Начало:
Предыдущая:
Василина, конечно, с ног сшибала своим решительным характером. А Агриппина подумала о том, что той, наверное, непросто приходилось с таким характером; подумала и сама удивилась — откуда у неё вообще такие мысли взялись в голове? Неприятно как-то стало, да и усталость всё больше наваливалась на плечи молодой женщины. Уж слишком быстро события вокруг неё разворачивались, голова не успевала прийти в себя.
Так что, уложила её спать старушка, Агриппина не сопротивлялась — ей нужно было отдохнуть, на свежую голову всяко лучше во всём снова разбираться. Проснулась она с рассветом — баба Василина чем-то недовольно громыхала с утра пораньше, и молодая женщина поднялась, с удовольствием умывшись и приводя себя в порядок.
— Ну, ты хороша спать, конечно, — ворчала Василина, но на Агриппину поглядывала с одобрением, потому как та сидеть сложа руки за столом не стала, а, пусть и не слишком уверенно, но за ухват взялась. Старушка показала ей, как достать горшок с кашей из печи, да указала, где стоит молоко с сыром и маслом. А от ароматного хлеба, что под тряпицей лежал на столе, аж слюнки навернулись! После сытного завтрака Василина наказала натаскать дров к печи, которые были в маленьком сарае за домом:
— Будем готовиться к встрече гостя. Живут здесь те, что жили здесь задолго до дележки земли местной и Домов там всяких, вот у них и поспрашиваем про девчонку, что в угольках живёт. Память у меня уже дырявая, не упомнить всего того, что мне бабка рассказывала. Гость придёт необычный, так что нужно нам как следует подготовиться.
И вот тут Агриппина удивилась, потому как начали они готовить угощения да в таком количестве, словно не один гость придёт, а орава целая! Она не совсем понимала, зачем это всё делается, но с Василиной, разумеется, не спорила. Если это поможет хоть какую-то информацию получить и определиться с тем, что ей дальше придётся делать, то можно и потрудиться! Так что закатала Агриппина рукава да включилась в готовку.
Конечно, много чего она не знала, и чему пришлось учиться на скорую руку, да и в избе бабы Василины стало так душно, что пришлось двери и окна открыть. Никогда Агриппина столько не готовила — к полудню стол буквально ломился от всяческих угощений! Сама молодая женщина чувствовала себя настолько усталой, словно мешки неподъёмные таскала. Никогда она дома столько не готовила, а старушка ничего — бодрячком держится да с ехидцей на Агриппину поглядывает:
— Уж не знаю, откуда ты ко мне пришла, вижу, что руки у тебя работать привыкли, да не совсем в той манере, в которой на земле трудиться порой приходится. Но схватываешь ты быстро, что лучше всего. Вот думаю: на кой тебя девчонка сюда притащила? В волосах у тебя рыжинки — кот наплакал, что говорит о том, что силёнок у тебя совсем немножко, — рассуждала задумчиво Василина, а вот Агриппина слушала её очень внимательно.
— А разве сила от цвета волос зависит? — поинтересовалась она.
— Ну, а как же ты думаешь? В Домах очень сильные ведьмы и колдуны собрались они как-то да разделились, чтобы каждый на своей земле царствовал. И чтобы можно было сохранить то, что в роду у них передаётся — дары да знания. Некоторые Дома очень закрыто живут, не желают делиться, оберегают свои знания, иные, наоборот, — шибко щедрые. А вот Дом Огня извести много кто хотел — больно они богатые были, гордые, чтили законы гласные и негласные. Говаривали, что имеют связь они с аспидами, а те ещё любители всего блестященького, да вот только на диво прожорливые. Вот одного такого в гости мы сегодня и ждём, для него столько еды и наготовили, — вот вроде начала Василина по делу отвечать, а потом увела разговор куда-то в сторону, и Агриппина обратила внимание на пучок седых волос, что были прямо на макушке у старушки.
Невзирая на седину, были они густые и длинные, судя по тому, как они лихо закручены были.
— Бабушка, так что с волосами? — попробовала Агриппина вернуть старушку к интересующему её вопросу.
— А, ну так чем у девицы волосы длиннее, тем сильнее она. С колдунами там совсем по-другому работает. И у ведьм, что в Домах живут, цвет волос соответствует стихии дома. Так что в Доме Огня все были огненно-рыжие, сама понимаешь, почему. С одной стороны, весьма удобно — коль встречаешься с ведьмой какой, сразу понимаешь, из какого она дома, и чего от неё ожидать, иль от колдуна какого. У обычного люда-то волосы обычные, а у этих волшебство в прядях отпечатывается.
— А если ведьма или колдун ни к какому дому не относится?
— Ну, тогда волос ы у неё или у него показывают, чем она он занимается на самом деле.
— Как интересно звучит, — ответила Агриппина, а сама к своим волосам потянулась. Да, были у неё медно-рыжие прядки, совсем мало, да и не отличались они от остальных, только на солнце словно светиться начинали.
— Ну и минус в том, что такую гриву не скроешь особо, — продолжила баба Василина, после чего прислушалась и зашуршала, накрывая одну из лавок большим расшитым полотенцем:
— Явился наш гость. Ты вот что — платок свой повяжи, ничего не говори, а внимательно слушай, что он будет говорить. Аспиды — змеиное племя, хитрые шибко, а этот и вовсе рад, что отобедать его пригласили. Планирует живот набить да уползти в свою нору с золотишком, — Василина хихикнула, и Агриппина поспешила сделать то, о чём её старушка попросила.
А вскоре в открытую дверь вошёл и гость, и молодая женщина даже лёгкий укол разочарования почувствовала — это был обычный мужик в немного заношенном кафтане, с кудрявыми тёмными волосами и окладистой бородой, которую он поглаживал. Разве что глаза у него сверкали, словно два зелёных камня, особенно в более тёмном помещении избы. На Агриппину он поглядел вскользь — та делала вид, что отмывает горшок в другом конце, у самой печи, и с гостьем только поздоровалась.
Мужик сразу за стол плюхнулся, даже рук не сполоснув, но Василина только шире улыбнулась, поднося ему первую кружку с медовухой, чтобы аппетит у гостя получше был:
— Давненько ты ко мне, милок, в гости не заглядывал. Неужто хлопот в твоём доме так много? А ведь раньше заглядывал, чтобы настоечки разные распробовать.
— Да, дел у меня хватает! — важно проговорил мужчина, потянувшись к первому пирожку. — Уж не представляешь ты, как мне разрываться порой приходится! Дворовые всё норовят разбежаться, другие аспиды на мои земли заглядываются, всё норовят кусочек с рудниками себе отхватить! Иль залежи какие почуют, так и ползут со всей округи, я только отмахиваться и успеваю! И от сынков моих никакой помощи нет — ровно такие же!
Начал ныть и жаловаться аспид, не забывая в рот еду заталкивать, и как только умудрялся он одновременно говорить и жевать? Вообще, кроме нытья от него ничего не слышалось больше, и Агриппина поражалась — это как так можно жить, что только и ныть приходится? Слушать ей всё это было неприятно, но она помалкивала, разумеется, и очень усердно отскребала горшок, который, кажется, ни разу в жизни не мыли. Василина же сохраняла полное спокойствие, и когда дорогой гость сожрал половину угощений со стола, задала вопрос:
— Ох, милок, тяжко, конечно. А я, слушай, намедни пошла свою племяшку встречать, а то малость заплутала она, — старушка кивнула в сторону Агриппины. — Она сначала братца моего — отца своего — навестила, а потом решила уж и ко мне доехать. А то, сам понимаешь, я ведь тут совсем одна, помощи никакой. Ну так вот, шла я у старого пня, ну, помнишь, что молнией три года назад разбило? И увидела там девчонку рыжую, представляешь?
Тут мужик аж поперхнулся куском пирога и вытаращился на старушку, которая продолжала что-то про лес рассказывать.
— Погоди, Василина… девчонку рыжую видала? А чего она делала там? У нас ведь тут дебри непролазные?
— Девчонка-то? Да не знаю, я когда обошла какой-то куст, хотела к ней подойти, да она исчезла куда-то. Наверное, с родителями неподалёку была, пританцовывала ещё так забавно, — Василина притворно вздохнула. А вот аспид в лице поменялся, побледнел, на лбу испарина образовалась — явно он был не рад слышать то, что рассказала ему старушка, и аппетит свой мигом потерял.
— Ох, благодарю за угощение, да вот только вспомнил я, что есть дело у меня одно неотложное! — аспид с такой скоростью унёсся, что Агриппина рот открыла. А вот Василина только довольно головой покивала, начав прибирать со стола:
— Вот и зашуршит сейчас всё в лесной подстилке. Можа, и до нас что-то доползёт, так что ведём себя тихо, да на ус мотаем. Мне уже самой интересно стало, чего это тебя сюда притащило, с какой целью? Неужто тайны какие-то припрятали?
Агриппина, проводив удивлённым взглядом убежавшего аспида, внимательно выслушала старушку, после чего спросила, помогая ей со стола убираться:
— А как Дом этот погиб? Что с ним случилось?
Продолжение:
