Дети... Знаете, иногда смотришь на них — и не понимаешь, как так получилось. Вот моя Нина. Когда я увидела её в коридоре с этой сумкой, связанной как попало, у меня что-то оборвалось внутри. Тридцать лет девочке, а стоит, как подросток сбегающий из дома.
— Мама, я ухожу! — выпалила она так, будто репетировала эту фразу перед зеркалом.
Я замерла. Не могла ни слова сказать, ни шевельнуться. Как будто мы поменялись местами — она теперь взрослая и решительная, а я... растерянная и беспомощная.
А ведь всего неделю назад мы с ней, как обычно, чай пили на кухне. Может, стоило быть внимательнее? Что-то в ней изменилось — глаза другие, нервные какие-то. Да и вообще в последнее время я её почти не видела — с подругами перестала общаться, после работы задерживалась. Ну, думаю, проблемы какие-то, всякое бывает.
— Нин, ты в порядке вообще? — спросила я тогда, стараясь, чтоб голос не дрожал.
— Да всё нормально! — отрезала она слишком быстро. И губы сжала — знаю я эту её привычку, когда врёт.
Мы обе тогда молчали о главном. А я-то, глупая, даже предположить не могла, что у неё там... отношения какие-то сложные. С замужним, как потом выяснилось.
— Ты ведь знаешь, что мы всегда можем поговорить? — я тогда ещё попыталась мостик перекинуть.
Она вскинулась:
— Вот только пойми уже, что у меня своя жизнь.
Как ножом по сердцу. Я себе твердила — ну и что такого, взрослый человек, имеет право. А внутренний голос всё равно: ""Уходит она от тебя, совсем уходит"".
И вот теперь стоит в коридоре с этой несчастной сумкой. Сбылось.
Я могла бы упасть на колени, умолять остаться. Но... только молчала. Вечность, кажется, прошла, пока я наконец выдавила:
— И... куда ты собралась?
— К Игорю, — сказала она, и у меня воздух закончился в лёгких.
Игорь... Игорь... В голове стучало: ""Кто этот Игорь? Когда она успела? Как я пропустила?"" Да, она упоминала какого-то Игоря мельком, но я... я не придала значения. Думала, коллега или что-то в этом роде.
— Мама, я переезжаю, — она смотрела на меня с таким вызовом и одновременно отчаянием. — Я просто не могу больше по крупицам выдавать тебе информацию о своей жизни. Это... это невыносимо.
Может, она и права была. Может, я действительно слишком... контролирующая? Но в горле стоял такой ком, что я даже сглотнуть не могла. Внутри всё будто свинцом налилось. Я понимала, что это не просто каприз или бунт. Она, видимо, долго к этому шла.
""Где же я ошиблась?"" — этот вопрос бился в голове, как птица о стекло.
Несколько дней спустя я узнала, что этот её Игорь... женатый. Женатый! И у него двое детей! Меня как обухом по голове ударили. Она не просто от меня ушла — она разрушила чужую семью. Или... её разрушили? Я уже ничего не понимала.
Если бы можно было повернуть время вспять...
На следующий день я решилась. Не могла просто так отпустить. Всё-таки дочь, родная кровь. Позвонила:
— Нина, давай поговорим нормально. Слышишь меня?
— Да, мам... — её голос вдруг стал тише, не такой уверенный. Я почувствовала трещинку в её броне.
— Я понимаю, что у тебя свои желания, свои... чувства, — старалась говорить спокойно, без истерики. — Но подумай хорошенько... может, это не тот путь, который тебе нужен.
— Мама! — она почти кричала. — Я просто хочу, чтобы ты меня поняла хоть раз!
И бросила трубку.
Я так и осталась стоять, сжимая телефон, как будто он мог вернуть мне дочь. Выдохнула со свистом. Нина не желала видеть дальше своего носа, не понимала, какие последствия могут быть. Я не могла заставить её вернуться, но внутри всё клокотало.
Знаете, что самое странное? Я ведь замечала, как этот Игорь постепенно втирался в её жизнь. Видела их встречи ""случайные"", слышала обрывки телефонных разговоров, когда она думала, что я уже сплю. Могла бы списать на дружбу, но... Мать ведь чувствует такие вещи, правда?
А потом случилось то, что перевернуло всё окончательно. Я пришла с работы пораньше — голова разболелась — и застала их на кухне. Нина с этим... Игорем. Смеются, чай пьют. У меня внутри что-то щёлкнуло.
— Нина! — я даже не заметила, как закричала. — Ты же знаешь, что это всё неправильно!
Они оба замолчали и уставились на меня.
— Мама, — она побледнела. — Что ты... что ты делаешь?
— То, что должна была сделать раньше!
Я перевела взгляд на него. Симпатичный, холёный такой мужчина, лет сорока. Вся ненависть, которая копилась во мне последние недели, вырвалась наружу.
— А вы... — я чуть не задохнулась от ярости. — Вы разрушаете нашу семью! Вы разрушаете свою семью! У вас же дети, разве вы не понимаете?!
— Он ничего не разрушает! — Нина вскочила, сжимая кулаки. — Это ты не понимаешь! Мама, неужели ты не можешь принять, что жизнь — это не только про тебя и твои правила?
Это было... больно. Так больно, что я на секунду перестала дышать. Она не просто уходила — она отрекалась от меня, от всего, чему я её учила.
— Я только заботилась о тебе! — слёзы подступили к горлу. — Всю жизнь! Неужели так сложно это понять? Ты же моя дочь...
Каждое слово отдавалось эхом в пустоте между нами. Я прислонилась к стене, ища опору — ноги вдруг стали ватными.
— Научись отпускать, — тихо сказала Нина, глядя на меня с какой-то... жалостью? — Найди другой способ любить.
И она ушла. Вместе с ним. Оставив за собой тишину и запах чужого одеколона на кухне.
Время шло. История эта стала частью нашей жизни, как старый шрам, который уже не болит, но никогда не исчезнет. Нина так и осталась с Игорем — он, как выяснилось, всё-таки развёлся с женой. А я... я пыталась научиться жить по-новому. Без неё. Каждый раз, вспоминая её последние слова, я чувствовала, как что-то сжимается внутри. Боль предательства — она ведь не уходит просто так.
Год спустя я случайно наткнулась на её фотографию в социальных сетях. Такая счастливая... светящаяся изнутри. За окном как раз шёл дождь, и капли на стекле смешивались с моими слезами.
И знаете, постепенно я начала принимать эту разлуку. Иногда ловлю себя на мысли, что даже если связь между нами порвалась, воспоминания остались. Это не идеальный конец, но... что-то внутри меня начало успокаиваться. Я вернулась к себе — перестала ждать звонка каждую минуту и начала просто жить.
Так бывает, когда близкие уходят. И иногда... иногда в этой тишине находишь ответы, которых так долго ждала.
Вчера она позвонила. Первый раз за полтора года. Сказала: ""Привет, мам"". Просто ""привет, мам"". И я поняла — не всё потеряно. Может, когда-нибудь мы сможем снова сидеть на кухне и пить чай. Может быть. Когда-нибудь.
А пока я учусь отпускать. И, кажется, у меня начинает получаться.
*****
Истории, которые я пишу, читаются не глазами, а сердцем ❤️
Каждая строка — о том, что близко каждому из нас…
🙏 Подписывайтесь и откройте мои другие рассказы — возможно, один из них изменит ваше настроение, а может и жизнь: