— Лен, а ты не видела, на какой машине этот тип приезжал?
— Нет, я в глаза ему смотрела, а не на машину. Из окна не видно, где он парковался.
— А я видел, — неожиданно сказал Андрей, и по его щекам пробежал легкий румянец. — «БМВ» последней модели, темно-синяя. Номер запомнил.
Лена удивленно подняла брови.
— Случайно? Или ты за всеми машинами у моего подъезда следишь?
Андрей откашлялся, делая вид, что изучает узор на чашке.
— Ну, я как раз к тебе шел… и увидел, как от твоего подъезда отъезжает лихач. Подумал… ну, мало ли кто к тебе ездит. Район-то спокойный, но всякое бывает. Ревность, знаешь ли, дело неконтролируемое, — вырвалось у него, и он тут же поперхнулся чаем.
Лена смотрела на Андрея, и ее сердце забилось чаще. На душе стало легко и приятно, девушка улыбнулась, задумалась и тут же нахмурилась, поймав себя на мысли, что выглядит глупо.
—Так ты ревнуешь? — тихо спросила она. — Давай, проходи! Нечего стоять в коридоре – соседям глаза мозолить, — кокетливо надула губы Гаврилкина.
— Да я… я просто как сосед,по дружески заглянул, — попытался выкрутиться Андрей, но по его смущенному виду было все ясно. — В общем, решил я этот номер проверить. Работа у меня такая, подозрительных личностей отслеживать.
— Ты думаешь, он опасный? — Лена сжала в кармане запаянный в целлофан клочок бумаги….
— Собаки не ошибаются! Почему пёс так отреагировал агрессивно на внука своего хозяина? Еще неизвестно…. может они били собаку или специально под магазином привязали на самом солнцепеке! Нельзя верить первому встречному. Может быть и не было никакого деда, — деловито произнес Воробьев. — Любой человек, который бросает собаку на верную гибель и врет о смерти деда, уже априори подозрителен, — строго заметил Андрей. — А эта бумажка… Дай-ка я на нее взгляну.
Лена, раскрыв рот, протянула молодому человеку код. Андрей внимательно изучил цифры.
— Похоже на номер счета или… банковской ячейки. Такие номера как раз в таком формате бывают. Лен, а ты в курсе, что, возможно, держишь в руках ключ к какой-нибудь криминальной истории? Может быть они труп спрятали в сейфе.
— Да, ну тебя, Андрей! — рассердилась Гаврилкина. — Что ты несешь? Хочешь, чтобы я вообще потеряла покой и сон?
— Не бойся, Леночка, я рядом, — расправил плечи Воробьев. Он даже обрадовался сложившейся ситуации. Вот теперь Лена его оценит! Теперь он покажет чего стоит! Раскрытоь какое-нибудь громкое преступление Воробьев давно мечтал. Но ему попадалить дела только о краже инвентаря из сарая или о драке между двумя соседками. Но теперь, он был уверен! Дело пахнет преступлением века!Брошенный на произвол пёс, загадочный код в ошейнике немецкой овчарки, неизвестный на дорогой иномарке, который требовал вернуть ошейник — это все не просто так!
— Вообще-то, я думала об этом,. Ну… о каком-то коде к закрытой двери, — отвлекла Андрея от мыслей Лена Лена. — Но зачем тогда прятать его в ошейник собаки? Это же так ненадежно!
— Наоборот, очень надежно, — возразил Андрей. — Кто станет искать важную бумагу на собаке? Все обыщут дом, матрасы, потайные шкафчики, а про ошейник и не подумают. Хитрый ход. Хозяин этого пса, видимо, был не промах.
Старший лейтенант Воробьев достал телефон и набрал привычный номер.
— Позволю себе небольшой служебный проступок. Пробить номер машины для меня не проблема, — прошептал парень Елене, пока в трубке слышались длинные гудки.
Лена наблюдала, как Андрей говорил с кем-то серьезным и деловым голосом, делая заметки в блокноте. Его лицо стало сосредоточенным, профессиональным. Гаврилкина ловила каждое слово, боясь пропустить что-то очень важное.
— Да, ясно… Пионов Геннадий Юрьевич… Спасибо. — Он положил трубку и посмотрел на Лену. — Ну вот. Машина принадлежит Геннадию Юрьевичу Пионову, тридцать пять лет. Проживает по адресу: улица Гридасова, 8. В общем, не в этом дело. Интереснее другое. Он – единственный наследник небезызвестного в нашем городе чудака, Василия Ивановича Пионова.
— Того самого, который, по словам Геннадия, умер недавно? — уточнила Лена.
— Именно. Василий Иванович – владелец старого и очень необычного пансионата «Возвращение в рай». Он находится в бухте, сразу за чертой города. Да, ты должна помнить этот пансионат, ну?
— Пансионата? — Лена ничего такого не помнила, но представила нечто белоснежное и элегантное.
— Ну, «пансионат» – это громко сказано, — Андрей усмехнулся. — Я знаю это место. Все в нашем городе знают это место еще с советских времен. После развала Союза Василий Иванович выкупил территорию пансионата, вложив все свои сбережения, но не стал перестраивать. Оставил все, как есть. Ремонт, конечно, делал, но дух – тот самый, советский.
Все, кто хорошо знал старика Пионова, только крутили пальцем у виска: Зачем, мол, ему понадобилась эта рухлядь хрущевских времен? Даже дом и квартиру, доставшуюся в наследство продал! Покойная жена Василия Ивановича, узнав, что супруг купил развалюху – заброшенный пансионат, чуть в сердечным приступом не слегла. Но Пионов только твердил:
— Вот посмотришь! Наш пансионат станет самым популярным на всем побережье. И действительно, народ, ностальгирующий по прошлому, приезжал в пансионат толпами. Дела Пионовых пошли вгору. Для своей жены и дочери, Иван Васильевич построил просторный дом, купил квартиру в самом центре города. О Пионовых начали говорить в городе, как об очень предприимчитвых бизнесменах, которые сумели заглянуть на два шага вперед.
Нос годами все изменилось. Умерла давно жена Пионова, вырос и окреп внук. Времена меняются, старики уходят, молодежь такие условия, которые предлагал пансионат Пионова, не оценит. Геннадий, внук, давно давил на деда, чтобы тот снес это «старье» и построил новый, современный комплекс. Место-то там райское! Но старик, говорят, уперся. Говорит, там с покойной женой познакомился, молодость прошла, и ломать ничего не будет.
Андрей Воробьев помолчал, многозначительно посмотрел на Лену и добавил:
— Но самое главное, Леночка, Василий Иванович жив! — сверкнул глазами сосед.
— Значит, Геннадий солгал мне о смерти деда, чтобы получить собаку и ошейник, — медленно проговорила Лена. — Но зачем? Если дед жив, он может просто спросить у него про этот код!
— Если дед в сознании, — мрачно заметил Андрей. — известно, что в тот день, когда ты нашла несчастного Фредерика возле магазина, у Василия Ивановича случился сердечный приступ. Прямо из торгового зала того самого магазина. его увезла скорая! Скорее всего, старик в больнице, и Геннадий пользуется моментом. Он явно пытается что-то найти до того, как дед придет в себя или… или не придет в себя никогда.
От этих слов по спине Лены пробежал холодок.
— То есть, он действует втайне от деда. Значит, Василий Иванович не доверяет внуку. И спрятал код в самом надежном месте — в ошейнике своего верного друга.
— Логика железная, — согласился Андрей. Он встал и прошелся по кухне. — Лена, это дело может быть опасным. Если это очень важная для Геннадия бумага и он охотится за ней, то внук Пионова не остановится. Ты теперь в центре его внимания.
— Но я же не могу просто отдать ему Федю и код! — воскликнула Лена. — Это же неправильно! Откуда я знаю, может быть хозяин Феди – Иван Васильевич, против! Да и Феденька мне доверяет, не тсанет препятствовать, если я заберу бумажку или даже ошейник. Но ведь это же не честно — обмануть доверие пса, — буквально крикнула Гаврилкина и схватилась за сердце.
— И не отдавай, — Андрей подошел к подруге детства и положил руку на плечо. Теплая, тяжелая ладонь действовала успокаивающе. — Ни в коем случае. Но будь осторожна. Дверь на замок, никому не открывай. Федя – отличный охранник, но на всякий случай… — молодой человек написал кому-то сообщение, вздохнул и кивнул Елене. — Звони в любое время. Даже если просто страшно. Я рядом! Не переживай, Леночка! Вместе мы справимся! — Андрей вернул бумажку с кодом, которую держал в руке, Елене. Лена взяла листок, и их пальцы ненадолго соприкоснулись. В воздухе повисло молчание, густое и сладкое, как мед.
— Спасибо, Андрей, — тихо сказала Лена и тут же покраснела. — Я правда ценю.
— Да я… это моя работа, — снова смутился парень, отводя взгляд. — Блюсти порядок.
— А ревность? Это тоже в твои обязанности входит? — не удержалась Лена, и на ее губах играла лукавая улыбка.
Андрей рассмеялся, смущенный и счастливый.
—Это… это уже личное. Сугубо личное. Ладно, мне пора. Отцу нужно помочь. Лена, будь умницей. И… береги себя.
Андрей ушел, оставив на столе пачку соли и букет ромашек, а Лена осталась сидеть на кухне, глядя на спящего Федю и теребя в руках злополучную бумажку. В голове крутились обрывки фраз: «пансионат «Возвращение в рай», «обманул о смерти», «единственный наследник».
Она подошла к окну. Во дворе, как всегда, на лавочке сидели Марина Витальевна и Ольга Прокофьевна. Иван Матвеевич что-то яростно закручивал в недрах своего «Жигуля». Мирная, знакомая картина. А у нее в кармане лежала разгадка к какой-то темной, чужой игры, невольной участницей которой она стала.
«Что же ты хранил, Василий Иванович? — мысленно обратилась она к незнакомому старику. — И что теперь делать мне? Да, уж, вот попала так попала! Ну, почему со мной вечно происходят нелепые ситуации?» Лена вздохнула и принялась готовить обед. Как бы там ни было, но обед по расписанию, как любила говорить бабушка Лены, и внучка это правило усвоила на всю жизнь.
Решив приготовить борщ, девушка сидела за столом и сосредоточенно чистила картофель. Федя, словно почувствовав ее волнение, подошел и положил свою тяжелую голову на колени, приютившей его хозяйке. Лена погладила пса по голов и, глядя прямо ему в глаза, прошептала:.
— Ничего, Феденька, разберемся. Раз Андрей с нами, мы точно во всем разберемся.
И впервые за долгое время она почувствовала, что не одна. Рядом есть верный пес и есть тот, кто смотрит на нее такими глазами, в которых читается не только служебный долг, но и что-то гораздо более важное и теплое.
*****
Лена крутилась в постели почти до самого утра. То ей слышались странные разговоры со двора, то она напряглась, когда чей-то автомобиль притормозил под окнами, а то и вовсе показалось, что кто-то крадется в коридоре.
Едва Гаврилкина начала засыпать, как вдруг во вдоре раздался радостный смех молодых парней, загулявшихся до полуночи. В общем, утром Лена проснулась в отвратительном настроении и чувствовала себя так, как-будтио и не ложилась. Зато, во время утренней прогулки с Федей во дворе, ее посетила гениальная мысль. Вернее, мысль скорее была безумной, но от этого не менее гениальной!
Лена решила, что еще одной такой ночи не переживет. Она не хотела больше ситель и дрожать от страха, да и вообще, сидеть сложа руки, когда некий мерзавец в дорогих штанах объявил охоту на твоего подопечного пса и загадочный код, было выше ее сил. А раз так, нужно было действовать на опережение.
«Василий Иванович Пионов в больнице. Геннадий врет о его смерти. Значит, дедушка нуждается в защите, а я – в информации», – резюмировала она, листая сайты вакансий.
Работы у Леня пока не было, перспектив – тоже! Так почему бы не заняться расследованием и не помочь хорошему человеку — подумала Лена. То, что Иван Васильевич Пионов– хороший человек, в этом Гаврилкина даже не сомневалась. По мнению Елены, такой замечательный, воспитанный и добрый пес, как Федя, мол быть только у очень хорошего, доброго, душевного человека.
Так думала Лена, листая страницы электронной газеты с объявлениями о вакансиях. И вот, о чудо! В Первую городскую больницу, где, по данным Андрея, находился старик, требовалась санитарка отделение кардиологии! В этом отделении и находился Василий Иванович.
Елена подняла голову и, открыв рот, посмотрела зачем-то на потолок! Не может быть таких совпадений. Уж не позаботился о таком везении кто-то свыше? Лена была в этом уверена.
Через три дня, пройдя максимально упрощенное собеседование и предоставив свою санитарную книжку, Лена Гаврилкина, в белом халате и с тряпкой в руках, уже скромно мыла полы в коридоре, зорко высматривая палату №314 – ту самую, где по документам значился Пионов В.И….
«Секретики» канала.
Рекомендую прочитать