* НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 10.
- С чего это ты взяла, что я в столовую к Тоне хожу, - пробормотал Пётр и отвёл глаза, - Я туда хожу, как и все, обедать, да и то, когда у меня не получается дома поесть. Тоня тут совершенно ни при чём! Так и скажи, что надоел тебе, а может кого получше нашла, и хочешь меня выгнать? Ну тогда будь честной!
- Я с тобой честна. А вот ты…скажи мне, глядя прямо в глаза, что неправду говорят на селе! Не подсаживается к тебе за столик Тоня, когда в столовую приходишь, на тарелочке особый пирожочек не подносит! Скажи, что всё это враньё, и я тебе поверю! - Тася смотрела на мужа, и уже знала ответ, лицо его покраснело.
- Я за Тоню не в ответе, хочет меня угощать, так и угощает! А за обед я плачу, как и все, за отдельные угощения тоже плачу, за пирожки эти! Не придумывай, чего нет, я никогда тебе не изменял! Я не гулящий, как мой папаша!
Тася не знала, что ей делать дальше, просто сидела напротив мужа и смотрела, как он старается спрятать от её взгляда красные от вчерашней выпивки глаза. И что делать дальше…
- В общем, я понял! – Пётр стукнул по столу чашкой и встал, - Надоел я тебе, позорю тебя, да? Рюмку лишнюю выпил, так и что? Ты хоть видала, как мужики на работе стаканами опрокидывают, так вот я что-то не видел, чтобы всех их жёны из дома за это гнали! А про Тоню… люди придумывают от скуки разную ерунду, а ты и веришь, дурочка! Семья для тебя – пустой звук?
Тася мужа почти не слушала, она смотрела на чашку, которую он только что с грохотом поставил на стол… ту самую, из бабушкиной чайной пары! По тонкому фарфору пошла безобразная трещина, как и в семье их, так же получилось, что-то треснуло, то, что было между ними….
- Ты меня слушаешь? – крикнул Пётр, потом посмотрел, куда глядит Тася и замолчал.
Потом взял свою рабочую куртку и вышел за дверь. Тася не пошла его догонять, что говорить, когда всё и так сказано, а то, о чём Пётр промолчал, она и так поняла по его глазам. Не врут люди, ходит Пётр в столовую к Тоне, может и не гулящий, может и не «как папаша», а всё же не на пустом месте такие разговоры.
Чашку Тасе было жаль, а себя ещё больше, слёзы сами потекли из глаз, она помыла чашку с трещиной, потом её пару, и поставила их на самую верхнюю полку буфета. Больше не будет доставать… бабушка говорила, что нельзя хранить в доме разбитую посуду, дескать, примета плохая. Может и так, только не могла Тася выкинуть чашку с трещиной… ведь это пара! И пусть одна теперь такая, и пить из неё нельзя, но…
Тася прибиралась во дворе, а сама украдкой поглядывала за калитку, не видать ли мужа. Уже сумерки спускались на село, лес потемнел, и Тасе казалось, что вершины тревожно шумят, как и её мысли в голове.
- Что, Тасюш, поругались? – спросила тётка Зоя, - облокотившись на свой забор, - Я видала, как Пётр из дома выскочил, злой… Ничего, ты не плачь, всякое бывает в семье. На то и наша бабья доля – терпеть.
- Тёть Зоя… не знаю, что делать… люди ведь болтают, стыдно…, - Тася вытерла мокрые щёки.
- А что – болтают. Не про тебя болтают, про Тоньку! Это она, змеюка этакая. Хвостом перед чужим мужиком вертит. «Ой, Пётр Никанорович, как вы интересно рассказываете», «Ой, вы наверное голодны, да и устали, снова допоздна в поле, сейчас сама вам всё принесу»! Тьфу! Ей Галка в прошлый раз так и сказала… назвала её нехорошим словом, а это так и есть! так Тонька жалобой пригрозила, гадюка! А мужик, что, на то он и мужик, ни один не отвернётся, когда чужая баба перед ним выстилается! Ты, Тася, вот что… к мужу с добром, не ругай, не стыди, борщика любимого, или там щец понаваристей, котлетками побалуй, и прочее такое.
- Тёть Зоя… я не понимаю, он значит будет между нами выбирать? У кого котлетки повкуснее?! У меня или у Тони! Нет уж, тут я с ней наперегонки не стану за ним бегать, пусть сам решает.
