Оказалось, что направление из города в деревню Раздолье было довольно популярным.
Автобусы ходили каждые два часа, поэтому до места Руслан добрался без труда.
Когда он с Бимом вышел на маленькой остановке с вывеской «Раздолье», его поразила тишина.
Всего пятнадцать минут пути от города — и словно другой мир.
Ни шума улиц, ни гудков машин, ни навязчивой музыки из кафе.
Тишина жила своей жизнью, лишь изредка нарушаемая шелестом листвы и птичьим щебетом.
От остановки вела узкая тропинка к лесу.
Руслан, положившись на интуицию, пошёл по ней и не ошибся.
Через пару минут взору открылась картина, от которой у любого горожанина перехватило бы дыхание.
На пригорке, огибаемом быстрой речкой, расстилалась большая деревня — Раздолье, утопающая в зелени, будто сошедшая со страниц журнала «Вокруг света».
— Красота какая, Бим! Гляди! — воскликнул Руслан.
Он спустил собаку с поводка, и Бим словно только этого и ждал.
С радостным лаем он рванул через луг, хлопая ушами и скачущими движениями пытаясь поймать и пчелу, и бабочку сразу.
— Фу! — не успел крикнуть Руслан, как раздался жалобный визг.
Бим победил — но пчела успела его ужалить.
Пёс шёл обратно, жалобно скуля и потирая лапой морду.
— Эх ты, охотник несчастный, — мягко сказал Руслан. — Дай посмотрю.
Нос Бима на глазах опухал, язык безвольно свисал — дышать ему становилось всё труднее.
И в этот момент сзади послышался звук мотора, потом хлопнула дверца и женский голос спросил:
— Помощь нужна?
Руслан обернулся и увидел молодую женщину в ситцевом сарафане и косынке.
Она уверенно подошла и присела рядом с собакой.
— Покажите, что там у него… Как зовут?
— Бим. Пчела ужалила. Осторожно, он большой, может испугаться.
— Ничего, — улыбнулась девушка. — Кто у нас тут хороший мальчик? Бим, не бойся… Сейчас тётя достанет жало, и всё пройдёт. Потерпи, умница.
Руслан только глаза округлил — она легко взяла здоровенного пса за морду, вытащила жало и аккуратно обработала место.
— Готово.
— Ах, как же ловко у вас получилось! — удивился Руслан. — Я сам ему когти подстричь не могу — целая трагедия.
— Я ветеринар, — просто сказала девушка. — Люблю животных, и они меня чувствуют.
У Бима сильная аллергия, нужно таблетку. Садитесь в машину, отвезу вас до ветстанции.
— Благодарю. Меня Руслан зовут, — представился он.
— Шутишь, что ли? — рассмеялась девушка. — Вот как Пушкин?
— Нет, правда. Могу паспорт показать, — пошутил он в ответ.
— А я — Людмила. Очень приятно.
Им двоим почему-то стало легко и весело, будто они знали друг друга давным-давно.
— Так вы надолго к нам? — спросила Людмила, садясь за руль старенькой машины.
— Думаю, да. Как пойдёт. Мне в наследство достался дом от Валентина Осиповича. Может, знаете?
— Конечно, — кивнула Людмила. — Кто ж его не знал! Замечательный человек. Лучший агроном в области. Он и мне помог стать ветеринаром, направил, можно сказать, по жизни.
А вы ему кто?
Руслан замялся, потом ответил:
— Просто... другу, наверное. Для меня он был как дед. Я ведь из детдома.
В глазах Людмилы мелькнула теплота.
— Как жаль... Значит, сам по себе. А своя семья есть?
— Развожусь, — просто сказал Руслан. — Бим — вот и есть моя семья.
— Вот как... — тихо ответила она. — Значит, настоящая мужская команда.
Остаток дороги они провели молча, но молчание было каким-то уютным.
В ветлечебнице Биму дали лекарства, и через полчаса он снова был бодрым и весёлым.
Людмила вызвалась проводить новых знакомых до их дома, прихватив с собой косу.
— А коса зачем? — удивился Руслан.
— Пригодится, — улыбнулась она.
***
Дом оказался большим и добротным, окружённым яблоневым садом и огородом.
Три года запустения дали о себе знать — повсюду росла полынь, трава стояла по колено.
Руслан растерянно осмотрел участок.
— Ума не приложу, с чего начать.
Людмила, смеясь, взмахнула литовкой.
— Сначала — с малого. Вот так... держите косу вот так, а не как саблю.
Она показала, как правильно делать плавные движения.
Руслан попробовал сам — и, к своему удовольствию, получилось.
— Вот видите, — улыбнулась Людмила. — Уже почти житель Раздолья.
Бим радостно бегал вокруг них, а над деревней звенело лето, свежее и новое — как начало другой жизни.
Дальше Руслан косил сам — и, к своему удивлению, ему это нравилось.
Когда через густые заросли были наконец пробиты подступы к дому, он поднялся на крыльцо и открыл ключом массивный амбарный замок.
Дверь с тихим скрипом поддалась, и лицо обдало запахом старого дерева, сухих трав и пыли — запахом настоящего деревенского дома.
Даже Бим притих, обнюхивая всё вокруг. Он то входил, то выходил, осторожно разгуливая по новому владению.
В доме оказалось три комнаты и крошечная кухня.
Возле русской печи стоял ухват, на деревянной полке рядами — чугунки и глиняные горшки.
На кухонной тумбе стояла новенькая газовая плитка с баллоном, которой, судя по всему, пользовались редко: Валентин Осипович явно предпочитал печь.
В углу висел ручной умывальник, куда нужно было наливать воду из колодца.
Под раковиной, завешанной вышитой занавеской, пряталось ведро, куда стекала вода.
— Тяжело, должно быть, было старому человеку без удобств, — тихо сказал Руслан. — Ничего, это поправимо.
Он взял ведра, стоявшие у стены, и пошёл к колодцу неподалёку.
Вскоре в доме уже шумел электрический самовар, а на плите закипали сосиски.
Бим лежал на круглом вязаном коврике и преданно ждал свою порцию.
Руслан открыл большую банку каши с мясом и вывалил всю в эмалированную миску.
— Придётся привыкать к натуральной пище, дружище. В здешнем райпо кормов для собак не найти, — усмехнулся он.
Бим спорить не стал — с восторгом накинулся на еду, весело чавкая.
Руслан тоже присел за стол.
Чай из самовара на колодезной воде показался самым вкусным в жизни, а сосиски с солёными огурцами — просто деликатесом.
Неожиданно в дверь тихо постучали, и в комнату вошла Людмила — с корзиной в руках.
От неожиданности Руслан чуть не поперхнулся.
— Ой, извини, — улыбнулась она. — Я стучала, ты, видимо, не услышал.
— Напугала, — признался Руслан. — Мы, городские, всего боимся.
— А у нас в деревне двери не запирают, — рассмеялась Людмила. — Люди живут просто, им скрывать нечего.
Она поставила корзинку на стол и начала доставать угощения:
кастрюльку горячего борща, картошку с мясом, бутылку парного молока, каравай, домашнюю колбасу, пирог — и, конечно, большую косточку для Бима.
Пёс был вне себя от счастья, обегал Людмилу кругами, радостно лая и виляя хвостом.
— Как-то неудобно, — смущённо сказал Руслан. — Сколько я вам должен?
— Ты что, с ума сошёл? Ничего! Это мои соседи передали. Все любопытствуют, кто ты по профессии. Нам тут народу не хватает. К тебе даже председатель хотел зайти, я его отговорила — у тебя, вижу, забот полон дом.
Кстати, где у тебя ведро и тряпка? — спросила она, озорно прищурившись.
— Э-э… не знаю, — растерялся Руслан.
— Сиди, ешь, сама найду, — махнула рукой Людмила.
Руслан налил борща, добавил сметаны, отломил кусок каравая — и почувствовал, как по телу разливается тепло.
Точно такой же борщ варила мама…
Постепенно разговор завязался сам собой.
Людмила рассказала, что живёт с матерью и работает здесь ветеринаром — единственным на всю округу.
Услышав, что Руслан — хирург и сейчас ищет работу, она оживилась:
— Так иди в нашу районную больницу! От Раздолья всего пять километров, а наш хирург недавно в город перебрался. Его место как раз свободно.
Руслан улыбнулся — такой неожиданной удачи он не ожидал.
— Завтра же схожу туда.
— Зачем идти? — возразила Людмила. — Я сама отвезу. Всё равно в райцентр за лекарствами еду.
— А как я потом добираться на работу через лес? — задумался Руслан.
— Вот чудик! У нас же автобусы каждый час ходят — школьников возят, пенсионеров, да и всем в магазин надо.
Руслан с облегчением выдохнул.
Он-то думал, что окажется затерянным среди стариков и огородов, а оказалось — жизнь здесь кипит.
— Потому и называется Раздолье, — подмигнула Людмила.
Потом они вместе принялись за уборку.
Бима выпустили во двор, и тот с воодушевлением носился по лужайке, разгоняя бабочек.
Вечером затопили печь, поставили вариться молочную кашу.
Вкуснее Руслан ничего не ел — ел прямо из чугунка деревянной ложкой.
— Ну, мне пора, — сказала Людмила, вытирая руки. — В огороде дел полно, да и мама волнуется, телефон дома оставила.
— Тогда дай номер, — ответил Руслан.
— Завтра запишешь, — засмеялась она. — Завтра же и баню научу топить. Сам не суйся — угоришь, ещё чего доброго.
Руслан хотел её проводить, но, заметив, как он устал, Людмила лишь махнула:
— Ложись спать, доктор. Завтра будет новый день.
Он и не спорил — валился с ног.
Ночью за окном шелестели листья яблонь, колыхались ажурные занавески, а Бим мирно посапывал у печи.
Руслан долго не мог уснуть — сердце переполняло чувство покоя и тихой радости.
***
Утром за ним заехала Людмила.
Бим остался на хозяйстве.
— Жди, — сказал псу хозяин.
И Бим, послушно сев возле веранды, даже не дёрнулся, когда машина тронулась.
— Вот это дисциплина! — восхитилась Людмила. — Золотой характер.
Руслан улыбнулся.
Дорога вилась между елей и берёз, и вдруг на обочине показался мужчина лет пятидесяти пяти.
Лицо его было покрыто старыми шрамами, будто надетой грубой маской.
— Дядя Ваня, подвезти? — крикнула Людмила.
— Спасибо, добрая душа, сам дойду. Мне в сторожку. На обратном пути чайку с сахаром закинь — мои запасы кончаются.
— Хорошо, заедем, — пообещала она. — А это вот новый хирург, в больницу его везу.
— Хирург? — одобрительно кивнул дядя Ваня. — Это хорошо. Как звать-то?
Улыбка исказила его лицо ещё сильнее — казалось, растянулась по неподвижным шрамам.
Руслан неловко сглотнул и едва заметно кивнул.
— Ладно, езжайте, — сказал лесник и отвернулся, продолжив путь.
Несколько минут в машине стояла тишина.
— Кто он и что с лицом? — наконец спросил Руслан.
Людмила вздрогнула.
— Страшно, да? Я в детстве его до жути боялась. Им даже детей пугали — мол, придёт Ваня-Леший и заберёт в лес.
А вообще он человек добрый, работает лесничим, каждый уголок здесь знает.
Живёт в лесу один, уже, наверное, лет тридцать.
Откуда — никто не знает. Говорят, было у него большое горе, да только никто не спрашивает.
— Жаль его, — тихо сказал Руслан. — А я, как мальчишка, испугался. Стыдно.
— Ничего, — улыбнулась Людмила. — По первости все его пугаются.
Звери — вот кто единственные не боятся. Им ведь всё равно, как человек выглядит. Главное — чтобы добрый был.
продолжение