Глава 5(2)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
Я выиграл ставку.
Вместо благодарности Свиблов развернулся к остаткам роты и заорал:
— Строиться! Живо! Вы что, думаете, наша миссия закончилась здесь на этой полянке? Первый взвод – собрать боеприпасы у погибших! Второй – проверить раненых! Третий – организовать периметр! Шевелитесь!
Люди, только что пережившие ад и едва держащиеся на ногах, заставили себя подняться и начать выполнять приказы. Это было жестоко даже по армейским меркам – дать им хотя бы пять минут прийти в себя было бы элементарной человечностью. Но Свиблов, похоже, считал человечность признаком слабости.
Убедившись, что приказы начали выполняться, лейтенант соизволил снова повернуться ко мне. И тут же выдал:
— Васильков, вы в курсе, что своей безответственной пальбой убили нескольких наших солдат?
Я почувствовал, как земля уходит из-под ног. Убил? Своих? Нет, это невозможно, я же так старался, выбирал сектора, следил за дистанцией...
— Что? — только и смог выдавить я. — Но я же... я старался никого не задеть...
— Старались? — Свиблов приподнял бровь с таким видом, словно я только что признался в умственной отсталости. — Ваши старания стоили жизни минимум двум бойцам. Я лично видел через свои тактические очки, как ваши пули разорвали их в клочья.
Он постучал пальцем по дужке своих модных очков – последняя модель с функциями приближения, анализа траекторий и бог знает чего еще..
— Они стояли у самого края построения, — продолжал лейтенант тоном прокурора. — И ваш неприцельный огонь... впрочем, что еще ожидать от новобранца без должной подготовки.
Мир вокруг словно потускнел. Я спас их, спас всех, рисковал жизнью, а в итоге... убил своих? Двух человек, которые доверяли мне, которые рассчитывали на помощь?
— Я... — голос предательски дрогнул. — Я не хотел...
— Намерения не имеют значения, — отрезал лейтенант. — Важен результат. Два солдата батальона мертвы по вашей вине.
Он сделал театральную паузу, явно наслаждаясь моментом.
— Впрочем, — милостиво продолжил он, — учитывая, что вы все же помогли отбиться от богомолов, я не буду настаивать на трибунале. Считайте это... профессиональной любезностью. Но в рапорте я укажу все как есть.
С этими словами он развернулся и зашагал прочь, выкрикивая новые приказы. Оставив меня стоять с ощущением, что меня только что ударили под дых.
— Эй, — Толик положил руку мне на плечо. — Не слушай ты эту сволочь.
— Но он же прав, — прошептал я. — Я убил... двоих наших...
— Васильков, — заговорила Мэри, что случалось крайне редко. — Там был хаос. Богомолы, люди – все вперемешку. То, что турель задела всего двоих – это еще удача. Зато, ты спас всех остальных.
После этого Мэри посмотрела на то место, куда указывал Свиблов, говоря об убитых, и пошла в направлении стоящего вдалеке Капеллана, который в этот момент помогал раненым.
— Она права, — кивнул Толик, провожая ее взглядом. — Если бы не ты, мы все были бы мертвы. Все до единого.
Я понимал, что они правы. Логически понимал. Но от этого не становилось легче. Где-то там, среди трупов богомолов, лежали два человека, убитые моими пулями. Два штрафника, таких же как я, которые хотели дожить до амнистии, вернуться домой, начать новую жизнь...
— Сколько нас всего осталось, сержант? — спросил я у подошедшего Папы, стараясь взять себя в руки.
Рычков коснулся виска, активируя интерфейс шлема, и через секунду ответил:
— Шестьдесят девять, включая тебя, Васильков. Из ста двадцати одного.
Папа, видимо, прочитал мои мысли по лицу.
— Не грузись, мажор, — буркнул он. — На войне всякое бывает. Главное – большинство выжило. А те двое... — он помолчал. — Они бы тебя первые поблагодарили. Умереть от своих – это хотя бы быстро. Не то что в клешнях у этих тварей.
Циничная солдатская логика. Но в ней был смысл.
Папа тем временем вкратце рассказал, что происходило после моего невольного дезертирства. Колонна продолжила движение, отбиваясь от непрерывных атак. Богомолы шли волнами, не давая передышки. В какой-то момент головной броневик напоролся на огромное дерево, поваленное поперек дороги. Пока пытались объехать, насекомые, как по чьему-то повелению начали вместо людей нападать на технику и ее бешено курочить. В общем, броневики пришлось бросить и по приказу того же Свиблова уходить в джунгли.
— Дальше ты примерно знаешь, — закончил он. — Собрали кто выжил, встали спина к спине и держались. Если бы не ты на броневике...
Он не договорил, но я понял. Все были бы мертвы.
— Но самое неприятное, кажется, еще впереди, — Папа понизил голос и бросил очередной недовольный взгляд на Свиблова, — и это то, что господин лейтенант, судя по всему, желает окончательно угробить последних солдат своей роты.
— В смысле? — не понял я.
Но Рычков мне не ответил, а пошел по направлению кивнул лейтенанту, который по рации приказывал взводным сержантам срочно прибыть к нему. Бурная деятельность лейтенанта Свиблова и хмурый взгляд Папы стали мне понятны буквально через минуту, когда наш доблестный командир выстроил остатки роты в подобие строя. Подобие – потому что половина едва стояла на ногах, четверть истекала кровью, а остальные смотрели на лейтенанта так, словно прикидывали, где бы его закопать поглубже.
— Солдаты Российской Империи! — начал Свиблов тоном, который, видимо, репетировал перед зеркалом. — Я понимаю, что мы понесли потери. Тяжелые потери. Но долг превыше всего!
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.