Перевод новой книги Лэсли-Энн Джонс о тайной дочери Фредди Меркьюри "С любовью, Фредди", которая вышла в сентябре этого года, и в которой часть повествования идет от имени этой неподтвержденной дочери - Б.. Иллюстрации добавлены мной. *** скрывают неприличное.
В главе 14 в самом ее названии говорится о перышке на ветру, это похоже на отсылку к фильму о Форресте Гампе, в котором история Форреста начинается и заканчивается сценой с белым пёрышком, парящим в воздухе. Это метафора жизни главного героя. Форрест, словно это лёгкое пёрышко, движется по течению, позволяя событиям вести себя. Также мне вспомнилось, что так говорят о жизни японского самурая - как перышко на ветру. Автор книги хочет, видимо, красиво обыграть эти значения.
В этой главе будет описание похорон, и читать довольно тяжело, предупреждаю сразу, я еле сдерживала слезы.
Глава 14. Продолжение
С тех пор ноябрь стал самым печальным месяцем в году, говорит она (Б.) мне.
"Гораздо больше, чем просто очень трудно пережить, и не только двадцать четвертое, день его смерти. Но есть так много “последних раз”, о которых я тогда и не подозревала. Последнее фото, которое мы сделали вместе. Последний раз, когда мы гуляли вместе по берегу озера. Когда мы виделись в последний раз, когда он обнимал меня в последний раз, когда мы смотрели друг на друга в последний раз, когда мы разговаривали по телефону – это было в пятницу – и его последнее “а-demain” (прим. перев. - (фр.) до завтра). Только на этот раз другого завтра уже не будет. Он не позвонил ни в субботу, ни в воскресенье. Но в тот день зазвонил телефон, чтобы сообщить нам новость о его смерти. Я помню, кто мне сказал; это не то, что можно забыть. Такие моменты никогда не забываются. После этого жизнь была как в тумане. Затем последовали многочисленные соболезнования. Некоторые из них были очень красивыми. Другие произносили слова, которые были хуже, чем я могла себе представить."
"Очевидно, я не могу смотреть последние видео: его последнее с Queen, последние домашние кадры, где мы только вдвоем. Я также не могу смотреть на самые последние фотографии. Он так сильно изменился физически, что на них совсем не похож на папу. Во всем остальном он по-прежнему был моим отцом. Он был все тем же вдумчивым, любящим и заботливым отцом, которого я знала и обожала с момента моего рождения."
Если она заставит себя вспомнить, когда они виделись в последний раз, то скажет: "Я могу сказать вам, что единственное, что в нем еще не изменилось, - это напряженность его взгляда. Несмотря на его крайнюю худобу, огромные очаги саркомы Капоши на лбу, щеках и нижней губе и, несмотря на ужасающую усталость, невероятная сила этого взгляда не уменьшилась, по крайней мере, с тех пор, как я видела его в последний раз. Болезнь еще не лишила его этого. Для меня это было большим облегчением. Фредди всегда общался не только голосом, но и глазами. Его глаза были одним из последних, что у него осталось. Но это продолжалось недолго, так как в последние дни он начал терять зрение."
Это была еще одна причина, по которой она была так расстроена из-за того, что им не удалось правильно передать выражение глаз Фредди в фильме ("Богемская рапсодия").
Мэри позвонила родителям Фредди, чтобы сообщить им о смерти их сына.
"Они перевезли его из Гарден Лодж в похоронное бюро, но не забальзамировали его тело там. Не потому, что он умер от инфекционной болезни, как неоднократно говорилось, а из-за зороастрийских похоронных обрядов и обычаев. Несмотря на то, что никто не должен был прикасаться к его телу, потому что оно было поражено болезнью, именно благодаря пониманию распорядителей похорон, один из которых был родственником Питера Фристоуна, тело Фредди было подготовлено в соответствии с обрядами его веры.
Прикасаться к телу Фредди было незаконно. Поэтому я искренне, от всего сердца благодарю Питера Фристоуна за его вмешательство, благодаря которому тело отца было подготовлено в соответствии с похоронными обрядами. Я знаю, что иногда бываю резкой по отношению к Питеру из-за всего, что он сказал и сделал после смерти Фредди. Но в этом отношении я глубоко благодарна ему."
Такая подготовка была необходима для того, чтобы Фредди смог проникнуть в Мир Мыслей. На самом деле, согласно религии, каждый случай смерти может быть заразным. Следовательно, существует множество обрядов, которых должны придерживаться те, кто прикасается к телам умерших. Согласно их убеждениям, это предохраняет их самих от болезней.
"С него сняли всю одежду, оставив его полностью обнаженным. Если бы он все еще носил кольцо, подаренное ему Джимом, его бы тоже сняли, а позже вернули Джиму. Что бы Джим с ним сделал? Я понятия не имею. Но я не могу быть уверена, что Фредди все еще носил его в то время. Все остальное, что могло быть помещено в похоронный мешок, в котором его несли в морг, также было изъято: душа должна отправиться в Мир мыслей одна. Его тело обмыли водой и положили на чистую белую хлопчатобумажную простыню. Вокруг его тела был завязан кусти – шнур, который парсы носят вокруг талии и который состоит из семидесяти двух нитей, представляющих главы одной из частей Зенд-Авесты. Нити шнура, между прочим, переплетены, символизируя главы "Ясны", "Висперада", двадцать четыре часа в сутках, двенадцать месяцев календаря и религиозные праздники. Он был одет в чистую белую хлопчатобумажную одежду. Все его тело было закрыто, но не лицо. На протяжении всего этого подготовительного ритуала возносились молитвы, а затем его семье, но только членам зороастрийской общины, было разрешено увидеться с ним. После трех ночей – одной из–за его добрых и злых мыслей, другой из-за его добрых и злых слов и последней ночи из-за его добрых и злых поступков - он был кремирован. Вопреки утверждениям тех, кто предположительно был в курсе дела, Фредди не отказался от своей религии."
Часто говорят, что Фредди устроил зороастрийские похороны ради своих родителей, Боми и Джер. "Это совершенно неправильно", - сообщает нам Б. -"Это был выбор Фредди, и только его. Важно понимать, что в зороастризме никто не может ходатайствовать о спасении нашей души, только мы сами. Человек и никто другой несет ответственность за свое поведение, за свои грехи. Никто не может спасти вас или отпустить вам грехи, кроме вас самих. Тот факт, что он был Фредди Меркьюри, не давал ему привилегий или отпущения грехов. Если бы Фредди не поклонялся Ахура Мазде, если бы он отверг свою религию, если бы его образ жизни был смертным грехом, если бы его мысли, слова, поступки не соответствовали зороастрийской вере, его похороны не соответствовали бы зороастрийским похоронным обрядам, и ни один священник не согласился бы провести похороны."
Церемония, на которой председательствовали два зороастрийских священника, состоялась в крематории Западного Лондона 27 ноября 1991 года.
На службе присутствовали его семья и около тридцати пяти близких друзей, в том числе Элтон Джон и коллеги Фредди по группе Queen. Гроб Фредди был внесен в часовню, с одной красной розой, под исполнение Ареты Франклин песни в стиле госпел "Precious Lord, Take My Hand". Его похороны завершились под звуки голоса Монтсеррат Кабалье, исполнявшей любимую запись Фредди, самую сложную и красивую арию в стиле бельканто, когда-либо написанную для сопрано: "D’amor sull’ali rosee (Любовь в розовом сиянии)" из четвертого акта оперы Джузеппе Верди "Трубадур". Позднее его тело было кремировано на кладбище Кенсал-Грин.
Однако на памятном постаменте, на котором указано его имя, не указано место захоронения его праха. Прах был передан Мэри Остин для захоронения в частном месте. Я побывала в том месте и видела там Мэри. Причина, по которой я знаю о его местонахождении, заключается в том, что я подруга семьи, которой в то время принадлежала эта земля.
Его дочь не присутствовала на его похоронах.
"Он не хотел, чтобы я приходила", - говорит она. - "У него были на то свои причины, и я утверждаю, что он был прав. Если бы он хотел, чтобы я присутствовала, я бы так и поступила. Любой, кто может критиковать меня за это, должен помнить две вещи: во-первых, в свои пятнадцать лет я все еще была ребенком; а во-вторых, мне не нужно было идти на его похороны, чтобы попрощаться с ним. Потому что мы с папой никогда не говорили друг другу “До свидания”. Не только потому, что он терпеть не мог прощаний, но и потому, что никогда не говорил этого. Только не мне."