- Вы, молодые, горячие, – вздохнула тётка Зоя, - Да вот только жизнь то она такая… муж у тебя неплохой, не пьяница, рук на тебя не поднимает, при должности. Ты выгонишь, так другая быстро подберёт, пыль отряхнёт да к хозяйству пристроит! Помнишь, Вера Лухарева своего Веньку выгнала? Так тот ведь вовсе не просыхал, домой идёт после работы уже «на рогах», дома ещё припрятано у него тоже, так что к ночи он уж «в дрова»! Терпела Вера, терпела, да и решила Веньку проучить, собрала котомку да выставила за ворота. Лето, ночи тёплые, Венька на лавке под забором проспался, и стал домой проситься, а Вера не пустила. Так он ушёл к старой Кузминкиной на постой, там месяц жил, на работу огурцом, после работы тоже ни капли в рот не брал. Вера всё ждала, когда мужик образумится и на коленях приползёт домой проситься. А Венька не пришёл. Сама теперь знаешь, с кем он живёт, да троих детей чужих ро́стит, заместо своих-то! Свои бегают к отцу, конечно, а он что – мамка прогнала, мамка и виновата. Так-то! Осталась Вера с двумя пацанятами, а Венька и развод оформил, и обженился на вдове-то, так с той поры ни капли не выпил!
- Ну так и зачем я тогда Петра держать буду? Если ему так со мной плохо, что он к бутылке стал прикладываться, то пусть лучше уходит туда, где ему лучше. Я ему добра желаю, а бегать за ним не стану, у меня тоже есть… гордость. Да и учёба у меня, я экзамены сдала, на заочное поступила, что же, всё бросить и мужа караулить, как бы его какая повариха не увела? А что будет, когда я на учёбу уеду? Привязать его, как бычка? Нет, не по мне это… сам он должен понимать, с кем хочет быть.
- Что, прогонишь? - с тревогой спросила тётка Зоя, - Подумай, девка…
- Гнать не стану, это и его дом тоже. Но если узнаю, что он с Тоней… терпеть не стану. Буду знать, что он так решил, такой сделал выбор, тогда и станем говорить, чтоб сам «котомку собрал»! Тёть Зоя… насильно мужа не привяжешь к себе, вот что я думаю.
Тася прибрала во дворе и ушла в дом. Не стала она соседке говорить про то, что Пётр повторил те обидные слова некоторых местных кумушек, что она «пустоцвет» … А сама она постоянно про это думала. Может быть, потому и глядит Пётр на Тоню, думает, раз Тася родить не может, так с другой попробует семью да деток завести. Но вот порядочный он, её Петя, не может и Тасю бросить, только когда выпьет, прорывается это у него наружу.
Так и решила Тася, что ж, пусть будет, как будет. Пётр сам решит, что ему в жизни надо, а она… гнать не станет, как и сказала соседке. Только вот… как ей жить теперь?
Тася вспомнила, как ждала экзамены, и когда успешно их сдала, вернулась из райцентра радостная и с гостинцами, которые по случаю купила в универсаме, а вот встретил её только Барсик, сидящий на крылечке. Мужа дома не было, а вернулся он тогда снова «под мухой»… Утром, когда Тася рассказа про экзамены, только головой кивнул, мол, ладно.
Тася сидела в кухне у окна, не зажигая свет, и смотрела, как вечер гуляет по улицам села. Где-то слышался смех и песни, молодёжь гуляла после трудового дня… когда-то и они с Петей так гуляли, а что же теперь… разбилось что-то в них самих, не собрать, не склеить… Вот и сейчас, где ходит? Беспокойство холодной скользкой змеёй обвивало душу… наверное, с Тоней…
- Хозяйка! Ты дома, нет? – раздался у калитки мужской нетрезвый голос, - Таисия, выходи что ли… мужика твоего я привёл…
Кто-то пьяно смеялся у забора, Тася вышла на крыльцо, включив фонарь над дверью. За калиткой маячили какие-то тени, она подошла ближе и увидел, что это братья Михееевы, Дима и Сергей, они работали в колхозе комбайнёрами, оба были холосты и не прочь погулять.
