-Крамеш! – Геннадий рванулся так, что едва удержался на ногах. – Крамеш!
-Давненько мне так никто не ррадовался, - констатировал Бескрайнов.
-Радоваться? – не сообразил сразу Герман, - Ты… ты меня нашёл?
-Я давно нашел, куда тебя прривезли, но не сумел отследить, куда потом дели – думал, ты в доме, - врал Крамеш. – А сейчас вот прроследил за той паррочкой. Так зачем ты смылся?
-Я… я был идиотом! – с трудом выговорил Геннадий. – Мне казалось, что я убегу и мне будет хорошо.
-И как оно? Это твоё хоррошо? – c любопытством осведомился Крамеш, который отнюдь не забыл, почему именно Германа разжаловали из гостя в виновника, и злился на него отчаянно, но помнил и себя – фанатичного ворона-наёмника, который пытался даже после пленения выполнить заказ и заморочить Татьяну.
-Плохо, - выдохнул Герман, - Совсем плохо! Я… я, наверное, до утра тут не дотяну – пить хочется невыносимо, и есть, и спать, и холодно, и цепь с ошейником топят…
-Нда, какое-то у тебя это твоё «хоррошо» и прравда нехоррошее! – признал Крамеш. – Ладно, кое с чем я тебе помогу.
-С чем ты мне можешь помочь? – тоскливо спросил Геннадий.
-Еды могу подогнать и воды, - сообщил Крамеш. – Нести?
-Ты… ты правда можешь?
-Нет, прросто дрразню, - фыркнул Бескрайнов, а лягух… поверил.
-Понятно, - он даже возмущаться не стал – сил уже не было. – Оно и понятно – если свои приковали тут, то разве помогут чужие?
-Вот ты дуррак! – констатировал Крамеш. – Я действительно собиррраюсь прринести тебе еды. Только думаю, что лучше даже не воду, а кофе горрячий и сладкий. У меня есть с собой в террмосе, так что я могу его перелить в бутылку и прринести.
-Ты что? Это, что, правда? – Геннадий спросил это уже у пустого места – у сучка коряжины, на котором сидел ворон.
Крамеша довольно долго не было, и Герман уже было решил, что… это всё-таки изощрённая издёвка над ним, но внезапно перед ним на воду шлёпнулся плотно завязанный пакет с бутербродами и небольшой пластиковой бутылкой с кофе, которая даже через пакет казалась горячей.
Бескрайнов, опустившийся на прежнее место, отвёл глаза – не мог смотреть, как дрожит Герман, припадая к бутылке и вливая в себя горячий кофе, второй рукой «принц болотный» держал пакет с бутербродами, так, чтобы в него не залилась вода.
-Бутылку не брросай – я тебе потом ещё прринесу, - велел Крамеш, глядя, как Геннадий пытается вытряси из неё несуществующие остатки.
-Ты… ты меня не бббросишь? – внезапно развернулся к нему невозможный тип, покончив с двумя бутербродами разом.
-Не давись ты, ещё плохо станет! – строго велел Бескрайнов. – Не брошу? Ну не знаю, если честно. Хотел бросить – ты Таню мою обижал.
-Тттвою? – горячий кофе немного помог, но зубы всё равно стучали.
-Мою – моего человека! – решительно подтвердил Крамеш. – Я за неё убью не задумываясь!
-Так зачччем же меня спппасаешь?
-Затем, что знаю, как это, когда свои грробят! – буркнул ворон неохотно.
-Тебя… тебя тоже?
-Ешь давай! – Бескрайнов не собирался выворачивать душу перед этим типом – ещё чего не хватало, но, как это ни странно, Герман не стал допытываться, а послушался и снова принялся за еду.
Закончив последний бутерброд, Геннадий сложил бутылку в пакет, завязал его и подтолкнул по воде в сторону коряжины, где Крамеш легко его сцапал.
-Спасибо тебе! – сладкий и горячий кофе, пусть его и немного было, как-то подразогнал безнадёгу и мутное марево перед глазами, а еда придала сил. – Я… я правда, боюсь, что всё это напрасно – меня всё равно не отпустят, но теперь до утра я точно доживу.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало пятой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало шестой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в НАВИГАЦИИ ПО КАНАЛУ. ССЫЛКА ТУТ.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Крамеш склонил голову набок, прислушиваясь в тому, что, а главное, как, говорит Герман.
