Начало:
Предыдущая:
Сумбур в голове Агриппины постепенно успокаивался, оседая на дно, словно неприятный осадок. Она прекрасно понимала, что паникой ей ничего не добиться, да и, может, ошиблась она, что-то не поняла просто? Ведь такое только во всяких фантастических фильмах бывает — про попадание в другой мир или время. Молодая женщина глубоко дышала, прислушиваясь к деревенскому шуму, и окончательно возвращала себе трезвость мыслей. Конечно, в такое сложно поверить, но факт остаётся фактом — она находится здесь, она жива, чувствует, мыслит и… ей просто нужно будет во всём разобраться.
Спасибо деду Гостиславу, который её приютил, и ей даже было немного неудобно его обманывать, но что ещё она может ему сказать? Лучше будет притвориться, что она действительно потеряла память, и понять, где вообще находится.
Дед вернулся примерно через час, и за ним шёл странный человек. На голове у него был какой-то череп с несколькими рогами, которые торчали во все стороны. Они были украшены цветами и какими-то травинками; также у незнакомца была длинная густая борода, а глаза заинтересованно поблёскивали сквозь глазницы черепа. Когда Агриппина пригляделась, она поняла, что череп не настоящий — а просто это искусно сделанная маска. Одет был мужчина в какой-то балахон, расшитый самыми настоящими листьями! У Агриппины появилось ощущение, что она попала на какой-то фестиваль, где вот такие ряженые ходят.
— Во, порозовела уже! — радостно проговорил дед Гостислав, улыбаясь молодой женщине, после чего он мотнул головой в сторону незнакомца: — А это знахарь наш, Прошка. Пущай тебе голову глянет, можа, чего-нибудь придумает.
— Доброго дня, — проговорила удивлённая Агриппина.
— И тебе не хворать. Головушкой тюкнулась, что ли? Или на пожарище том тебя приложило? — голос у знахаря Прошки был скрипучий, словно колесо старой телеги, и Агриппина едва сдержала гримасу. Какой странный тип! Но послушно наклонила голову и дала ему осмотреть себя, хотя ничего не болело; вот только на затылке шишка обнаружилась. А сама она думала про ту девочку, что из печи вылезла, — если она сюда Агриппину притащила, то куда сама девалась?
— Я отвары дам, пусть попьёт с недельку, — обратился знахарь к деду. — И решай, что с ней делать, сам же знаешь… Могут неправильно понять.
— Да не городи огород, — Гостислав помрачнел, искоса поглядывая на молодую женщину, после чего мотнул головой. Ещё немного поговорив со знахарем, дед с ним распрощался, после чего пригласил Агриппину в дом вернуться, поглядывая на неё. И взгляды эти ей не слишком по душе были, но, видать, будет у них серьёзный разговор.
— Что знахарь имел в виду? Какие проблемы могут быть?
— Ты же с рыжинкой, не слишком это заметно, но пряди волос у тебя тёмной медью отливают. Значит, могут ещё разгореться, а к рыжим у нас отношение… Ты действительно не помнишь ничего? — дед уже с какой-то толикой подозрительности поглядел на Агриппину, а та только руками развела, делая недоумённое лицо. Гостислав надеялся только на то, что она действительно его не обманывает и не совершил он ошибки, помогая ей.
— Ну что ж, расскажу тебе, ты вот присядь, давай чайку с тобой заварим. Уж не знаю, помнишь ли ты, но есть у нас так называемые Дома, что правят на этих землях. У каждого Дома такого свои особенности есть. Кто с землёй славно управляется — у них всегда урожай щедрый, считай, весь наш край могут прокормить спокойно. Кто с водой отношения близкие имеют — их земли у самого синего моря, и сети всегда полны рыбы. Коль память меня не подводит, Домов таких было когда-то восемь.
— Когда-то? А сейчас сколько? — Агриппина почувствовала странное любопытство, словно внутри всё её подталкивало к тому, чтобы начать вопросы задавать.
— Да, Дом Огня был уничтожен, уже не могу припомнить, по какой причине, да и люди мы простые, на кой нам разборки Домов этих изучать? Лишь бы нас особо не трогали. Было восемь Домов, осталось семь, поделили они земли, да вот только с тех самых пор все люди, у кого хотя бы капля рыжего в волосах есть, тщательно проверяются. Можа, мести боятся, а можа, чего ещё, — дед пожал плечами, ставя на стол чашки с чаем.
— И раз у меня волосы с рыжиной, то и меня проверять будут? — задумчиво спросила Агриппина, у которой внутри заскребло нехорошее предчувствие. Вот ведь она вляпалась, похоже! Дома какие-то, давние распри, дележка земли… Куда же её эта девочка привела, и куда она сама делась?
