💡 ЭТО 21 ЧАСТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЯ НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Когда кипяток был разлит по кружкам и в них погрузились тёмные пакетики, окрашивая воду в бледно-коричневый цвет, Смирнов устроился поудобнее. Он подышал на горячий чай, посмотрел на расплывающееся пятно запотевания на столе, и его взгляд стал тяжёлым, задумчивым.
— Скажи-ка, Кирилл, — начал он неторопливо, — ты, конечно, человек образованный. Наверняка в детстве сказки читал. Вспомни-ка… «У лукоморья дуб зелёный…» Что там дальше было?
Кирилл смотрел на него, не понимая, к чему клонит эта беседа.
— Ну… «Златая цепь на дубе том…» — неуверенно начал он.
— Именно, — кивнул Смирнов. — «И днём и ночью кот учёный всё ходит по цепи кругом». А ещё был такой… Кот-Баюн, кажется? Сказки рассказывал, людей в сон клонил.
— Ну, да, — Кирилл почувствовал лёгкое недоумение. — Первый — Пушкин, второй — народный фольклор. При чём тут это?
Смирнов улыбнулся какой-то своей, внутренней улыбкой, невесёлой и усталой.
— А при том, что это и есть наша работа. Технология сокрытия. Самая надёжная в мире. — Он отхлебнул чаю и поморщился — видимо, «Принцесса Нури» точно была не лучшим выбором. — Видишь ли, любая утечка информации из нашего мира в человеческий, — это ЧП различного масшаба. Но полностью остановить её невозможно. Знания, слухи, обрывки правды — они просачиваются. Как вода сквозь каменистую почву, по чуть-чуть. И самое опасное — это когда правда звучит прямо и недвусмысленно. Это пугает. Это вызывает панику. Люди начинают искать виноватых, жечь костры и ведьм, устраивать крестовые походы.
Он сделал паузу, давая Кириллу осознать сказанное.
— Поэтому был разработан… скажем так, «протокол». Любая прорвавшаяся правда немедленно облекается в форму абсурдной, нелепой, сказочной истории. Кто поверит в говорящего кота, который ходит по цепи и песни поёт? Никто. Это же смешно. Это — сказка для детей. Так правда превращается в безопасный культурный мусор. В миф. В анекдот. И перестаёт быть опасной.
Смирнов посмотрел прямо на Кирилла, и в его глазах не было ни намёка на шутку.
— Так вот. Кот учёный, Кот Баюн, Ирландский Ирусан, Египетская Бастет — это всё он. Он кивнул в сторону Никлауса, который, услышав своё имя в столь почётном контексте, прекратил вылизывать лапу и с достоинством выпрямился. — Вон он, сидит и усы поправляет. Очень древнее и очень могущественное магическое существо. И он никаким боком не должен был оказаться в твоей квартире, Кирилл.
Кирилл сидел, сжимая в ладонях теплую кружку с дешевым чаем, и чувствовал, как у него под ложечкой холодеет. Слова Смирнова висели в воздухе, тяжёлые и неоспоримые, как приговор. Он смотрел на Никлауса, на этого чёрного, умывающегося на подоконнике кота, и его мозг отчаянно пытался соединить несоединимое: привычный образ из детских сказок и… это.
— Подождите, — голос его сорвался, стал сиплым. — Вы хотите сказать, что этот… этот «кот учёный»… он настоящий? Не метафора, не сказка, а… вот он?
Смирнов кивнул, его лицо было серьёзным.
— Самый что ни на есть настоящий. Только его настоящая функция несколько… глобальнее, чем в стихах. Он — живое хранилище. Концентратор знаний. Всех знаний, которые когда-либо были, есть и, возможно, будут. — Он сделал паузу, чтобы дать этим словам прочно осесть в сознании Кирилла. — Представь себе Александрийскую библиотеку, Библиотеку Конгресса США, все архивы мира, все научные труды, все утерянные манускрипты и ещё не написанные диссертации. Всё это — он. В одной мохнатой голове.
Кирилл почувствовал лёгкое головокружение. Он посмотрел на Никлауса, который в этот момент с аристократической неловкостью пытался поймать собственный хвост. Выглядело это… не слишком убедительно для ходячей энциклопедии.
— Но… как? Зачем? — выдавил он.
— Зачем? — Смирнов усмехнулся. — Чтобы знать. Чтобы помнить. Чтобы в нужный момент подсказать. Он — один из инструментов Хранителя Знаний. Того самого, кто решает, готово ли человечество к тому или иному открытию. Почему, думаешь, порох изобрели в Китае, а не в Риме? Почему ядерную реакцию расщепления открыли в двадцатом веке, а не в восемнадцатом? Всё не просто так. Всё — по плану. И его высочество, — он кивнул на кота, — часто оказывается рядом с теми, кому суждено этот план… прочувствовать. Ломоносов, Менделеев, Кюри… этот список длинный.
Он отхлебнул чаю, снова поморщился и поставил кружку на стол.
— Лично я его видел трижды. В семнадцатом веке — у Ломоносова. Тот, тогда как раз с формулами баловался. В девятнадцатом — у Менделеева. Этому во сне таблица привиделась, а кто, думаешь, нашептал? — Смирнов хитро подмигнул. — И вот теперь — здесь. У тебя.
Кирилл молчал. Его мир, и без того перевёрнутый с ног на голову, теперь и вовсе летел в тартарары. Он был ветеринаром. Он лечил кошек от лишая и глистов. А не сидел на кухне с древним артефактом мироздания.
— Но почему у меня? — наконец выдохнул он. — Я же не… не Ломоносов.
Подписываемся и читаем дальше…
#фэнтези #фантастика #мистика #городскоефэнтези #рассказ #история #детектив #роман #магия #ведьма #ведьмак #домовой #оборотень #вампир #лесовик