...На новом задании квест рисковал закончиться провалом, потому что внезапно выяснилось, что Сорбонна — это не одно здание, а целый университетский комплекс, растянувшийся по Латинскому кварталу.
Наше задание звучало издевательски просто: "Найдите надпись над входом и скажите, какое слово там написано золотом".
Мы думали, что наши интеллектуальные способности наконец-то должны справиться с ним за пару минут, но не тут-то было! У Сорбонны оказалось столько входов, что мы начали подозревать, что его архитектор либо страдал от навязчивой идеи создать максимум дверных проёмов на квадратный метр, либо просто очень любил симметрию и забыл вовремя остановиться.
— "SORBONNE"! — радостно выкрикнул один из моих американцев, тыча пальцем в золотые буквы над массивной аркой.
Я ввела слово. Приложение холодно отказало.
Мы продолжили поиски. Я успела узнать, что основанная в 1253 году Робером де Сорбоном (который явно не думал о будущих туристах с квестами), Сорбонна была одним из первых европейских университетов и местом, где спорили о теологии так яростно, что иногда это заканчивалось отлучением от церкви, а в особо запущенных случаях, наверняка, костром на площади. Когда-то здесь даже учился Оноре де Бальзак (правда, взял и бросил юридический факультет ради литературы).
После двадцати минут поисков и трёх попыток ввода мы первый раз сдались и использовали подсказку. Оказалось, нужно было слово "Universitas". Ну конечно! Как мы сами не догадались искать латынь?
С легким, но возрастающим чувством собственного отстоинства мы поплелись к Пантеону. Он встретил нас во всём своём неоклассическом величии — огромный купол возвышался над Латинским кварталом, явно намекая, что внутри нас ждёт что-то масштабное.
Знаете, что это вообще такое? Изначально король Людовик XV задумал его как церковь Святой Женевьевы — покровительницы Парижа, в благодарность за чудесное выздоровление от тяжёлой болезни в 1744 году. Да-да, у королей XVIII века были весьма своеобразные способы говорить "спасибо": простая открытка им не подходила, нужно было обязательно что-то грандиозное.
Потом грянула революция 1789 года и превратила здание в усыпальницу гениев. Здесь похоронены Вольтер (который при жизни категорически не хотел бы лежать рядом с Руссо, но мёртвым выбирать не приходится), Виктор Гюго, Эмиль Золя, Мария Кюри (первая женщина, удостоенная этой чести аж в 1995 году) и даже Александр Дюма.
Наше задание: найти маятник Фуко и определить его длину.
— Какой ещё маятник? — простонал один из моих американцев, который явно начинал жалеть о своём энтузиазме с квестом.
Оказалось, что в 1851 году физик Леон Фуко подвесил здесь 67-метровый маятник, чтобы доказать вращение Земли. В то время, когда люди всё ещё спорили, крутится Земля или нет, он решил не ввязываться в скучные дебаты, а просто взял и подвесил 28-килограммовый груз на стальном тросе длиной 67 метров прямо под куполом Пантеона.
Идея была гениально проста: если маятник качается и при этом плоскость его качания медленно поворачивается — значит, это не маятник крутится, а Земля под ним вращается! Представьте лица оппонентов: "Человек просто повесил грузик на верёвочке и доказал то, над чем мы спорили примерно триста лет!".
Когда мы вошли внутрь и увидели маятник, размеренно качающийся в центре зала, я почувствовала странную смесь благоговения перед наукой и желания просто полежать на полу от усталости. Но вместо этого мы ввели ответ "67 метров" и триумфально получили следующую локацию: Катакомбы Парижа. Вернее, их туристическую часть.
Если вы никогда не спускались в парижские катакомбы, позвольте мне сэкономить вам несколько лет психотерапии: не надо. Хотя если вы любите готическую атмосферу, клаустрофобию и экзистенциальный кризис на тему бренности бытия — добро пожаловать.
Это 300 километров подземных туннелей (туристам доступно в десятки раз меньше), где покоятся останки примерно шести миллионов человек. Да, вы правильно прочитали. Шесть. Миллионов.
В XVIII веке парижские кладбища были так переполнены, что во время дождей на улицах появлялись... ну, скажем так, нежелательные археологические находки. Городские власти решили, что пора что-то с этим делать, и начали переносить кости в старые каменоломни под городом.
В итоге получились стены из аккуратно сложенных черепов и костей с табличками вроде "Остановись! Здесь царство смерти!" (спасибо, Капитан Очевидность, мы и так заметили).
Квест требовал найти определённую надпись на латыни и сфотографировать её. Проблема в том, что надписей там тысячи, освещение отвратительное (атмосферное, но для чтения не подходит), а толпы туристов двигаются со скоростью улитки под снотворным.
Мы бродили среди костей, чувствуя себя персонажами фильма ужасов, пока не наткнулись на нужную цитату из Библии. Быстро сделав фото, получив одобрение и следующую подсказку от нашего приложения, мы с облегчением вынырнули на поверхность.
Следующая точка — Опера Гарнье, была как глоток свежего воздуха после склепа. Буквально и фигурально.
Шарль Гарнье построил это здание в 1875 году в стиле барокко, который лучше всего описать словами "много — это ещё не достаточно".
Золото? Много. Мрамор? Разных сортов и оттенков. Фрески? На каждом потолке! Скульптуры? А как же, целая коллекция! Люстры? Огромные!
Именно здесь Гастон Леру поселил своего "Призрака Оперы". Под зданием действительно есть подземное озеро, где по легенде обитал таинственный житель в маске, который требовал жалованье, свободу выбора певиц и ложу номер пять, иначе угрожал уронить люстру.
Нашим заданием было как раз найти именно её и назвать вес.
Люстра в центральном зале Оперы — это не просто осветительный прибор. Это семитонное произведение искусства, состоящее из 340 огней и бесчисленного количества хрустальных подвесок, которое весит как средний слон и подвешено над головами зрителей на одном тросе. О чём ты думаешь во время представления: об арии или о том, что над тобой болтается семь тонн хрусталя?
Правильно.
И в 1896 году один из её элементов действительно упал и убил человека, что вдохновило Леру на сюжет романа. Ничто так не мотивирует писателей, как несчастные случаи!
Мы долго изучали табличку с характеристиками, пока охранник не намекнул суровым взглядом, что мы блокируем проход для экскурсионной группы японцев, которые хотели сфотографировать ту же люстру под тем же самым углом.
— Seven tons (семь тонн), — я прочитала табличку с характеристиками.
— SEVEN?! — мои американцы задрали головы и синхронно отошли подальше.
Я с благоговением ввела цифру, после чего мы получили новую подсказку: Pont Neuf — "Новый мост". Французская логика в лучшем виде! "Новый мост" 1607 года — самый старый мост Парижа.
Когда-то он был революционным новшеством — первым мостом без домов на нём. До этого парижские мосты были застроены лавками и жильём так плотно, что люди даже не всегда понимали, что идут по мосту, а не по улице.
Изначально мост задумывался иначе, но король решил сделать его "современным" — широким, открытым, с тротуарами для пешеходов и полукруглыми нишами, где можно остановиться и полюбоваться Сеной, не рискуя быть задавленным каретой.
Естественно, эти ниши сразу же облюбовали уличные артисты, торговцы, карманники и дамы лёгкого поведения. В общем, самое увеселительное и криминальное место города!
Задание: сосчитать количество ниш.
И это было единственное задание, с которым мы справились блестяще и за пару минут! Мне кажется даже приложение выдало нам последнюю подсказку с какой-то особенной радостью.
Финальная точка нашего квеста — Сент-Шапель, готическая часовня XIII века, которую построил король Людовик IX Святой специально для хранения тернового венца Христа, который он приобрёл за баснословную сумму у венецианцев.
Когда мы вошли внутрь и увидели витражи, я поняла, что все мучения того стоили. 15 огромных окон высотой 15 метров, состоящих из 1113 сцен из Библии в цветном стекле. Когда солнце проходит сквозь них, внутри создаётся ощущение, что ты внутри калейдоскопа, который создал сам Бог в особенно творческий день.
— Wow, — выдохнули мы хором.
Это всё, что можно было сказать.
Две трети витражей — оригинальные, XIII века. Они пережили революцию (когда часовню превратили в архив), войны, пожары и даже Парижскую коммуну. Представляете, сколько людей смотрели на эти стёкла за 750 лет?
Последнее нзадание квеста было почти элементарным: "Какого цвета больше всего в витражах?". И в этот раз нам дали даже варианты ответов!
После пяти минут споров, которые чуть было не переросли в расследование с замерами процентного соотношения, мы пришли к демократическому консенсусу: синий. Его там действительно много, но мы были готовы ввести хоть "бирюзовый в крапинку", лишь бы уже закончить этот квест и сесть.
Я с молитвой ввела "синий" и вдруг — приложение победно запищало, взорвалось виртуальными конфетти и выдало нам виртуальный бейдж "Парижский детектив".
Мы рухнули на ближайшую скамейку, чувствуя себя героями, которые только что прошли «Форт Боярд», но версию для интеллектуалов и мазохистов.
После двадцати километров пешком мы решили, что завтра будем просто лежать у Эйфелевой башни и больше ничего не делать.
Конечно, мы не смогли устоять перед новыми приключениями.
Продолжение следует.