула ему в след Наташка.
Она присела на ступеньку и, съёжившись, стала прислушиваться к шагам мужа. Холод пробирался под куртку, холодил спину, сковывал ноги. Наташка прикрыла глаза, резко захотелось спать. Уже сквозь дрему она услышала тяжелые шаги и песню. Ее напевал старческий скрипучий голос в самое ухо:
...Гроб на колёсиках ищет твой дом,
Роет могилу упырь под окном.
Дико хохочет леший в лесу,
Воет проклятый он на луну.
Вот из кустов показались глаза
И прикоснулась чья-то рука.
Острые когти, заморенный вид...
Чёрный тебя очень сильно бледнит.
Свистом деревья пригнуло слегка....
-- Наташ, иди сюда, посмотри, тут одна комната не открывается, -- позвал ее муж.
Сонное состояние слетело от крика мужа, и краем глаза Наташка увидела большую тёмную тень, которая быстро удалялась от нее. Наташка видела её на стене, вот она последний раз появилась и исчезла.
-- Саш, Саша, иди сюда, мне страшно, -- закричала Наташка, пытаясь встать. Ноги не хотели слушаться. Они так онемели, что бедная женщина их не чувствовала. Страшные колики в ногах сопровождали каждое ее движение. Муж вихрем слетел к ней.
-- Ты чего кричала? Что тебя напугало? -- спрашивал он, помогая ей встать.
-- Старуха. Здесь была старуха и пела мне на ухо песню своим страшным скрипучим голосом.
-- Наташ, ты чего. Не было здесь никакой старухи, ты одна сидела. Я посматривал за тобой, -- недоумевал муж.
-- А я говорю -- была, как только ты ушел наверх, мне резко захотелось спать. Я на секунду прикрыла глаза и тут услышала ее пение. А потом, когда ты меня позвал, она исчезла. Только саму старуху я не видела, а ее тень двигалась по стене. -- Наташка передернула плечами от страха. -- Пойдем отсюда, мне страшно в этом доме, -- прошептала она.
-- Ты говоришь, она песню пела, а о чем та песня? -- Сашка с недоверием смотрел на жену.
-- Гроб на колесиках ищет твой дом,
Роет могилу упырь под окном.
Дико хохочет леший в лесу... --повторила Наташка дрожащим голоском.
-- Фу, какая ужасная песня, прекрати, Наташ, -- Сашка с опаской посмотрел на жену. -- Не пугай меня. Ладно, я уже все там посмотрел наверху. Комнаты, я тебе скажу, большие, просторные, богато обставленные. Только в одну комнату не смог попасть, закрыта, -- разочарованно признался он.
Но Наталья его не слушала. У неё в ушах все ещё звучал старушечий голос.
-- Вот откуда у твоей тётки столько денег, чтобы построить такой дом, да ещё и обставить его? Ведь простая ведьма была, -- недоумевал он.
-- Саш, комната там должна быть закрыта, помнишь, нотариус говорил о пследнем желании покойной. До сорока дней ее не открывать. А по истечению этого времени можно открыть.
-- А, точно, -- вспомнил муж. -- Я уже и забыл о последнем желании. Слушай, как ты думаешь, что в этой комнате? -- спросил Сашка.
-- Даже не представляю, что там может быть, -- ответила Наталья.
-- Ладно, Наташ, пойдём отсюда, нам ещё домой ехать, можем опоздать.
Наташке десять раз не нужно было повторять, она быстро пошла вниз по ступенькам, крепко држась за перила. Когда уже была внизу, она не удержалась и посмотрела на стену, где видела тень . Ей показалась, будто она увидела старуху укутаную в темную шаль. Наталья крепко закрыла глаза, а потом открыла. Ничего уже не было.
-- Показалось, -- подумала она и шагнула на улицу.
Как только Наташа оказалась на свежем воздухе, наваждение будто слетело с неё.
-- Не нравится мне этот дом, -- сказала она. -- Как только пройдёт пол года, сразу выставим его на продажу. Не хочу я жить в этом доме, да еще и с детьми. А если с ними что-то случится? -- говорила Наташка, поглядывая на мужа и ожидая, что он будет любой ценой отговаривать ее.
Дом ему понравился. Но Сашка молчал, погруженный в свои мысли, шёл рядом с женой. Вдруг Наташка остановилась и предложила:
-- Пойдём, на кладбище сходим, посмотрим, где похоронили тётку мою.
-- Зачем, Наташ, давай в следующий раз, мы можем на автобус опоздать, -- уговаривал ее муж.
-- Саш, не знаю почему, но вот сейчас тянет к ней на могилку.
-- Ладно, пошли, только по-быстрому, -- согласился он.
-- Только где оно, то кладбище? -- сказал Сашка, поглядывая по сторонам.
-- Может, кого в деревне увидим и спросим, где кладбище, -- проговорила Наташка.
Была она возбуждена, глаза блестели. Она то и дело сердито подгоняла Сашку.
-- Пойдем скорее, чего ты так плетешься?
Муж посматривал на нее с подозрением, но помалкивал. В деревне им встретился старенький дедок. Он стоял подле своего дома, разглядывая приезжих.
-- Дедушка, подскажите, пожалуйста, где у вас находится кладбище? -- спросила Наташка.
-- А вам зачем? -- Дед подозрительно смотрел на молодую пару.
-- Мы родственницу проведать хотели, -- ответил Сашка.
-- А кто вы такие, и как вашу родственницу зовут? -- продолжал допрашивать дед.
-- Дедушка, да вам какая разница, вы только подскажите, в какую нам сторону идти, -- разозлился Сашка.
-- Туда, -- поджав губы, махнул дед и быстро зашёл во двор.
-- Обиделся, наверное, -- сказала Наталья. -- Ладно, Саш, пойдём к бабе Тоне, попрощаемся, и домой. В следующий раз навестим Ираиду Максимовну. Цветов купим, а то как-то с пустыми руками неудобно на кладбище идти...
Спасибо, что дочитали главу до конца. Кому понравилась история, Пишите коментарии, Подписывайтесь на канал, Ставьте лайки.