Начало:
Предыдущая:
Она уже свыклась с той мыслью, что находится в другом мире. Но увидеть здесь… Да, перед Агриппиной была та самая деревенька, в которую она тогда приехала на отдых в надежде прояснить свои отношения с мужчиной да и просто отдохнуть. Постояв немного, несколько раз моргнув, она стала улавливать различия. Да, это место было очень похожим, и только, словно кто-то морок навёл. Чем дольше Агриппина приглядывалась, тем больше находила различий, и ей от этого точно становилось легче.
— Поразительно. Я такого не ожидал, — пробормотал Ярослав, и молодая женщина, бросив на него взгляд, увидела, как он пытается стереть с лица удивлённое выражение. Видимо, он тоже увидел что-то особенное для себя? Морок, между тем, словно рассеивался, когда в него пристально вглядывались, и спустя несколько минут местность почти полностью перестала быть похожей на то, что изначально показалось Агриппине. Странное дело!
Они действительно видели руины какой-то деревеньки, всё вокруг поросло жёсткой, пожухлой травой, травинки которой причудливо скручивались в спирали. В нос медленно, но верно проникал едва ощутимый запах гари.
— Морок здесь, не вижу, но нутром чую, — подал голос Богдан, после чего взглянул на колдуна: — Ну что, есть что-нибудь у тебя за пазухой? А то нечисть какая к нам подкрадётся, и не заметим.
— Кое-что есть, — Ярослав словно не заметил скрытой издевки в чужом голосе, поджимая губы и действительно шаря у себя за пазухой. Видать, там у него все необходимые вещи припрятаны были, хотя котомка была бы удобнее, как по мнению Агриппины. Наконец он вытащил руку из-за пазухи и протянул остальным раскрытую ладонь, на которой что-то разноцветно поблёскивало. Агриппина с любопытством подвинулась ближе и с удивлением разглядела три разноцветных стеклышка, довольно крупные. Все три стеклышка были в самодельной оправе, и Агриппина сразу сообразила, что через них смотреть необходимо.
— Ух ты, я такого и не видывал никогда! Что это? — удивился Богдан стеклышкам.
— Надобно каждому по одному взять — стёкла эти по-особому зачарованы, позволяют сквозь морок смотреть. А судя по тому, что мы здесь видим, морок этот ещё и особый. Интересно, кто его тут навёл?
Оправа для стекла была сделана удобно, и Агриппине досталось оранжевое стекло. Посмотрев через него, молодая женщина даже назад шарахнулась, увидев, где они на самом деле находятся. Пусть и окрашивало стекло всё в жизнерадостную, яркую краску, да вот только картина, что пряталась за мороком, была совершенно безрадостной. Останки деревни виделись чёрными, обугленными остовами, вокруг которых в земле виднелись то ли норы чьи-то, то ли просто дыры какие-то. Травы и вовсе не было, и деревья чья-то неведомая рука согнула весьма причудливо. Пейзаж этот был неприятен, хотелось снять стеклышко, да отвернуться, чтобы не видеть всего этого.
— Здесь же люди жили, — проговорила Агриппина, и голос её дрогнул. Горечь вдруг поднялась откуда-то изнутри, словно глядела она на собственный разрушенный дом, и она почувствовала, как по щекам потекли слёзы. Богдан участливо взглянул на неё, после чего приобнял её за плечи, стараясь успокоить:
— Ну что ты, давно это уже случилось, нет смысла оплакивать тех, кого уже давно нет. Тем более многие люди успели покинуть эти земли до того, как тут всё поразрушалось, — Богдан успокаивал молодую женщину, с кривоватой улыбкой поглядывая на Ярослава, который явно не был доволен сближением своих нечаянных попутчиков.
— Давайте, нам идти надо, скоро полезут из всех щелей, — проворчал колдун, отводя взгляд в сторону. Сам в толк не мог взять, почему его раздражает то, что Богдан явно начал за Агриппиной ухаживать, и от мыслей отмахивался — какая ему разница? Ему главное Огнёвку найти, перо заветное раздобыть и домой вернуться! А там уже и всё сладится, всё будет так, как оно и должно быть! Так что если охота этим двум друг друга полюбить — пускай.