- Вот, агронома твоего привели, - со смехом сказал Сергей и указал на сидевшего у забора Петра, тот сидел на лавке, опустив голову на грудь и, судя по всему, спал, - Слаб он у тебя на это дело, куда ему до наших-то, деревенских! Ему компот пить только! Отпирай, хоть на двор занесём!
Утром Пётр проснулся на соломе, которую сам недавно и привёз в сарай. Голова трещала, рядом с ним стояло ведро воды, и он вылил его на себя. Докатился… а Таська хороша, даже в дом не пустила!
Смотреть в глаза жене было стыдно, ещё хуже стало Петру, когда он показался во дворе и увидал, как на него из-за соседского забора смотрит тётка Зоя, и укоризненно качает головой.
- Ох, Петя, Петя, - сказала соседка, опершись на метлу, - И не стыдно? Ведь агроном ты, образованный человек, умный! Жена у тебя красавица, хозяйка, каких поискать, а ты…
- Да, жена, - буркнул Пётр, - Даже в дом не пустила, как собака во дворе спал!
- Так тебя дружки твои привели и туда уложили! Нешто Тася должна тебя, бугая, в дом тащить?! – сердито топнула ногой соседка, - Совсем ты пропил ум свой! Или слушаешь кого, кто про жену твою плохо говорит? Тогда и вовсе ты дурак, вот что! Раньше мужики честь семьи пуще жизни берегли, и ежели кто про жену худое скажет, спуску не давали! А ты – тютя! Телок вон и то поумнее тебя будет, он дом свой знает! А ты… не мучай Тасю, такой тютя не про неё! Оставь, она себе надёжного человека найдёт, а не тютю!
- Тёть Зой, да хватит ругаться, - Пётр не знал куда девать глаза от стыда, - Где Тася-то?
- В магазин ушла Тася! Тебя что ли охранять? Поди теперь огород, надо огурцы солить на зиму, а не тебя, дурака, караулить, вот и пошла по надобности! Олух ты, тьфу, глядеть противно! Если придумал с Тонькой таскаться, так и будь мужиком – реши сам, соберись, да и ступай к любове своей! Поглядим, как скоро локотки начнёшь кусать!
Тася про этот разговор не знала, она и в самом деле пошла в магазин, нужно было купить сахар, и так, по мелочи. Да больше дома сидеть не хотелось… тяжело было на Петра глядеть, и разговаривать с ним не хотелось.
- Ой, Тася, привет! – навстречу Тасе из магазина вышла её одноклассница Оксана Черных, - Ты в магазин? Там очередь, я не стала стоять! Слушай, а ты новость слыхала? Сашка Кулагин в село вернулся! Ну помнишь, Сашка! Вы с ним дружили ещё, а потом его в детдом забрали!
- Привет, Оксана… нет, я не слышала про это, - Тася не верила, что слухи такие – правда, она думал, что Сашу больше никогда не увидит.
- Да ты что, как так? Он приехал, у председателя был, стал про избу свою говорить, что займёт её. А что там, изба то уж чуть не по самые окна в землю ушла, заколоченная сколько лет стоит, крыша худая! Ну вот, Сашка сказал – его дом, будет жить, починит. Сам потом в гараж ходил, на работу его берут, шоферить станет, и на тракторе может. Так уж который день он в селе, в доме старом и живёт… как ты не слышала, не могу понять, все про это только и говорят!
- Ну, сколько лет прошло, - пожала плечами Тася, - Он уж и забыл, кто у нас тут в селе жил, совсем небольшой был, когда уехал. Ну и хорошо, что вернулся, у нас тут работы полно.
- Верно говоришь, руки в колхозе всегда нужны, - ответила Оксана, - Да и в том ты права, что он уехал мальчишкой, надо же, вот и вернулся в родной дом… Председатель-то может хоть подсобит дом починить, там ведь уж и крыша – решето… От нашей бабушки недалеко совсем, так она говорит – там уже и двора-то не видать, всё заросло. Ну да были бы руки!
Тася не стала в магазин заходить, попрощалась с Оксаной и пошла в сторону библиотеки, чтобы поговорить с Любой, поделиться с подругой… не было сил от всего этого… хоть бы как-то выдохнуть!
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ, я пока не могу оформлять ежедневные публикации, надеюсь, что со временем получится вернуться в прежний формат.
Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025