-Ну вот ты и мой! – широко улыбнулась ему Марианна, - Теперь-то ты от меня никуда не денешься!
И был прав!
Марианна шустро упихала лягуха в контейнер, пробив в крышке несколько дырочек, а потом призадумалась:
-И куда бы тебя пока деть? А! Точно!
Сунуть контейнер в холодильник много времени не заняло.
-Вот! Так-то лучше! – она отряхнула руки, торжествующе постучала по серебристой поверхности пищевой сокровищницы, а потом…
-Женщина! – посмеивался Крамеш, глядя, как Марианна носится по комнатам, собирая свой «идеальный образ», пригодный для общения с упирающимся женихом.
Через два часа она была полностью готова – волосы уложены, свежий яркий макияж нанесён, надето новое зелёное обтягивающее платье, от которого Крамеш аж поперхнулся, принесены новые крепкие верёвки – короче, всё готово!
Извлечённый из холодильника лягух полетел в стену, через миг оказавшись сползшим на пол Геннадием, а ещё через полминуты, не пришедший в себя после охлаждения Генчик сидел на стуле, крепко примотанным к нему.
-А вот теперь и поговорим! – услышал он «любимый голос» сквозь туман, царящий в голове. – Женишься на мне? Ты ж подумай хорошенько – я богата – у меня семья очень состоятельная, а я одна дочка.
-Знаю, - проскрипел Генчик.
-Это хорошо! Так что, если женишься, у тебя будет… много чего будет. Но ты - при мне! Понял? Никаких других женщин, гулянок и прочего, у тебя никогда больше не возникнет!
Геннадий приоткрыл глаза и тяжело вздохнул – он прекрасно знал, что кроме него эту самую Марианну предлагали… да кому только не предлагали. И, если бы проблема была только во внешнем виде, она бы давно замужем была – и таких любят да замуж берут, но вот её требования сводили с ума напрочь – ей требовался супруг полностью подчинённый, бегающий вокруг как собачка, уделяющий внимание только и исключительно ей, причем, речь шла отнюдь не о верности жене – муж Марианны не имел права ни на какие сторонние интересы, на работу, на родственников, на увлечения.
-Да там даже дышать можно только с её разрешения! – понял Герман при первом же знакомстве с этой особой.
Нельзя сказать, что он рвался на работу или жаждал с утра до вечера общаться с родственниками, но требовалось полностью уничтожить его натуру, его желания, мысли… да самого его! Женившись на Марианне, он терял всего себя полностью! А он сам был себе дорог! В сущности, это было единственное, что у него было.
-Я никогда на тебе не женюсь! – как можно более твёрдо сказал Геннадий. – НИ-КОГ-ДА!
-Ах так… ну ладно же! Тогда тебя заставят это сделать!
Она уверенно взялась за дорогущий айфон:
-Добрый день! Да, это Марианна Леопольдовна!
Крамеш никак не мог понять, куда это названивает эта тётенька, и почему это Геннадий, который слышит этот разговор и явно узнал голос говорящего, так побледнел.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало пятой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало шестой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в НАВИГАЦИИ ПО КАНАЛУ. ССЫЛКА ТУТ.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Через три часа Крамеш уже знал ответы на все эти вопросы:
-Нда… дрружная у него семейка, - констатировал Бескрайнов, рассматривая заболоченное озеро, в котором по шею в воде стоял Геннадий.
-Ты тут останешься, пока не поклянёшься, что на коленях приползёшь к Марианне и не будешь умолять её о том, чтобы она согласилась выйти за тебя замуж! Она даже согласна на твою… позорную особенность! Сказала, что ей это очень подходит! – орал ему с берега белобрысый тип лет пятидесяти пяти – отец Геннадия. – Она готова вложить деньги в наши предприятия, так что ты обязан умолять её об этом!
-Я не женюсь на ней! – завопил Геннадий, - Ни за что!
-Тогда стой тут! И запомни, что у тебя отсюда выход – только к Марианне!
-Крруто они за него взялись, - констатировал Крамеш, - Стоять в этом болоте, где ещё и пиявок, небось, полно, да пррактически без одежды, да с тяжеленным металлическом ошейником на шее и здоровенной цепью, которрая тоже весит пррилично - это непрросто.
Крамеш немного преуменьшил размер свалившихся на Генчика бед: он и так был голодным – ел только утром, кроме того, родичи прилично намяли ему бока, пытаясь заставить согласиться на этот брак, вода была холодной, а ошейник с цепью – непомерно тяжелыми. Да, вода облегчала их вес, именно поэтому они были выкованы настолько массивными – чтобы наказанный тратил все свои силы, чтобы эта груда металла его не утопила.
Соколовский находился в своём кабинете, просматривая какой-то сценарий, когда к нему в окно влетел ворон.
-А! Крамеш! Полагаю, тебе есть о чём доложить?
-Есть! – поднялся с пола Бескрайнов.
По мере доклада Соколовский то посмеивался, то хмыкал, а потом посерьёзнел:
-Круто они за него взялись!
-Крруто, - согласился Крамеш, который по собственному опыту жизни категорически не любил такие «взятия». Нет, само собой, Генчик заслужил много чего, но это же семья так измывается, даже не чужие…
-Неужели же тебе жалко его стало? – усмехнулся Филипп.
-Нет! – Крамеш даже головой помотал для пущей правдоподобности ответа – как он мог сказать иначе, если прекрасно помнил, из-за чего Геннадия сослали в подвал. – Он и прравда невыносим!
-Что есть, то есть. А когда ты улетал, он что делал?
-Орал на всё болото - скандалил и вопил, что с ним так нельзя.
-Понятно. Тогда сейчас ты идёшь спать, а завтра утром берешь машину и едешь туда. Автомобиль паркуешь где-нибудь в досягаемом отдалении, а сам летишь и наблюдаешь, что и как… Только еды себе возьми.
-Понял. А чего я должен ждать?
-Проблесков адекватности, - объяснил Сокол. – Видишь ли… я мог бы сам им заняться, но мне не доставляют удовольствия такие действия, разве что выхода нет. А в случае с Генчиком он есть – пусть его воспитанием займутся те, кто его и дорастил до такого состояния.
-Понял… Один вопрррос.
-Давай.
-Геррману не будут давать воды и еды – его отец прредупрредил. Мол, пусть пьет из этого болота и без еды тоже обойдётся – быстррее согласится.
-Нда… семейка. Хотя, что там удивляться-то? У них детей много, одним больше, одним меньше, видимо без разницы. Да и раньше они не были особенно милостивыми, прямо скажем. Ладно, увидишь, что слабеет, можешь подкормить, ну и воду дай. Мы ж не звери, всё-таки. Скажешь, что я тебя послал выяснить, куда он пропал, а ты увидел, что его увозят, вот и проследил за ним.
Уже закрыв за собой дверь и оказавшись в гостиничном коридоре, он позволил себе улыбнуться:
-Хоррошо, что он такой! – подумал он. – Такому и служить не зазоррно!