— А то, что памяти у тебя нет, точно не в твою пользу. Уезжать тебе отсюда надо, пока стража не прибыла. Односельчане у меня больно зоркие, наверняка донесли уже. И обвинять их в этом я не могу — боятся они того, что здесь устроить могут за то, что я рыжую ведьму приютил.
Агриппина уже растерянно на него посмотрела, стискивая в руках чашку с чаем. И куда ей ехать, она ведь абсолютно ничего здесь не знает!
— Уж не знаю, с добром ли ты к нам явилась или со злом, но то, что ты не просто так сюда пришла, я уверен. Память тебе, конечно, отшибло, но уверен, что вернётся к тебе то, что твоё, — дед покивал головой, после чего продолжил: — В ночь сегодня уедешь, договорился я. Есть у меня дальняя родственница, отшельницей живёт, общаемся мы с ней редко, себе на уме она всегда была. Вот у неё и схоронишься, пока не вернётся к тебе память, — говорил дед весьма решительно. Агриппина с удивлением смотрела на него, пока до конца не понимая, почему он её выручить решил. Судя по скупому его рассказу, то, что она немного рыжая, может сулить существенные проблемы.
Дед Гостислав, пока Агриппина переваривала услышанное, с кряхтением выдвинул из-под кровати большой кованый сундук и откинул крышку. Лежали в нём вещи всякие, и старик достал большой светлый платок, расшитый причудливым узором, который хотелось разглядывать и водить пальцем по причудливым завиткам.
— Хорошо, а то я думал, пропал он ужо. Раньше моей бабке принадлежал, её давно уже со мной нет, жалко, если такая красота пропадёт. Вот, держи, да на голову накинь, чтобы никто не приставал с лишними вопросами. Но коль на стражников наткнёшься, могут и снять попросить.
— Дедушка… Почему вы мне помогаете? — спросила Агриппина, принимая из рук деда платок, от которого пахло сдобой и почему-то костром. Она осторожно сложила платок, вопросительно подняв глаза на Гостислава, а вот тот замялся с ответом:
— Сам не знаю. Просто думаю, что так правильно будет. Не хочу я, чтобы наша деревня опасности подвергалась, но и тебя страже сдавать считаю неправильным. Раньше эти земли принадлежали Дому Огня, было это очень давно. Тем более, нашёл я тебя в таких обстоятельствах, что задумываюсь поневоле — а уж не связано ли это как-то? Хотя и прошло уже много лет… Но не суть. Ты главное веди себя потише, пока во всём не разберёшься и память к тебе не вернётся.
— Спасибо, дедушка.
Агриппина ещё совсем не понимала, что со всем этим делать. Было такое ощущение, что её, как котёнка, взяли за шкирку да швырнули в середину озера — выплывет самостоятельно, будет хорошо, а ежели нет, то нет.
Вечером остановилась у двора деда телега, на которую дед усадил Агриппину, сунув ей в руки узелок:
— Давай, девица, не серчай, что так всё сложилось. Надеюсь, выправишься ты, и коль приведёт тебя дорога вновь к моему порогу, буду рад с тобой повидаться. А пока едь, не задерживайся. Высадит тебя возница у нужной лесной дороги, вот по ней до самого конца и иди, там и встретишься с моей сестрой — Василиной, — торопливо бормотал дед, зыркая по сторонам. Телега оказалась гружена какими-то бочками и ящиками, а возница был хмур и неразговорчив. Как поняла Агриппина — он вообще приезжим был, мимо ехал, и как деду удалось с ним договориться, было непонятно. Мелькнула даже мысль — а не отправляет ли её дед куда-то в плохое место? Но, с другой стороны, положиться ей было больше не на кого, поэтому и решила она ехать к этой Василине. Быть может, там удастся узнать что-то ещё, да и вообще хоть немного прояснить ситуацию.
Дед же смотрел вслед телеге, пока не скрылась она за поворотом. Считал он, что делал всё правильно: стража-то наверняка нагрянет, скажет он, что девица собралась да уехала куда-то, вот и всё. У Василины она точно в безопасности будет, сестрица у него любого заморочит, а вот девку не тронет — самой любопытно станет. В то, что потеряла Агриппина память, дед не верил, но это уж не его дело. Странная эта женщина молодая с рыжинкой, может, и правда явилась она, чтобы своё забрать?
Но это уже время покажет. Вздохнув, повернулся дед да обратно пошёл в свой двор, пожелав мысленно Агриппине удачи.
Продолжение:
