Перевод новой книги Лэсли-Энн Джонс о тайной дочери Фредди Меркьюри "С любовью, Фредди", которая вышла в сентябре этого года, и в которой часть повествования идет от имени этой неподтвержденной дочери - Б.. Иллюстрации добавлены мной. *** скрывают неприличное, а курсивом я заменяю некоторые слова. Здесь пришлось убрать одно предложение полностью, т.к. оно звучало как-то особенно оскорбительно и грязно. Да, в этой главе автор принимается за старое... Но раз обещала, так обещала, выкладываю перевод. Все же не мне должно быть стыдно за эту книгу, а Лэсли-Энн Джонс, которая показывает не Фредди, а свои мысли о нем. Но здесь также есть о чем поразмыслить, чтобы понять, насколько сложно было Мистеру Меркьюри проживать свои последние 4-5 лет жизни в таком обществе...
Глава 13. Нет власти
Не нам судить задним числом, настаивает Б., о поведении в 1980-х годах. Мы также не должны сравнивать его с современными с*** нравами, социальной политикой или обостренной чувствительностью. Ее взгляды перекликаются с тем, что Фредди рассказывал о ВИЧ и СПИДе в своих дневниках, и с его личным опытом борьбы с этой болезнью.
"Никто не имеет права говорить, что Фредди поплатился за свою жизнь", - говорит она. - "И никто не имеет права нападать на него за его с*** ориентацию. Это не было преступлением. Он жил той жизнью, которой хотел, веря, что это может сделать его счастливым. Он был жертвой своего времени, когда болезнь была новой и в значительной степени неопознанной; до взрыва пандемии ВИЧ/СПИДа, когда теории о ней противоречили друг другу, когда ни в чем нельзя было быть уверенным, когда информация была противоречивой, и до появления комплексного лечения. Что не излечило бы его от болезни, но могло бы сохранить ему жизнь. Он был жертвой всего этого, а не своего образа жизни или своей с***ти.
Когда в 1983 году был впервые выявлен вирус иммунодефицита человека (ВИЧ), Фредди был в курсе последних событий. Ранее считалось, что иммунодефицит, связанный с г***, поражает только определенные группы населения. ‘Но, как он объяснил, - говорит Б., - мы больше ничего не знали. Существовало две противоположные теории. Согласно одной, синдром развился после длительного воздействия множества инфекций и вирусов, поэтому длительная беспорядочная половая жизнь считалась чрезвычайно опасной для здоровья. Другая теория была сосредоточена на одном вирусе, предполагая, что даже одного с*** контакта с инфицированным человеком может быть достаточно, чтобы привести к развитию СПИДа. До 1984 года часть г**-сообщества США заявляла следующее: “Нет доказательств, подтверждающих теорию о новом или мутантном вирусе, и спекуляции относительно единственного нового вируса продолжаются только потому, что ходят слухи о том, что небольшой процент г**в, пострадавших от СПИДа, утверждают, что у них было мало с**х партнеров, и потому что любые исследования упорно настаивают на том, что один и тот же вирус вызывает СПИД, который встречается у четырех совершенно разных групп: мужчин-г***в, гаитян, лиц, злоупотребляющих внутривенными веществами., и больные гемофилией”. Они пришли к выводу, что не было никаких доказательств, оправдывающих поиск нового мутантного вируса, и что не было представлено никаких убедительных доказательств в поддержку мнения о том, что новый вирус является причиной СПИДа. Широко распространено мнение, что если вы перестанете вести беспорядочную половую жизнь, то оправитесь от иммуносупрессии. Интернет тогда еще не был широко распространен. Информация была не так легко доступна. Когда Фредди был в Нью-Йорке, он знал, что там происходит. Но он не знал о состоянии эпидемии в Лос-Анджелесе. Во время его пребывания в Мюнхене было зарегистрировано очень мало случаев, так что там он чувствовал себя в относительной безопасности. Но понимание этого заболевания находилось в зачаточном состоянии. Медикам еще многому предстояло научиться. Фредди прекрасно понимал, что шансы на то, что у него этого не будет, были близки к нулю, учитывая рискованный образ жизни, который он вел".
Осенью 1984 года, когда Фредди узнал, что у его бывшей друг Тони Бастин, с которым у него были отношения с конца 1979 по лето 1980 года (а не "двухлетние отношения", о которых так часто пишут), развился СПИД, Фредди понял, что он, должно быть, инфицирован ВИЧ.
"Он подвергал себя бесчисленному риску. У него было много незащищенных контактов со значительным количеством партнеров. ***."
Новость о Бастине привела Фредди в ужас.
"Сначала, - рассказывает Б., - он все отрицал. Он стал вести себя еще более чрезмерно и деструктивно, злоупотребляя алкоголем и веществами и предаваясь *** без обязательств. Это был его этап “делать все вместе со всеми”, о котором он рассказал своему другу, телеведущему Полу Гамбаччини, в лондонском ночном клубе Heaven: в тот вечер Пол сказал, что понял, что Фредди скоро умрет. В марте 1985 года Фредди обнаружил у себя первое новообразование: чуть выше правой подмышки, там, где начинаются волосы. Несколько месяцев спустя на внутренней поверхности его правой руки появилось второе повреждение, более крупное, чем первое". На снимках, сделанных во время культового выступления Queen в Live Aid 13 июля того же года, видно, что он носит украшенный шипами амулет высоко на бицепсе правой руки, чтобы скрыть второе, более крупное повреждение."
(А по-моему там обычный синяк, но я не доктор.)
По ее словам, его ВИЧ-инфекция вступала в активную фазу.
"К тому времени у него появились первые симптомы АРК, комплекса, связанного со СПИДом. Осенью 1985 года он сдался и согласился пройти тест, результат которого оказался отрицательным. К сожалению, он оказался ложноотрицательным. Как такое могло произойти, остается загадкой. Я до сих пор этого не понимаю. В одном я уверена: Фредди этого не скрывал. И он не лгал об этом. Если бы первый тест оказался положительным, как и должно было быть, он отнесся бы к этому так же ответственно, как и в 1987 году, когда он был уверен.
Он бы немедленно сообщил Мэри, Джо Фаннелли и Джиму Хаттону. Поскольку со всеми тремя у него были *** отношения, их тоже нужно было бы проверить. Затем он предпринял бы все необходимые и ответственные меры предосторожности, которые начал принимать с 1987 года."
"Я подозреваю, что причина, по которой он не сделал еще один тест, когда первый результат оказался отрицательным, несмотря на уверенность в том, что он должен быть положительным, заключалась в том, что часть его продолжала надеяться, что он действительно отрицательный. Вопреки всему, он надеялся, что все болезни и инфекции, которыми он заразился, были вызваны чрезмерным потреблением веществ и алкоголя, на протяжении многих лет."
Весной 1986 года Винни Кирхбергер в Мюнхене получил подтверждение своего положительного статуса. Он напрямую сообщил об этом Фредди, одновременно прекратив их отношения. Вскоре Винни впал в безумие, вирус поразил его мозг. Барбара Валентайн рассказала мне (Лесли) , что обнаружила его умирающим от голода в собственной квартире, а его кошка ела свою шерсть, чтобы выжить. "Я отвезла его в больницу и оплатила его медицинские счета", - сказала она. - "Но было уже слишком поздно ему помогать".
По словам его дочери, что по-настоящему дестабилизировало и уничтожило Фредди, так это то, что его самая заветная мечта теперь рухнула.
"Он никогда не смог бы создать свою собственную семью, увидеть, как растут его дети, или обрести безусловную любовь и связь с ними, в которых он так нуждался. Да, у него была я. Но он хотел большего и жить со своей женой и детьми постоянно, а не просто навещать их. В глубине души он был полностью ориентирован на семью. Создать свой собственный маленький клан и жить с ним долго и счастливо было его единственной целью в жизни. В конце концов, Фредди Булсара вновь одержал верх над Фредди Меркьюри. Он, конечно, прекрасно понимал, что не может остановить ход событий. У него не было возможности остановить то, что должно было с ним случиться. И все же, как ни странно, он не желал отказаться от своей мечты о создании семьи."
Его личная трагедия заключалась не столько в том, что его мечте о детях от Мэри пришел конец, сколько в том, что он глубоко не мог примириться с этим. Он все еще верил, что может каким-то образом повлиять на исход ситуации.
В июле 1986 года тридцатипятилетняя Мэри Остин дала интервью журналисту и верному другу Дэвиду Виггу, в ходе которого сказала ему, что хотела бы завести ребенка, пока не стало слишком поздно. Она знала, что, учитывая состояние здоровья Фредди, отцом ее ребенка он не сможет быть. Позже в тот же день, во время интервью, посвященного Фредди, Дэвид спросил его, хочет ли он ребенка. Фредди бойко ответил, что предпочел бы завести еще одного кота.
"Он сказал это, потому что уже знал, что он ВИЧ-положительный, поэтому у него больше никогда не будет биологических детей", - говорит Б. - "То есть он знал, но не официально. Он знал это наверняка, потому что у Тони Бастина развился СПИД в полной мере, и у них были отношения шестью годами ранее. Он знал, что его шансы на отрицательный результат были близки к нулю."
"Дэвид, конечно, понятия не имел, что у Фредди уже есть ребенок, поэтому он никогда не собирался спрашивать его обо мне. Как это часто бывает в интервью для прессы, газета неправильно процитировала и Мэри, и Фредди. Как объяснил Дэвид, они сделали интервью сенсационным, чтобы увеличить продажи. Фредди всегда приводили в бешенство подобные вещи."
Когда дизайнер интерьеров, художник и декоратор Пирс Кэмерон начал работать в Гарден Лодж Мьюз, они с Мэри вскоре заметили друг друга. Мэри и Пирс начали встречаться и стали парой. Фредди одобрил это, и вскоре у них родился первый ребенок.
Но Кэмерон всегда чувствовал себя в тени Фредди, рассказывает Б.. Он покинул Филлимор Гарденс незадолго до рождения их с Мэри второго сына Джейми.
Фредди прекратил свою распущенность, а теперь и прекратил всякую с*** активность в узком кругу своих постоянных партнеров и ограничился безопасными отношениями с Джимом Хаттоном.
"Но вскоре наступило время, когда с*** стал для него последним, о чем он думал, - говорит Б. - “Щекотки”, Джиму было недостаточно, и он продолжал посещать бары и клубы, где знакомился с другими. Бывали времена, когда он не возвращался в Гарден Лодж до рассвета. И не только из-за этого, но и из-за того, что к тому времени Фредди и Мэри тоже почти не оставались ночевать вместе. Фредди ненавидел мысль о том, что Джим где-то гуляет и оставляет совсем одного, чего он не мог вынести. Он проводил большую часть ночей в одиночестве, ожидая возвращения Джима домой. Какое-то время он мирился с ситуацией, но потом ему это надоело."
"Кроме того, он был крайне утомлен прогрессированием болезни. Все, чего он хотел, - это спокойствия, безмятежности и умиротворенности, а также прожить свои дни в комфорте и безопасности в собственном доме. Ему надоела напряженная ситуация с Джимом. После долгих споров о безрассудном и эгоистичном поведении Джима Фредди разорвал отношения. Теперь он проводил все ночи в одиночестве, больше не ожидая, когда кто-нибудь придет домой. Впервые в своей жизни Фредди предпочел одиночество плохой компании."
В 1989 году Фредди сильно похудел, и у него развился полномасштабный СПИД.
"Тем, кто все еще склонен полагать, что он болел СПИДом с 1987 года, не мешало бы вспомнить, что у человека, заболевшего СПИДом в 1983 году, средняя продолжительность жизни составляла всего шестнадцать месяцев", - говорит Б. - "К 1993 году, десять лет спустя, средняя продолжительность жизни увеличилась всего до двадцати двух месяцев. Если бы Фредди находился в таком состоянии с 1987 года, он прожил бы с этой болезнью пятьдесят пять месяцев, что в то время было невозможно с медицинской точки зрения".
АЗТ, зидовудин, был основным средством лечения терминальной стадии заболевания.
"Но это сопровождалось ужасными побочными эффектами, - рассказывает Б., - такими как потеря аппетита, тошнота, рвота, головные боли и бессонница. В то время широко распространенный СПИД сокращал продолжительность жизни до менее чем двух лет. Но ее можно было сократить и до нескольких дней. Любая незначительная инфекция могла привести к летальному исходу. Именно по этой причине, когда у Фредди развился полномасштабный СПИД и количество CD4-клеток достигло критического уровня, врачи сказали, что он может не дожить до Рождества 1989 года. Многие пациенты умерли, потому что больше не могли выносить жесткого лечения. Во многом это было связано с силой воли: они должны были попытаться найти в себе волю к жизни. Большинство из них, включая папу, в конце концов решили прекратить лечение. Они прекрасно понимали, что любая незначительная инфекция может убить их в течение нескольких дней.
ВИЧ также развивал устойчивость к препарату. До 1995 года была доступна только монотерапия (один вид лечения). Клинические испытания тройной терапии (комбинации методов лечения) начались только в 1992 году, через год после смерти Фредди. Так что у него так и не было возможности попробовать что-либо, кроме монотерапии."
Фредди писал, что смерть его не пугала: "...несмотря на то, что он до самых последних месяцев не мог смириться с тем, что у него отнимают жизнь", - говорит Б. - "Он продолжал внимательно следовать учению Заратустры. Иными словами, “существует два мира, физический и Мир Мыслей. Люди живут и движутся в этих двух мирах одновременно. Физический мир эфемерен и уязвим, но духовный мир вечен. Жизнь - это не более чем долгая подготовка к Миру Мыслей, и она продолжается в духовной сфере”."
Фредди, по его словам, знал, что будет продолжать писать и петь песни до тех пор, пока ему позволят его тело и разум. На этот счет у него не было никаких опасений.
Мэри не хотела, чтобы Фредди завещал ей "Гарден Лодж". Она без обиняков сказала ему об этом. Долгое время они были счастливы в Филлимор-Гарденс.
"До самых последних месяцев жизни Фредди, - говорит Б, - Фредди не переставал мечтать о том, чтобы Гарден Лодж стал семейным домом, полным детей и смеха. У Мэри уже был один сын, и вскоре, вскоре после смерти Фредди, она должна была родить второго. Он настаивал на том, что дом должен использоваться по назначению. В конце концов Мэри смирилась с этим."
Гарден Лодж, как она подтвердила, был домом Фредди и Мэри. По мнению большинства поклонников, это никогда не было холостяцким гнездышком. Несмотря на то, что на протяжении всего пребывания Фредди в этом доме жили другие мужчины, все они, включая Джима Хаттона, были его сотрудниками.
"Они действительно были его слугами, - говорит Б. - Именно так он к ним и относился. Когда бы родители Фредди ни приезжали в гости, Мэри всегда была рядом с ним. Питеру и Джиму приходилось уезжать в другое место. И всякий раз, когда Фредди приходил к своим родителям на чай или обед, он почти всегда приходил туда с Мэри."
"Профессиональный мир Фредди был в нескольких световых годах от спокойного существования Боми и Джер. Но когда Фредди навещал своих родителей, он никогда не был Меркьюри. Он был всего лишь Фаррухом, любящим сыном, навещающим своих родителей. Они понимали строгую границу, которую Фредди провел между личной жизнью Фарруха/Фредди Булсары и профессиональной жизнью Фредди Меркьюри. В фильме "Богемская рапсодия" было сказано, что Боми глубоко не одобрял образ жизни своего сына и даже, что он считал образ жизни Фредди смертным грехом. Если бы это было правдой, Боми никогда бы не поехал в Гарден Лодж на семейные обеды или ужины. Он никогда бы не принял Фредди в своем собственном доме в Фелтеме, Мидлсекс. И самое главное, он никогда бы не посетил многочисленные мероприятия в честь Фредди после смерти своего сына. Он никогда не оправдывался тем, что был слишком стар и болен, чтобы пойти, что организаторы и другие участники поняли бы и приняли. Нет, он появлялся, в любую погоду, что бы ни случилось. Он делал это, потому что очень гордился своим сыном."