1 декабря 1986 года советские зрители познакомились с одним из самых необычных фильмов в истории отечественного кинематографа — трагикомедией Георгия Данелии «Кин-дза-дза!». Этот антиутопический научно-фантастический фильм рассказывает историю двух обычных советских граждан, которые случайно переносятся на пустынную планету Плюк в галактике Кин-дза-дза.
Идея фильма родилась из простой жалобы. Друг Данелии, известный итальянский сценарист Тонино Гуэрра, сетовал на долгие и холодные русские зимы и предложил ему снять тёплый, сказочный фильм, чтобы помочь людям согреться. Изначально Данелия и его соавтор сценария Резо Габриадзе рассматривали идею космической адаптации «Острова сокровищ», но концепция быстро превратилась в совершенно оригинальную историю. Когда окончательный сценарий был представлен в Госкино, министр кинематографии, по сообщениям, назвал его «бредом», но утвердил, основываясь на репутации Данелии.
«Кин-дза-дза!» — это острая антиутопическая сатира, ярко иллюстрирующая абсурдность социального неравенства и необузданного материализма. Обитатели Плюка, полностью лишённые духовных ценностей, живут в обществе, строго разделённом по статусу. Фильм выступает мощной, хотя и завуалированной, критикой как западного потребительства, так и тоталитарных структур внутри советской системы.
Производство фильма сопровождалось серией странных и несчастливых событий. Изначальное название должно было быть «Космическая пыль», но эпизод с персонажем, который её продавал, был вырезан, что потребовало нового названия. Название «Кин-дза-дза!» появилось из бессмысленной фразы, которую актёр Евгений Леонов напевал от скуки на съёмочной площадке.
Подбор актёров также был непростой задачей. Роль «дяди Вовы» досталась Станиславу Любшину только после того, как изначально утверждённого Александра Фатюшина не отпустили из театра. Роль пацака Би прошла через нескольких актёров, включая Валентина Гафта, прежде чем её получил Юрий Яковлев, который был так заинтригован ролью, что покинул больницу, чтобы присоединиться к съёмкам. Даже сам режиссёр, Георгий Данелия, сыграл небольшую роль Абрадокса после того, как немецкому актёру Норберту Кухинке было запрещено участвовать в съёмках чиновниками.
Уникальный язык и реквизит фильма родились из подобной импровизации. «Эцилопп», название для полицейских, — это «police» («полиция»), написанное наоборот. Знаменитая летающая машина, пепелац, была сделана из хвостовой части списанного самолёта, покрытой пенополиуретаном. Во время производства этот ключевой реквизит был по ошибке отправлен во Владивосток, а позже загорелся на съёмочной площадке. Инопланетные костюмы были созданы самой съёмочной группой из отбеленных кальсон, деталей старых лётных костюмов и разного хлама со свалки военного аэродрома. Знаменитый колокольчик в носу, обозначающий статус, на самом деле был обычным рыболовным колокольчиком.
Даже политика вмешалась в производство. Слово «Ку», центральная часть плюканского языка, стало проблемой после смерти Леонида Брежнева. Инициалами нового Генерального секретаря Коммунистической партии Константина Устиновича Черненко были К.У. Опасаясь политических последствий, создатели фильма отчаянно пытались найти замену этому слову. Проблема разрешилась сама собой, когда Черненко скончался до выхода фильма.
После премьеры «Кин-дза-дза!» провалился в прокате. Широкая публика была сбита с толку его странным сюжетом, минималистичной эстетикой и сатирическими намёками. Однако со временем, особенно в 1990-е годы, фильм начал приобретать огромную культовую популярность. Его причудливые фразы и концепции вошли в народный лексикон, а его философская глубина наконец была оценена по достоинству. Сейчас он считается вечной притчей об обществе, конформизме и абсурдности человеческой природы.
В 2013 году вышел анимационный ремейк под названием «Ку! Кин-дза-дза». Он стал последней режиссёрской работой Георгия Данелии. Несмотря на технические амбиции, ремейк не смог повторить культурного влияния оригинала. Сила фильма 1986 года заключалась в его резком контрасте с жёсткой реальностью Советского Союза; к 2010-м годам мир, движимый статусом и странными правилами, казался уже не таким чуждым, что лишило сатиру части её остроты. Тем не менее, оригинальный «Кин-дза-дза!» остаётся шедевром кинематографической научной фантастики и философским ориентиром для многих поколений.