"Представьте себе пьяного Данте в эпическом железнодорожном путешествии в никуда, размышляющего о достоинствах различных коктейлей из мебельного лака и растворителей..."
Есть в русской литературе книги, которые стоят абсолютным особняком в плане жанра, стиля и содержания. В их числе "Москва - Петушки", литературный феномен, созданный в 1969 году Венедиктом Ерофеевым. Это поэма в прозе, написанная от лица пьяницы Венички, который отправляется на электричке из Москвы в Петушки к возлюбленной, но постоянно сбивается с пути. Текст насыщен аллюзиями - от Библии и классической литературы до советских лозунгов и бытового фольклора.
Книга существовала десятилетиями в самиздате, а первая официальная публикация в СССР состоялась только в 1988 году. Несмотря на скромный объем, произведение стало культовым - его изучают филологи, его цитируют в повседневной жизни.
Особенность произведения - уникальный сплав трагического и комического. За внешним пластом пьяного бреда скрывается глубокий философский подтекст: размышления о свободе, духовных поисках и абсурде советской действительности. Да, определенное диссидентство тут тоже просвечивает, но именно определенное, своеобразное. Или лучше сказать своебычное?
Еще часто говорят, что человек. который в СССР не жил, эту книгу понять не сумеет. А давайте проверим! Заглянем на сайт международных книжных отзывов Goodreads и проверим, что там пишут. Ого, там свыше 800 рецензий. Очень неплохо. Для понимания - многие любимые нами отечественные произведения и сотни отзывов не собирают.
Мы перевели для вас подборку иностранных рецензий.
else fine:
Представьте себе пьяного Данте в эпическом железнодорожном путешествии в никуда, размышляющего о достоинствах различных коктейлей из мебельного лака и растворителей, ведущего дебаты о смысле жизни и ценности своей души - попеременно то смешные, то трагичные. Это даст вам приблизительное представление о том, каково это - погрузиться в эту книгу. Восторг при каждом перечитывании.
Cosimo:
Легенда о Венедикте Ерофееве являет нам законченного антигероя, метафизического скитальца, лжепророка в мрачной советской культуре, о чем красноречиво свидетельствуют собранные Паоло Нори свидетельства. «Москва - Петушки» - это манифест фатализма, написанный в высокопарно-клоунской манере. Книга исходит из убеждения, что «все порядочные люди в России пьют как губки», ибо в мире лжи лишь водка не лжёт. Распространявшаяся в самиздате, она мгновенно стала культовой.
Эта восхищавшая Эдуарда Лимонова поэма о многодневном запое - дионисийский и фантасмагорический текст, где в сюрреалистичном коктейле смешаны жалость и насмешка, устная речь и поэзия, горнее и дольнее. Отсылая то к Гоголю, то к Булгакову, это бредовое странствие пьяницы из центра к окраинам в поисках мифической возлюбленной становится метафорой экзистенциальной тоски. Ерофеев помещает повествование в незавершённую пародию на мироздание, множа её формы в комично-катастрофическом ключе. Ему удается создать всеобъемлющую интимность, пока похабный хохот поглощает и литературу, и революцию, придавая болезненно-гротескный смысл нашей скоротечной жизни.
Rodney:
Если перевернуть диалектический материализм с ног на голову, из него, вероятно, посыплются ангелы. Если напиться до такого состояния, чтобы тысячу раз пересечь Москву, так и не увидев Кремль, возникнет нечто вроде свободы - вопреки государству. Если бы затхлые старые Петушки стали Эдемом лишь потому, что ты любил и они существовали, материализм встал бы с головы на ноги, но ангелы остались бы внутри. Таков Ерофеев, чей невероятно русский коктейль из печали и радости, стыда, духовности и чувственного разоблачения Ленина является нечаянной славой марксизма и шикарным «пошел на **», обращенным к любым Кремлям.
Stela:
Книга Венедикта Ерофеева «Москва - Петушки» в некоторой степени напомнила мне «Голый завтрак» Уильяма Берроуза - как оригинальным подходом (один рассказчик смотрит на мир сквозь алкогольные пары, другой - сквозь наркотические), так и близостью к гениальности письма, в конечном счёте так до нее и не дотянув. Дэвид Лодж говорил о Берроузе, что он может быть возбуждающим, часто забавным в своей бессвязности, имитирующей сюрреализм, но что написанное им - все же не литература. Примерно то же я почувствовала при чтении Ерофеева: несмотря на умелую интертекстуальность, тонкую иронию и двусмысленность, несмотря на то, что он меня ужасно смешил, я не совсем уверена, что прочитанное - нечто большее, чем литературный terribleism.
Ratko:
Безусловно, для времени своего появления эта книга была революционным, подрывным произведением и "перстом в глаз" официальной советской культурной и общественной линии. Неоспоримы широта образования автора и огромное количество интертекстуальных, библейских отсылок, а также ссылок на многочисленные исторические события.
Однако такой способ исполнения - в форме гротескных бредней и видений пьяницы — просто не то, в чём я нахожу удовольствие.
Momčilo Žunić:
С точки зрения драматургии, читать эту книгу следует в подпитии. В следующий раз возьму её с собой в поезд на маршруте Лазаревац - Карабурма с ожиданием стыковки в Колубарском Лесковце и Резнике, чтобы достичь нужной кондиции (естественно, при надлежащем запасе выпивки.
Samuel Gordon:
Если вам когда-либо хотелось узнать, каково это - ехать в московской электричке времен СССР в состоянии полного алкогольного отключения, эта книга для вас. Вас ждет уникальный опыт: пьяные размышления, галлюцинации и озарения о жизни, политике и работе, дополненные кейнсианскими диаграммами! Это истинно русское произведение, пронизанное тем самым черным юмором с самобичеванием, характерным для советской эпохи. По мере приближения к цели бред героя становится все бессвязнее - или это лишь кажется? Думаю, в этом и заключается главный вопрос.
Согласны ли вы с этими отзывами? Пишите в комментариях!
Другие наши статьи с зарубежными отзывами вы можете найти в подборке "Иностранцы о наших книгах".
_________________________________
1. Поддержать канал донатом можно здесь.
2. Приглашаем на наш сайт "Литинтерес". Там новые статьи появляются раньше!
3. А еще ждем вас в нашей группе ВКонтакте. И в Телеграме