Оставшиеся дни до отъезда Софья внимательно наблюдала за поведением мужа. Пару раз, пока его не было дома, она решилась залезть в его ноутбук. Пароль подобрать оказалось несложно — Никита, как всегда, отличился «гениальной» простотой, использовав дату своего рождения.
То, что Соня там обнаружила, полностью выбило её из равновесия. На экране — компромат на неё саму. Похоже, Никита однажды тоже порылся в её компьютере или, что ещё хуже, сумел получить доступ к её почте.
С этой почты Соня переписывалась только с одним адресатом — парой ребят, согласившихся помочь ей написать роман. Скользя взглядом по знакомым фразам, она поначалу не понимала, зачем мужу эта информация. И вдруг осенило:
«Похоже, этот негодяй собирается меня уничтожить».
Если эта переписка с вложениями и её правками попадёт на стол Кангеллини или, хуже того, директору издательства, — они просто завалят её исками. Возможно, Никита хранил это «на всякий случай». Но зачем? Она ведь не переходила ему дорогу, не держала его за руку у источника денег.
Логичнее было бы, если бы он тихо выводил деньги — квартиру бы поделили, машины пополам, счета тоже. А вот дом…
«Что, если он хочет именно дом?» — холодеющими пальцами Соня откинулась в кресле. — «Дом, купленный как наше совместное имущество, можно разделить. Но если он предъявит компромат, шантажом заставит меня уступить — тогда дом полностью перейдёт ему».
Мысль была ужасна, но логична.
«Вот же гад…»
Поняв это, Софья действовала быстро. Сначала она уничтожила компромат — но просто стереть переписку было недостаточно. Никита мог всё проверить. Тогда Соня изменила скриншоты в графическом редакторе: при беглом осмотре правки были незаметны, но смысл разговоров менялся радикально. Теперь это выглядело так, что использовать такие данные как улики смог бы только дурак.
Риск оставался — вдруг у Никиты есть копии. Но интуиция подсказывала: нет, он не удосужился их сохранить.
Она удалила переписку со своей почты без возможности восстановления и изменила пароль. А затем нашла то, что окончательно подтвердило её подозрения — в компьютере мужа папку с фотографиями Леры.
Соня чувствовала себя мерзко, копаясь в чужой грязи, но теперь знала главное: ничто больше не угрожало её плану мести.
Когда Никита был дома, Софья мастерски изображала влюблённую жену — нежную, покорную, полную восторга перед грядущей покупкой дома. Никита охотно поддерживал разговоры, был ласков, внимателен и теперь даже по вечерам почти не задерживался вне дома.
«Да, Оскар бы тебе за это не помешал», — усмехнулась про себя Соня, наблюдая за его игрой. — «Такой актёр пропадает… И правда говорят — жизнь лучшая сцена. Ничего, скоро ты получишь свою премию. Очень скоро».
Теперь ей даже было интересно — когда же он заговорит о сделке и как всё это обставит.
Попрощавшись с мужем в аэропорту, Соня покинула родной город. Через пару часов самолёт приземлился на побережье. Заказав такси, она добралась до отеля и, едва коснувшись подушки, сразу уснула.
Встреча с риэлтором и хозяином особняка была назначена на следующий день. Рано утром Софья проснулась от крика чаек и грохота прибоя — на город надвигался шторм.
Зевнув, она потянулась к телефону и набрала номер агентки:
— Анна, доброе утро, — произнесла Соня с лёгкой усмешкой. — Хотела уточнить, приехал ли хозяин особняка?
— Да, Софья, — затрещал в трубке голос риэлтора. — Ближе к вечеру он ждёт нас у дома. Так что всё успеем запланировать.
— Отлично, тогда я подъеду примерно через час.
Неторопливо собравшись, Соня надела шорты и лёгкую тунику, на копну рыжих волос водрузила соломенную шляпу и выпорхнула в коридор.
Туристический сезон только начинался, постояльцев в отеле было немного — приятная тишина казалась подарком. Выйдя на улицу, женщина попыталась вызвать такси, но система упорно не назначала машину.
Раздражённо вздохнув, Софья уже собиралась вернуться в холл, когда заметила у ворот два электровелосипеда. Обычно она избегала подобного транспорта, но сейчас время поджимало, да и вдруг захотелось по-детски прокатиться с ветерком.
Включив велосипед, Соня легко села на седло и поехала по тротуару. Крутить педали оказалось удивительно просто — её окутало чувство лёгкости и почти забвения.
Несколько раз писательница разгонялась до предельной скорости, смеясь так, что ветер заглушал её голос. Резко тормозя, она ловко входила в очередной поворот — давно не чувствовала такой свободы.
Вскоре Софья свернула в частный сектор и остановилась возле покосившегося домика в паре кварталов от того особняка, который они с мужем осматривали неделей ранее. Машина риэлтора уже стояла у ворот.
— А вы, я смотрю, неплохо с велосипедом управляетесь, — улыбнулась Анна.
— Думали, толстушка не справится? — весело отозвалась Соня, ловко спрыгивая с железного коня. — Я и сама от себя не ожидала. Но, поскольку таксисты словно сговорились, пришлось ехать своим ходом. Ну что, давайте взглянем на мои новые владения?
— Софья, если честно, я не совсем понимаю, зачем вам эта развалина, — сказала Анна, оглядывая строение. — Дом старый, много лет пустовал, участок зарос. Только не говорите, что передумали покупать особняк. Хозяин сегодня прилетает — он очень рад, что нашёлся покупатель.
— Анна, как я уже говорила, беспокоиться не о чем. Я решила купить сразу два объекта. Этот, — Соня кивнула на хлипкий домик, — беру сейчас. Хочу убедиться, что он ещё дышит. А за большой дом готова внести задаток сегодня, если договоримся с владельцем. Саму сделку оформим чуть позже — обстоятельства так сложились, что нужно немного времени. Дело не в деньгах, а в личных вопросах.
— Всё равно странно, участки ведь несмежные. Если вы потом захотите расширяться, объединить их не получится. Может, посмотреть ещё варианты?
— Нет-нет, — поспешно замахала руками писательница. — Это именно то, что нужно. Пока ничего рассказать не могу — чтобы не сглазить. Всё объясню, когда будем оформлять тот дом.
— Ладно, дело ваше, — пожала плечами риэлтор. — Может, это для вашей новой книги?
— Может и так, — загадочно улыбнулась Софья.
Чуть позже, уже в агентстве, она подписала договор купли-продажи. Земля стоила немало, но благодаря плачевному состоянию дома удалось прилично сэкономить. Анна даже выбила дополнительную скидку у владельцев — на демонтаж ветхой постройки.
«Дело сделано», — подумала Софья с удовлетворением. — «Теперь можно выдохнуть и немного прогуляться перед встречей. Надеюсь, хозяин особняка согласится подождать пару месяцев».
«Хотя куда ему спешить? Всё равно, кроме меня, покупателей нет», — подумала Соня, усмехнувшись.
Снова оседлав велосипед, она направилась к набережной. Редкие отдыхающие бродили между пляжем и прибрежными кафе, кто-то катался на самокатах, кто-то гулял с собаками. Соня всякий раз останавливалась, чтобы погладить очередного четвероногого милаху.
Она давно мечтала завести пса или хотя бы кота, но Никита страдал сильнейшей аллергией. Теперь этот факт можно было смело проигнорировать — скоро, совсем скоро, Никита исчезнет из её жизни.
Соня ускорила ход, наслаждаясь солёным ветром и звуком прибоя. Небо над морем стремительно темнело — шторм был уже близко.
И вдруг прямо перед колесом выскочила крошечная чихуахуа, звонко оповестившая мир своим возмущённым тявканьем. Соня инстинктивно нажала на тормоза, но не удержала равновесия и перелетела через руль. Локти и колени ободрало в кровь, а шляпу порыв ветра унес к воде.
— Чёрт! — выругалась она, пытаясь подняться и одновременно высматривая виновницу происшествия. — С собакой-то хотя бы всё в порядке?
— Девушка! — услышала она встревоженный мужской голос, а за ним — знакомое тявканье. — Вы живы? Не покалечились?
Чьи-то крепкие руки подхватили её. Соня ощутила жар от чужого прикосновения и сразу смутилась — боль на миг отступила.
— Господи, да у вас кровь! Надо срочно обработать!
Перед ней стоял интеллигентный мужчина в яркой гавайской рубашке.
— Да всё нормально, — попыталась улыбнуться Соня. — Заживёт. Я сейчас вернусь в гостиницу и обработаю. Это… вашу собачку я чуть не сбила?
— С ним всё хорошо, — улыбнулся мужчина. — Его зовут Оззи. Сорвался и ускакал от меня, я даже оглянуться не успел. Проказник.
— Всё же я виноват в этом, — продолжил он. — Давайте хотя бы до аптеки дойдём, купим пластыри.
— Ладно, — уступила Соня. — Только я не знаю, где здесь аптека. Вы местный?
— Не совсем, — тихо ответил он. — Когда-то жил здесь с женой и дочкой, но… супруга погибла четыре года назад, а дочь теперь учится далеко. Приехал по делам.
— Ясно, — кивнула Соня. — Совпадение… Я тоже здесь по делам. У меня вечером важная встреча, а я в таком виде, — с досадой сказала она, глядя на порванное платье.
— Ничего, сейчас вас «починим». Посидите пока тут, на лавке, с Оззи, я быстро.
Мужчина передал Соне поводок и убежал. Чихуахуа недоверчиво рычал, но, увидев грустное лицо женщины, вдруг поскуливал и запрыгал, будто стараясь залечить её раны.
— Ах ты мой маленький доктор, — рассмеялась Софья. — Не волнуйся, я большая тётя, всё заживает.
— Вот, давайте обработаем, — раздался знакомый голос. Мужчина вернулся с аптечным пакетом. — Тут перекись, пластырь и вата.
— Только не говорите, что вы врач, — усмехнулась Соня.
— Нет, что вы, — улыбнулся он, наливая перекись на ватный диск. — Всего лишь адвокат. Надеюсь, вы не подадите на меня в суд после такой «процедуры»?
— Ой, щиплет, — поморщилась она.
— Потерпите. Меня, кстати, Саша зовут. А вас, случайно, не Екатерина?
— Я? — удивилась Соня, потом рассмеялась. Похоже, он узнал псевдоним. — Нет, меня Соней зовут. Хотя некоторые знают меня как Катю-Лесу.
— Так и знал! — воскликнул мужчина. — Узнал по глазам. У вас редкая, запоминающаяся внешность. Я ваш большой поклонник — даже не просто поклонник, а почитатель. Помню ваш первый рассказ в журнале, вы тогда ещё школьницей были.
— Да, — скромно улыбнулась Соня, опуская взгляд.
— Ваш роман «Чердак»… знаете, он помог мне пережить смерть жены, — сказал Саша тише. — Не понимаю, как вам удаётся подбирать слова так, что от них становится легче. Вдохновение, наверное, от жизни.
— А вот «Лесной туман» вам, кажется, не понравился? — догадалась Соня, чуть криво усмехнувшись.
— Если честно, да, он другой. Без… той глубины, что раньше.
Соня густо покраснела.
— Я его не сама писала, — призналась она почти шёпотом. — Была тяжёлая полоса, я не могла работать и попросила помощи у других. До сих пор стыдно. Никто не заметил подмены… вы первый, кто сказал об этом вслух. И знаете — мне приятно, что вы честны.
— Вот как… — задумчиво ответил Саша. — Но теперь ведь вы так не делаете?
— О нет, — усмехнулась Соня. — Теперь сама жизнь подбрасывает мне сюжеты — только успевай записывать.
— Интересно, что же сейчас вас вдохновляет? — мягко спросил он. — Поделитесь? И… если не спешите, может, выпьем кофе? Вон в том кафе, у пирса.
— С удовольствием! — Соня улыбнулась шире, чем собиралась.
Она поймала себя на мысли, что Саша ей сразу понравился. В его взгляде не было гипноза и фальши, как у Никиты. В нём было что-то другое — твёрдое, спокойное, искреннее… и чуть печальное.
заключительная часть