В 1979 году на советские экраны вышел фильм, которому было суждено стать не просто кинематографическим хитом, а настоящим культурным феноменом. «Москва слезам не верит» Владимира Меньшова покорил сердца миллионов, став лидером проката 1980 года с ошеломляющим результатом в 90 миллионов зрителей. Но его триумф не ограничился границами СССР: картина получила премию «Оскар» как лучший фильм на иностранном языке, а президент США Рональд Рейган, по слухам, пересматривал ее несколько раз, чтобы «постичь загадочную русскую душу».
За этой блестящей историей успеха скрывается путь, полный сомнений, отказов, творческих компромиссов и счастливых случайностей. Создание этого народного шедевра было настоящей драмой.
Сценарий, который никто не хотел
Все началось с конкурса сценариев о Москве, объявленного в 1970-х годах. Писатель Валентин Черных, вдохновленный историями своих теток, приехавших покорять столицу из провинции, всего за 19 дней написал повесть «Дважды солгавшая». История о трех подругах, ищущих свое место в жизни, заняла на конкурсе лишь третье место. Казалось, на этом ее путь и закончится. Однако сценарий опубликовали в журнале «Искусство кино», и он попал в руки редакторов «Мосфильма».
Но и здесь его ждала холодная встреча. Именитые режиссеры один за другим отказывались от проекта, считая его слишком мелодраматичным и бытовым. Тогда сценарий предложили молодому режиссеру Владимиру Меньшову, за плечами которого был лишь один успешный фильм — «Розыгрыш».
Меньшов, как и его супруга, актриса Вера Алентова, поначалу отнесся к материалу скептически, назвав его «слезливой мурой». Но один сценарный ход зацепил его воображение — дерзкий скачок во времени на 20 лет, когда главная героиня Катерина, засыпая в слезах, просыпается уже успешной женщиной, матерью взрослой дочери. «В этом что-то было», — вспоминал режиссер. Именно этот прием убедил его взяться за работу.
Мучительный кастинг: поиски идеальных лиц
Меньшов кардинально переработал сценарий, добавив множество жизненных деталей из собственного опыта покорения Москвы. Но самым сложным этапом оказался подбор актеров.
Три подруги:
На главную роль Катерины Меньшов мечтал пригласить звезд — Ирину Купченко или Маргариту Терехову. Обе отказались, сочтя историю неинтересной. После долгих и безуспешных проб десятков актрис, отчаявшийся режиссер, по его собственным словам, «от безысходности» предложил роль своей жене Вере Алентовой. Ей было уже 37, и играть двадцатилетнюю девушку было рискованно, но худсовет, хоть и со скрипом, кандидатуру утвердил.
Роль яркой и напористой Людмилы досталась Ирине Муравьёвой случайно. Меньшов увидел ее в телеспектакле и понял — вот она! Сама Муравьёва, прочитав сценарий, пришла в ужас от своей героини, считая ее «грубой, пошлой и вульгарной». Она согласилась на роль, но после премьеры горько плакала от того, какой увидела себя на экране. Лишь оглушительная зрительская любовь заставила ее изменить мнение.
На роль скромной Антонины претендовали Нина Русланова и Раиса Рязанова. Меньшов выбрал последнюю за ее мягкость и органичность. Сама Рязанова позже признавалась, что мечтала о более характерных ролях Катерины или Людмилы, а не «простушки Тоси».
Главный мужчина — Гоша:
Поиски Гоши были еще драматичнее. Меньшов перепробовал множество актеров, включая Олега Ефремова, Вячеслава Тихонова и Виталия Соломина, и даже рассматривал на эту роль самого себя. Все было не то.
Решение пришло неожиданно, когда режиссер посмотрел фильм «Дорогой мой человек» и увидел в Алексее Баталове идеальное воплощение «рабочего интеллигента». Баталов, прочитав сценарий, категорически отказался, назвав его банальным. Меньшову стоило огромных трудов уговорить актера. На съемках 50-летнего Баталова «омолаживали» с помощью парика и джинсов, а в сцене драки он получил серьезную травму, когда один из каскадеров случайно ударил его в кадык.
За кулисами: рождение деталей
Скромный бюджет в 550 тысяч рублей заставлял съемочную группу проявлять изобретательность.
- Реальная коммуналка: Сцену в квартире Гоши снимали не в павильоне, а в настоящей коммуналке в доме, предназначенном под снос. Отопления не было, и Баталов, одетый в тонкое пальто на голое тело, буквально дрожал от холода. Соседок Гоши сыграли реальные жительницы этого дома.
- Импровизация: Многие культовые сцены рождались прямо на площадке. Например, знаменитый монолог Гоши за столом — чистая импровизация Алексея Баталова, которая идеально легла в образ.
- Вождение Алентовой: Вера Алентова совершенно не умела водить машину. В сценах, где Катерина за рулем, на полу автомобиля прятался ассистент оператора, который нажимал на педали, а актриса лишь крутила руль.
- Мода на белые носки: Обувь 1950-х годов, найденная для съемок, была жесткой и натирала ноги. Костюмер предложила актрисам надеть белые носочки под туфли. Эта вынужденная мера после выхода фильма произвела фурор в США, где американские газеты писали: «Русские ввели моду на белые носки!»
Битва с цензурой
Готовый фильм ждал суровый прием. Цензоры из Госкино сочли его «пошлым» и «чернушным». Картину хотели «положить на полку», но Меньшов отстоял свое творение, хотя и с большими потерями. Из фильма вырезали почти час экранного времени:
- Откровенные сцены, в том числе с героем Олега Табакова.
- Диалоги Гоши и Николая о политике.
- Пессимистичный финал для Гурина. Изначально спившийся хоккеист должен был вернуться на дачу в еще более плачевном состоянии. Чиновники возмутились: «Советский спортсмен, пусть и бывший, не может так опуститься! Сказал, что завязал, — значит, завязал!» Сцену пришлось вырезать.
Спасло картину вмешательство Леонида Брежнева. Увидев фильм на закрытом показе, генсек пришел в восторг, прослезился и дал добро на широкий прокат.
Всемирный триумф
«Москва слезам не верит» стал не просто фильмом, а гимном надежды для миллионов советских женщин. Его успех был ошеломляющим. А в 1981 году пришла новость о номинации на «Оскар». Сам Меньшов узнал о победе из новостной программы «Время» — на церемонию его не пустили, так как из-за анонимного доноса он был «невыездным».
Так, вопреки отказам, цензуре и сомнениям, родилась история, которая оказалась близка и понятна людям по всему миру. История о том, что даже после самых горьких разочарований можно найти в себе силы жить, любить и верить, что «в сорок лет жизнь только начинается».