-Врроде всеррьёз. Я у него вообще рраньше таких интонаций не слыхал. Близость к погибели пррообила? Бывает – сам прробовал. Главное, чтобы он с ходу прро это не забыл, - думал Бескрайнов, а потом встревоженно уставился на белобрысую голову, которая начала клониться вниз.
-Не спи, замёррзнешь! Ты ж уже булькаешь там!
-Да я… не сплю, просто тут опять пиявка! – Генчик случайно коснулся чего-то мерзкого на рёбрах и машинально наклонил голову, пытаясь рассмотреть и снять с себя гадость, вот и хлебнул воды, и тут же ошейник потянул вниз.
-Я думаю, что на тебе их уже полно, - флегматично заметил Бескрайнов, - Прросто ты дрругих не видишь и не чуешь. Не опускай башку, а то утонешь!
-Тяжело… стоять тяжело – ошейник и цепь вниз тянут! – Геннадий с трудом выпрямился, отфыркиваясь от болотной жижи.
-Да за что это мне? – подумал Крамеш, взлетая над болотом. – Делать нечего, да?
-Ты куда? – испугался Герман, увидев, что ворон улетает прочь. – Постой! Я… я не буду больше жаловаться! Только не улетай! – да кто бы мог подумать, что он будет молить не улетать этого опасного ворона, который сейчас был для Геннадия единственной поддержкой в мире.
-Интерресно! Нам его потом каждый рраз человеком в болото макать прридётся или он хоть на какое-то врремя чего-то понял? – размышлял Бескрайнов, уже в людском виде шагая вдоль берега заболоченного озера с брёвнышком на плече. Добравшись до места напротив Геннадия, реально перепуганного перспективой вновь остаться одному, Крамеш размахнулся и метнул в его сторону брёвнышко.
-Я… я никогддда этого не зззабуду! – донеслось до Бескрайнова.
-Ну-ну, свежо предание, да верится с трудом, - подумал Крамеш. – Хотя… мне ли об этом говоррить?
Он пообещал, что прилетит ещё с кофе, и убрался к машине, а там достал смартфон:
-Адекватность проблёскивает, не знаю, надолго ли, но она есть! – сообщил он Соколовскому, - Он там уже пузыри врремя от врремени пускал, я дал ему кофе и еды, а ещё – дерревяшку, чтобы он дерржался на воде.
Соколовский с трудом подавил в себе желание уточнить, а подушку с одеялком Бескрайнов лягуху не отжалел?
-Ладно-ладно, ему как раз больше всех это может быть понятно – он тоже тот ещё «подарочек» был. Я уж не говорю, о том, что Крамеш вообще-то гораздо, несоизмеримо опаснее Генчика, так что навредить мог… мама не горюй! – думал Сокол, вздыхая о том, что он не рискнул применить к лягуху морок – свой или того же Крамеша.
Причиной этого был их разговор с Крыланой, который произошел некоторое время назад:
-Заморрочить-то без прроблем можно, но вот останется ли это его загадочное чутьё? – задумчиво протянула вороница, - Оно же, похоже, возникло из-за какого-то слома его родового проклятия. А ну как после морока он перестанет чуять вещи, которые надо найти?
Именно это соображение и не давало Филиппу действовать без ухищрений.
-Ладно, за битого двух небитых дают… будем надеяться, что это и в нашем случае сработает, - решил Соколовский, слушая краткий пересказ событий в исполнении Крамеша.
-Как думаешь? Его доставать, или пусть ещё поплавает? – спросил он у ворона.
-Думаю, надо посмотрреть, как он будет себя сейчас вести – ему же стало полегче, а ну как сейчас опять понесёт его? - Бескрайнов был достаточно опытен для того, чтобы с ходу забыть о поступках типа, который едва не стал виновником "слома мозга" Ивана и гибели самого Крамеша - Сокол бы явно не спустил ему такой проступок. А что тогда было бы с Таней, и думать не хотелось. Так что, понимание пониманием, но беспечность и наивность - это не про него! Если Генчик будет по-прежнему опасен, пусть лучше тут, в этом болоте и остаётся, чем станет причиной гибели или несчастья кого-то, кто дорог и важен Крамешу.
-Нда, нрав может быстро снова показаться, - согласился Сокол. – Хорошо, немного ещё подождём.