Геннадий действительно вопил какое-то время:
-Я принц! Со мной так нельзя! Я имею право! Отпустите! Я требую!
Примечание автора: Это – исторический факт. В Средневековье, а родичи Геннадия живут примерно по таким понятиям, подобные наказания использовались даже для женщин. Например, история Мэри Брюс — сестры короля Шотландии Роберта I, которую по приказу английского короля Эдуарда I поместили в клетке и вывесили на стены замка. Леди пробыла в клетке четыре года, единственное, куда она могла оттуда выйти – в крошечную уборную. В непогоду и ночью она оставалась в клетке.
Понимал он, что и требования тут бесполезны – его просто никто не слышит, да и слушать не собирается – не интересуют тут никого его желания.
Когда Герман устал и охрип, когда первый гнев и ярость схлынули, он понял, что ужасно замёрз и проголодался, что ошейник давит на плечи и шею, а проклятая цепь тянет вниз, ко дну. Он решил подвигаться – может, хоть так согреется, но топкое дно не предполагало никаких упражнений – стоило только сойти с утоптанного такими же наказанными, как он, пятачка, как правая нога ушла в полужидкий ил, он покачнулся, цепь тут же начала утягивать его под воду, так что даже воды пришлось наглотаться, пока выбрался.
К утру он совсем окоченел, зубы стучали, есть хотелось уже невыносимо, а проклятые комары, которые жрали его всю ночь, и не думали успокаиваться. И кроме всех этих проблем, Геннадий несколько раз засыпал, подхватываясь только тогда, когда голова клонилась вниз, а носом он вдыхал воду.
-Я же… я же просто утону так! – внезапно сообразил он.
-Помогите! – его крик, усиленный ужасом, привлёк внимание одного из дальних родственников, который выполнял обязанности надсмотрщика за наказанными, когда таковые были.
-Ну что? Одумался? – сухо уточнил троюродный дядя. – Пойдёшь к невесте?
-Помогите! Отпустите! – орал Генрих.
-Да не вопи, а отвечай на вопрос! Ей звонить?
-Зззаччем? – от холода опять застучали зубы.
-Дурень! Ты ж жениться на ней должен! Без невесты не женятся.
-Нет! Я не женюсь!
-Ааа, тогда стой тут дальше! Только учти – если передумаешь, можешь и не докричаться – я тут не всё время нахожусь.
Образ Марианны, которая держит его за горло похлеще проклятого ошейника, заставил Геннадия замотать головой.
-Нет! Я всё равно не женюсь!
-Ну и дурак. Только мучиться будешь лишнее время – всё равно ведь согласишься. Деваться-то тебе некуда! Сам посуди – жить среди людей ты не можешь. Никто из наших, кроме Марианны тебя не возьмёт и не захочет. Жить лягушкой… да проще тебя отсюда не забирать, да и всё, а то ты ж только позоришь нас, - он говорил об этом так спокойно, что Герману стало трудно дышать, словно в горло уже текла вонючая болотная вода.
-Ладно, вечером я ещё приду и спрошу. Так что шевели мозгами лучше! – хмыкнул дядя, удаляясь прочь. – Дальше-то впереди ночь будет.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало пятой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало шестой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в НАВИГАЦИИ ПО КАНАЛУ. ССЫЛКА ТУТ.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
О предстоящей ночи Геннадию и помыслить было страшно, и тут ему вспомнилось место, где он прекрасно, просто замечательно жил – не тужил!
-И номер роскошный, и вкуснейшая еда – сколько хочу, и ванная с горячей водой – не то, что дома. Дома-то всё экономили! И деньги я зарабатывал большие, и Сокол их даже не отнял – они же так и лежат, спрятанные в моей сумке. И охранника мне выделили!
Чем больше он вспоминал, тем горше становилось. Нет, сначала-то, он, конечно, воспылал злостью на Таню – почему она не согласилась быть с ним? Ведь тогда и проблем бы не было! Сидел бы у неё дома, жизнью наслаждался, но к обеду, когда в довершение всех мучений, к ним присоединилось ещё и палящее солнце, не согревающее воду в глубине болотной воды, а отчаянно припекающее макушку Геннадия, его причитания сменили вектор:
-Да что ж мне, дураку, там не сиделось спокойно? Таня… зачем я к ней лез-то? Был бы сейчас в своём номере на сухом и мягком диване, ел бы вкусно, пил бы вдоволь…
Голод изводил его, но жажда была сильнее – он попробовал пить болотную воду, но не смог – выворачивало от одного запаха. В довершении всего к груди прицепилась пиявка и он, пытаясь её снять, слишком наклонился, ошейник и цепь потянули вниз, а вынырнуть получилось далеко не сразу.
-Я… я же тут погибну! – внезапно понял Геннадий, когда наконец-то смог отдышаться и откашляться, - Я или должен согласиться на Марианну, или… - он смотрел на мутную вонючую воду и ужас захлёстывал его с головой.
К вечеру он едва держался на ногах, так что, когда пришел родственник, Геннадий уже собирался согласиться на что угодно, лишь бы его достали из болота, но… дядя пришел не один – с ним была Марианна.
-Ну как, ты готов? Доставайте его! – усмехнулась она, уже представляя себя в белом платье с богатым декольте, - Какое, оказывается, у вас есть хорошее средство внушения. В принципе, я же и у себя в бассейне могу такое же сделать! Да и его особенность даёт много возможностей, если вдруг слушаться не будет! Наказать надо – хлоп об стену и в контейнер. И пусть хоть полгода там сидит, мухами питается. А если надоел, то вообще в холодильник убрать на год и не доставать, пока я не соскучусь!
Дядя угодливо кивал, а Геннадий, уже открывший рот, чтобы сказать, что, да, он готов жениться, внезапно понял, что легче ему от этого точно не будет!
-Она уже поняла, что может сделать со мной всё, что угодно – запереть, в аквариуме жить заставить, наказать контейнером на полгода, а то и дольше, вообще в морозилке забыть… Я же должен буду туфли ей в зубах таскать только бы она меня нaсмeрть не заморозила или в клетке без воды не оставила!
Да, не сильно-то много у Геннадия было за душой, можно сказать, что ничего, но позволить этой бабище целиком и полностью владеть этой самой душой, он никак не мог!
-Да пошла ты! – процедил он громко и отчётливо. – Что именно ты не поняла, из того, что я тебе сказал? Я на тебе НЕ ЖЕНЮСЬ!
Дядя аж присел от неожиданности, а Марианна зло ухмыльнулась:
-Хорошо же, значит, тебе надо ещё подумать! Я ещё подожду, а за эти слова ты мне особенно ответишь, понял? Но запомни, если мне надоест тебя ждать, ты отсюда не выйдешь никогда – твоим ты вообще не нужен!
Он почти пожалел, когда они ушли – сил не оставалось совсем.