В течение нескольких дней после его кремации на кладбище Кенсал-Грин, в соответствии с традицией парсов, одежда, в которой Фредди покидал дом в последний раз, была уничтожена вместе с его личными вещами.
“Эту концепцию может быть трудно понять, - говорит Б. - ”Личными вещами" считаются переписка, личные бумаги, все, что покойный написал, нарисовал или изготовил сам, его одежда и все, чем он пользовался ежедневно, например, расческа, бритва и мыло. И тому подобное. Купленные предметы декора, такие как украшения, не относятся к личным вещам, только самодельные изделия относятся. Подарки, которые он дарил, например, рисунки из детства или произведения искусства, подаренные в зрелом возрасте, не попадают в эту категорию. Также подарки полученные тоже не подпадают. Все, что вы оставляете в другом месте, кроме вашего собственного дома, считается “подарком” тем, кто остается, и больше не считается личным имуществом. Например, альбом Фредди, содержащий его коллекцию почтовых марок, первоначально принадлежал его отцу, поэтому не считался собственностью самого Фредди.
"Большая часть личных вещей Фредди, принадлежавших его родителям, которые не были подарками, были сожжены в момент его смерти. Будучи индийскими парсами, Джер и Боми были преданными приверженцами традиций. Однако они были более прогрессивными, когда дело касалось их детей. Это было связано с тем, что Фредди и Кашмира выросли в Англии, где зороастризм идет по пути, несколько отличающемуся от того, по которому шли такие индийские парсы, как они."
"Поскольку Мэри не является зороастрийкой, от нее не требовалось уничтожать что-либо из вещей Фредди, находившихся у нее в собственности. Что касается Кашмиры, поскольку подарки не относятся к категории личных вещей, его сестре почти нечего было сжигать", - говорит Б..
"Я не сжигала вещи Фредди, которые он хранил у нас дома. Я спрашивала себя, стоит ли мне это делать. Много раз. Но Фредди заставил меня дать ему это обещание, которое запрещало мне читать некоторые из записных книжек до того, как мне исполнится двадцать пять. Мой отчим посоветовал мне, возможно, подождать с решением до тех пор. Через десять лет я смогла, наконец, прочитать оставшиеся тетради и принять окончательное решение. Это был хороший совет. В нем был смысл. Если бы я решила сжечь вещи своего отца сразу после его смерти, когда мне не было еще и пятнадцати лет, и я не смогла бы понять последствий своего поступка, я, возможно, горько пожалела бы об этом позже."
Фредди передал Мэри Гарден Лодж и the Mews вместе со всем их содержимым, все свои личные вещи, пятьдесят процентов всего иного имущества и пятьдесят процентов своих будущих доходов.
"Он и представить себе не мог, что однажды фильм "Богемская рапсодия" принесет столько денег, - повторяет она, - и что бэк-каталог Queen будет продан за такую огромную сумму. Когда умер его отец, Боми, Джер получила его долю - двенадцать с половиной процентов от состояния. Когда умерла его мать, Джер, сестра Фредди, Кэш, получила свою долю (двенадцать с половиной процентов от доли Джер и двенадцать с половиной процентов от доли Боми). До продажи каталога Queen Мэри владела пятьюдесятью процентами акций Freddie's и двенадцатью с половиной процентами Queen Productions. У Кэш было то же самое."
P.S. А вот тут ошибочка вышла, ведь после смерти родителей Фредди у Мэри стало 75%, а у Кэш осталось 25%, такая сообщалась информация.
Вот здесь в завещании Фредди Меркьюри интересно про то, что будет через 50 лет после его смерти со всеми его доходами. Если все наследники умирают до 2041 года, то их доля дохода переходит к детям Кашмиры Кук п. 7.2.1.2. Если родители и Кашмира умирают до 2041 года, то все отходит к Мэри Остин, если она еще жива. Если все умирают до 2041 года, то все средства переходят к Национальному обществу умственно отсталых детей и к Имперскому Фонду по исследованию рака. Поэтому, вот если родители умерли до 2041 года, получается их доля должна прирасти к доле Мэри? Или я ошибаюсь?