Дарья Десса. "Игра на повышение". Роман
Глава 84
На следующий день ближе к обеду Снежана вошла ко мне в кабинет с видом заговорщицы. Прикрыла за собой дверь и прошептала почему-то, видимо из страха, что нас тут кто-нибудь услышит:
– Алина Дмитриевна, я узнала про Гиену страшный секрет!
От услышанного я даже отвлеклась от компьютера, показав на стул перед собой. Усаживайся, мол, я вся во внимании. Снежана устроилась и продолжила было шёпотом:
– Я была намедни в кадровом подразделении, и там…
– Ты можешь говорить обычным голосом, – пришлось ее прервать, чтобы не вслушиваться в каждое слово.
– Ой… простите. Так вот, я была в кадрах, и там одна сотрудница, вы ее не знаете, перекладывала личные дела. У них инвентаризация, что ли, не знаю. Короче, мне на глаза попалось… – Снежана сделала пауза и произнесла с торжественным видом, словно узнала, кто же всё-таки убил Кеннеди: – Личное дело Гиены!
Я вскинула брови. Вот это уже интересно! Одна из самых больших, между прочим, тайн нашей организации, поскольку даже пребывая на столь высокой должности, я не могла просто пойти к кадровикам и затребовать эти документы: Гиена всегда подчинялась генеральному. Раньше за такой интерес можно было без работы остаться. Теперь я дочь владельца холдинга, но тем не менее охрану персональных данных никто не отменял.
Мне бы отругать Снежану и даже премии лишить за такую выходку. Но… любопытство не порок, а большое свинство. К тому же меня всегда интересовал один-единственный вопрос: есть ли у Гиены какие-то слабые места, или она, словно броненосец, покрыта толстыми стальными листами? Нет, я никогда не хотела сделать ей больно, скорее – немного сблизиться, потому что она в приёмной, и зная, что там происходит, можно решать очень многие вопросы гораздо быстрее. Не говоря уже про подводные камни внутренней политики компании!
– Говори уже, что там интересного!
– Короче, я узнала: Гиена в молодости окончила Московский государственный хореографический институт. Потом служила, на минуточку, в Большом театре, но спустя пару лет неожиданно ушла оттуда. И ведь ей прочили будущее примы! Там и благодарственные письма, даже есть Почётная грамота от руководства Москвы.
– Почему? – удивилась я. – Что случилось?
– Во время репетиции получила серьёзную травму.
– Там что, медицинская справка есть?
– Нет, в ее автобиографии прочитала. В общем, потом она была вынуждена работать в разных коммерческих структурах, пока ее не взял к себе наш Жираф. И вот она уже много лет здесь. То-то я думаю, почему у нее брелок на ключах в виде маленьких туфелек… как же они…
– Пуанты.
– Да! Точно! – глаза Снежаны блестят.
– Вот значит как… – задумчиво произнесла я. – Что ж, это очень ценная информация. Ты пока ступай, мне нужно подумать. Молодец, Снежик! Но смотри, – погрозила ей пальцем. – Еще раз сунешь нос в чужие личные дела, получишь сначала от меня, потом от службы безопасности. Поняла?
– Само собой, Алина Дмитриевна! – вспыхнула помощница розовым цветом, превратившись в пион, и убежала.
Я же задумалась. Балет, значит. Если Гиена там занималась, но была вынуждена оставить искусство, то теперь понятно, отчего она такая глубоко несчастная. Насколько мне известно, быть танцором балета, – это изнурительный труд, и прежде чем станешь примой, нужно не пуд соли съесть, а намного больше. Вкалывать, как сумасшедший, изнурительно тренироваться, каждый день по многу часов, только чтобы потом уметь то, что доступно настоящим профессионалам.
Мне даже стало жалко Гиену, и я мотнула головой: хватит уже ее так называть. Она – Тамара Макаровна. Интересно, кто учился вместе с ней? Вдруг кто знаменитый? Открываю браузер, захожу на страницу поисковой системы… Ого, так завтра же у главы секретариата профессиональный праздник – Всемирный день балета! Мне очень бы хотелось как-то тепло поздравить Тамару Макаровну, но как?! Она же броненосец. Не подступишься. Нельзя просто так цветы подарить или даже… билет в Большой? Нет, так просто этого не сделать, уж не говоря про стоимость.
Но как-то хочется сделать ей приятное. Всё-таки она профессионал своего дела, иначе бы Леднёв отправил ее в отставку. Листаю новости, и тут мне попадается кое-что интересное: «В честь Всемирного дня балета VK запускает балетную неделю. С 30 октября по 6 ноября для пользователей в VK Видео пройдут эксклюзивные трансляции постановок от Бурятского театра оперы и балета, Башкирского государственного театра оперы и балета, Санкт-Петербургского театра балета Бориса Эйфмана, Мариинского театра (Приморская сцена) и других российских театров».
«Ого! – думаю. – А вот это уже совсем другое дело! Ей обязательно нужно об этом рассказать!» – и снова оказываюсь в тупике. Если приду и сделаю так, она поймёт: кто-то покопался в ее личном деле, страшно обидится, я наживу себе смертельного врага. Так, мне срочно нужен Орловский. Звоню ему, и Роман приходит через несколько минут.
Делаюсь новостью и прошу помочь. Как донести до Тамары Макаровны интересную информацию, мимо которой она при всём желании пройти не сможет?
– Послушай, – говорит Орловский. – Может, она не хочет о балете даже думать? Болезненные это воспоминания.
– Не согласна. Иначе бы она не носила брелок в виде пуантов. А еще я заметила – у нее картинка на рабочем столе компьютера – здание Большого театра. Значит, она хранит добрую память о тех годах.
Орловский задумался.
– Послушай, – сказал он, потерев подбородок. – А что, если не доносить, а подкинуть?
– Это как? – насторожилась я.
– Ну, ты же знаешь, я всегда мониторю инфополе, тренды, что там в соцсетях обсуждают. Мы можем сделать вид, что это просто часть нашего внутреннего «Дайджеста культурных событий», который в нашем холдинге я рассылаю для общего развития. Включим туда пару нейтральных новостей, а балетную поставим как самую яркую.
– И отправишь Тамаре Макаровне? – Я скептически изогнула бровь. – Она же сразу поймет, что это для нее.
– Нет, – возразил Орловский. – Я отправлю это тебе, ей, может быть, еще паре ключевых сотрудников, как «интересное из сети». В конце концов, это же VK, наш крупный партнер. Можно даже привязать к тому, что мы должны быть в курсе их крупных проектов. Скажем, «Обратите внимание на масштабный проект нашего партнера VK, посвященный Всемирному дню балета. Хэштег #Балет360».
Я задумалась. Это звучало достаточно правдоподобно.
– Боюсь, одного этого ей будет недостаточно.
Орловский тут же достал телефон и быстро пролистал информацию.
– Да что ты! Там море интересного! – его глаза горели азартом. – Смотри. Проект VK и Дзена. Все материалы будут объединены хэштегом #Балет360. В нём участвуют крупнейшие театральные институции из культурных столиц и регионов России, а также артисты и авторы платформ.
– И что они там показывают?
– Много чего! – Орловский ткнул пальцем в экран. – В VK Видео будут записи и трансляции спектаклей, интервью, документальные фильмы, подкасты и закулисные истории. В Дзене запускается специальный метаканал, а в мини-приложении VK Праздники можно установить статусы из набора «Балет – это жизнь». Даже в «Другом Деле» появятся тесты по теме культуры с возможностью выиграть призы. Это же тотальное погружение!
Я кивнула, признавая размах.
– А кто из артистов? Ей же нужны имена, – уточнила я, вспоминая, что Тамара Макаровна, наверное, ценит только «звезд первой величины».
– Имена тут такие, что у нее челюсть отвиснет! – Орловский понизил голос до заговорщицкого шепота. – В проекте примут участие Рената Шакирова, Мария Хорева, Ана Туразашвили, Анжелина Воронцова, Анастасия Смирнова и Диана Вишнева! Они выложат VK Клипы в своих сообществах. Если она следит за балетом, точно знает.
– Да, ты прав, это серьезно, – пробормотала я.
– Идем дальше. Одним из центральных событий недели станет выступление международного фестиваля DANCE OPEN, которое начнется с премьеры видеоверсии Гала-концерта звезд мирового балета. А еще в рамках фестиваля будет серия из пяти больших интервью с ключевыми фигурами балетной сцены: с режиссером Юлианой Лайковой, хореографом из Тайваня Цаем Бочэном, худруком «Балета Москва» Анастасией Яценко и аргентинскими режиссерами. Это же уровень!
Орловский сделал паузу, чтобы перевести дух, а потом произнес с особым нажимом:
– Но вот это, Алина, – он выделил абзац на экране, – наш главный козырь. Гостелерадиофонд делится архивными записями с легендами советской сцены – Надеждой Павловой и Вячеславом Гордеевым в одноактных балетах «Гамлет» и «Орфей»! Это для человека поколения Тамары Макаровны – настоящая ценность, ностальгия? Плюс Музей музыки представит видео о балетах Чайковского – «Лебедином озере», «Спящей красавице» и «Щелкунчике».
– Архивные записи… – задумчиво повторила я. – Да, это может сработать.
– И это не всё. Санкт-Петербургский театр балета Бориса Эйфмана покажет документальный фильм «Пространство жизни Бориса Эйфмана». Приморская сцена Мариинского театра приурочит специальный выпуск «Диалог за сценой». Детский музыкальный театр имени Наталии Сац – гала-программу к своему 60-летию. Бурятский театр оперы и балета представит фильм о своем фестивале «Балет на Байкале. Бурятия». Тут вся страна!
Орловский откинулся на спинку стула с видом победителя.
– Понимаешь, в чем фишка? Это не просто «посмотрите балет». Это – «погрузитесь в мир балета не выходя из дома, но в режиме реального времени». Они даже пишут, что 31 декабря прошлого года «Щелкунчика» в VK Видео посмотрели 8,1 миллиона человек. Это не просто новость, а событие, которое нельзя пропустить, если ты хоть как-то связан с балетом. Мы ей даем возможность прикоснуться к её молодости.
– Отлично, – сказала я, чувствуя, как внутри разгорается азарт. – Теперь это похоже на идеальную приманку. Отправляй. И посмотрим, как Тамара Макаровна отреагирует на «Дайджест культурных событий».
Прошел час. Я сидела, разбирая почту, когда в дверном проеме появилась Снежана. Она не вошла, а буквально влетела, ее глаза были круглыми от изумления и восторга.
– Алина Дмитриевна! Вы не поверите! – прошептала она, задыхаясь.
– Что случилось? – Я подняла голову.
– Гиена! Я только что проходила мимо приемной, чтобы отнести документы генеральному, а она… – Снежана прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться слишком громко. – Она сидит за своим столом, и у нее сияет лицо! Вы понимаете? Сияет! И она что-то смотрит на компьютере, а сама… мурлычет!
– Мурлычет? – я скептически изогнула бровь.
– Да! Я прислушалась! Это…