Агриппина насилу успокоилась, отмечая, что руки у Богдана холодные, вытерла слёзы со щёк, чувствуя себя неловко перед мужчинами. И что её так расстроило? Ну да, дурное место, понятно, что здесь когда-то что-то нехорошее случилось, но ведь она никак на это повлиять не может! Вот только она всё больше утверждалась в мысли о том, что не просто так Огнёвка её сюда привела, есть у неё какая-то связь с этим миром!
Ярослав, внимательно оглядевшись при помощи синего стеклышка, поджал губы, видимо пытаясь определить, где терем главный раньше стоял, после чего, стараясь ступать как можно аккуратнее, пошёл первым. Агриппина за ним, а замыкал Богдан, который с неким равнодушием поглядывал по сторонам. Пусть и мало были они знакомы, вот только Агриппине казалось, что Богдан словно эмоции свои играет, а чувствует он совершенно другое. Невзирая на его галантность и ухаживания, чувствовала Агриппина его внутреннюю холодность и отчуждение от всего, что было вокруг. Странным он был человеком, что же ему нужно от Огнёвки? Жаль, что так мало у них времени, чтобы узнать друг друга получше!
Между тем колдун шёл впереди, озираясь с некоторой опаской и тщательно обходя ямы, что были в земле. Отвратительно на них даже просто смотреть было, поэтому Агриппина старалась смотреть только на спину Ярослава да куда-нибудь повыше. Пейзаж становился всё более серым и унылым, всё вокруг было затянуто словно дымкой какой-то, а солнечный свет здесь словно рассеивался и был совсем приглушённым. А ещё чувствовала Агриппина в воздухе что-то такое, чему не могла дать объяснения. Нет, не запах, а нечто, что оседало в горле горьковатым привкусом, из-за чего хотелось кашлять и пить.
— Какое странное ощущение здесь, — шёпотом проговорила она, и Ярослав в ответ кивнул, отвечая так же — шёпотом:
— Потому что сильное волшебство здесь бушевало, буря ведь непростая была. Слышишь — здесь ни птиц, ни зверей, даже насекомых нет. Только нечисть и живёт, которой по вкусу такое. Нечисть опасная, поэтому идём тихо и надеемся, что успеем пройти их обиталища, они из своих нор далеко не вылезают.
— А что за нечисть? — спросил тихо Богдан.
— Похожи они на червей, больше всего, и любят на кладбищах обитать. Вот только там они совсем маленькие да неприметные. А здесь из-за волшебства разожрались да большими стали.
Может, и прошли бы они спокойно, если бы Богдан не споткнулся о какую-то палку. Оная под его ногой громко хрустнула, и в окружающей густой тишине хруст этот был хорошо слышен. Ярослав замер, оглянувшись через плечо и побледнев лицом, после чего сжал губы да руку за пазуху запустил. Земля под ногами дрогнула, и раздался шуршащий звук, который становился всё громче и громче. Словно существо из-под земли поднималось всё ближе!
Богдан, кивнув Ярославу, ухватил Агриппину за локоть да отвёл её за какое-то нагромождение потемневших от времени досок, туда, где нор этих не было:
— Спрячься здесь, мы уж сами с нечистью разберёмся, — после чего вернулся к Ярославу. Богдан прекрасно понимал, что колдун сам не справится, да и уговор был — помочь в случае, ежели нечисть появится. Да и он, по сути, ведь виноват — себе под ноги не глядел!
Агриппина, конечно, спряталась, да вот только, невзирая на страх, очень ей было интересно на нечисть поглядеть, что сейчас из-под земли вылезет! Неужели Ярослав с Богданом сражаться с нею будут? И неужели магическая буря, что здесь произошла, так сильно повлиять могла на размер существ этих странных? Шуршало всё громче и громче, да и под землёй чувствовалось какое-то движение. Вскоре зашевелились края норы, что были прямо перед мужчинами, а после и сам червь показался.
И был он отвратителен!
Продолжение:
