Предыдущая часть:
Антон вздохнул, признавая про себя, что в её словах слишком много истины, и это оправдывало его действия. По его мнению, Наташа сама подтолкнула к измене, став болезненной и уставшей женщиной, которая больше не привлекала. Именно поэтому он отправился искать счастье и веселье на стороне, чтобы почувствовать себя живым. Они познакомились в баре, куда Антон пришёл, чтобы отвлечься от домашних проблем и расслабиться после тяжёлого дня. А на следующее утро они проснулись в одной постели в квартире Светланы, и с тех пор продолжали встречаться, находя в этом отдушину. Для него любовница была глотком свежего воздуха после душной атмосферы с женой, где всё крутилось вокруг болезни. Она поддерживала все его стремления, подталкивала купить машину как можно скорее, чтобы начать новую жизнь. И Светлане было прекрасно известно, в каком состоянии жена, но она не испытывала к сопернице ни капли жалости – напротив, девушка часто представляла, как Наташа покидает этот мир, и Антон становится полностью её, без оглядки на прошлое.
– Ты не должен медлить с этим, иначе упустишь момент, – жёстко проговорила любовница, положив руку ему на колено и слегка сжав. – Если не купишь машину сейчас, пока деньги есть, потом они просто закончатся на всякую ерунду, и ты уже не исполнишь свою мечту, о которой столько говорил. Ты вообще замечал, как скачут цены в последнее время, всё дорожает на глазах?
Светлана имела на него какое-то магическое воздействие, которое он не мог объяснить. Вот и сейчас он её слушал и кивал, отмечая про себя, что любовница во всём права, и её аргументы звучат убедительно.
Тишина в доме была гнетущей, но Антона она уже не тревожила так, как раньше – его больше раздражал хриплый, прерывистый звук дыхания жены, доносившийся из спальни и напоминающий о проблемах.
– Опять эти таблетки, опять кашель, опять запах лекарств и этой бесконечной слабости, – думал он, чувствуя отвращение.
Антон ещё больше укрепился в мысли, что нужна сиделка, чтобы снять с себя эту ношу. Однако делал это больше не из заботы или жалости, а из страха, что жена умрёт по его вине от халатности, и тогда возникнут неудобные вопросы от родных или властей. Нет, точно нужен человек, который возьмёт на себя всю рутину по уходу, а ему даст свободу и время для своих планов. Но оставлять жену с чужим человеком он тоже не собирался без контроля, поэтому купил камеру наблюдения, чтобы всё видеть. И на следующий день, пока Наташа дремала под действием сильных обезболивающих, Антон быстро установил миниатюрное устройство в подходящем месте. Он проверял изображение на своём ноутбуке, и картинка получалась чёткой, без помех. Наташа, маленькая и беспомощная под одеялом, была как на ладони, каждое движение видно. Ни звука, ни движения не ускользнёт от его взгляда. Удовольствие, которое он почувствовал, было острым, почти сладким, потому что теперь он защищён от неожиданностей. Теперь он видит всё и может контролировать ситуацию.
Антон подошёл к кровати, где жена слабо зашевелилась, и веки её дрогнули, но она не проснулась полностью. Занявшись поисками сиделки через объявления, он понял, что это дорогое удовольствие, требующее солидных трат. А тратить слишком много он не хотел, ведь сейчас все деньги должны пойти исключительно на машину, о которой он мечтал давно. В один из дней Антон заметил беспризорника у подъезда своего офиса – мальчишка стирал грязную надпись с чьей-то машины, явно стараясь заработать копейку на еду. Идея созрела мгновенно, показавшись идеальной.
– Бесплатная сиделка, которая не потребует больших расходов – это же как раз то, что нужно в моей ситуации, – пронеслось у него в голове, и на лице отразилась коварная ухмылка, от которой он сам почувствовал прилив уверенности.
Он подошёл в дорогом элегантном пальто, резко контрастируя с грязной стеной лачуги, в которой жил мальчик, и окружающей нищетой.
– Привет, парень! – голос Антона звучал неестественно мягко, будто он репетировал эту роль заранее, чтобы не спугнуть.
Мальчик вздрогнул, инстинктивно съёжившись, готовый к пинку или крику, как привык на улице.
– Тебя Коля зовут? Я видел, как ты помогал мыть машину, старался изо всех сил. Ответственный парень, сразу видно, – похвалил его Антон, пытаясь расположить.
Мальчик неуверенно кивнул, не поднимая глаз.
– Послушай, у меня большая беда дома, – Антон присел на корточки, стараясь быть на уровне его глаз, чтобы создать доверие. – Жена моя очень добрая женщина, но тяжело больна сейчас, лежит одна, пока я на работе целый день. И мне нужен помощник, надёжный, вот такой, как ты, чтобы присмотреть иногда. А я бы мог платить за это, – продолжал Антон, выдержав паузу, чтобы слова дошли. – Но я подумал, может, будет лучше для всех, – он сделал паузу для эффекта, наблюдая за реакцией. – У тебя ведь нет нормального дома, а у нас большая квартира, но пустая, места хватит. И Наташа всегда мечтала о сыне, чтобы заботиться о ком-то.
Сердце Коли колотилось, как птица в клетке, от неожиданности. Дом, сын – мальчик даже задержал дыхание, потому что так давно не слышал этих слов, которые казались из другого мира.
– Если ты будешь помогать мне заботиться о ней, присматривать, когда меня нет, да и просто быть рядом, чтобы ей не было одиноко, – Антон положил руку на его худенькое плечо, слегка сжав для убедительности, – то ты мог бы остаться с нами насовсем, не на улице. Сначала пожить, посмотреть, как пойдёт, а потом мы могли бы оформить документы официально. И ты бы стал частью нашей семьи, нашим сыном по-настоящему. Поверь, Наташа будет прекрасной мамой, она добрая и заботливая.
Слово "мама" обожгло внутри, вызвав воспоминания. Коля видел смутные образы из раннего детства – тёплые руки, колыбельную песню, до того момента, как его родители погибли в автокатастрофе, оставив одного. Жизнь в детском доме с его строгими правилами и ограничениями свободолюбивый мальчик не выдержал, сбежав оттуда. Там он был особо никому не нужен, так что его как будто и не искали, забыв быстро. Слёзы подступили к глазам, но Коля сглотнул, стиснув зубы, не желая показывать слабость.
– Правда, всё так и будет? – выдохнул мальчик, и голос его сорвался на шёпоте от волнения.
– Честное слово, не обманываю, – поднял руку Антон, как клятву. – Но есть одно очень важное условие, без которого ничего не выйдет. Прямо вот очень серьёзное.
Антон наклонился ближе и понизил голос до доверительного шёпота, хотя вокруг не было никого, кто мог услышать.
– Наташа очень гордая и стесняется того, что нуждается в помощи от кого-то, ей это тяжело даётся. Если она узнает, что ты ей помогаешь, потому что мы так договорились заранее, ей будет очень стыдно, и она может отказаться от всего. Понимаешь, о чём я? Она может сказать, что не нужно, и тогда наш план по помощи рухнет полностью, – объяснил Антон, следя за реакцией мальчика.
Коля кивнул, широко раскрыв глаза – он всё понимал, и это казалось логичным.
– Поэтому нужно делать всё просто так, как будто по своей воле, без лишних слов. Справляешься с таким? – спросил Антон, чтобы закрепить.
– Справлюсь, обещаю, – прошептал Коля, чувствуя, как груз ответственности и тайны ложится на его хрупкие детские плечи, но это не пугало, а давало надежду.
– Молодец, сразу видно, что на тебя можно положиться, – похлопал его по плечу Антон, довольный своей работой и тем, как всё складывается. – Ну, едем домой, не будем тянуть.
Дорога в машине казалась Коле настоящим путешествием в новый мир. Он смотрел на улицы, на огни фонарей, отражённые в мокром асфальте после дождя, и боялся пошевелиться, чтобы не испачкать красивую кожаную обивку грязью с одежды. Антон молчал, лишь изредка бросая короткие фразы о погоде или дороге, чтобы заполнить паузы. Квартира поразила мальчишку своим размером и уютом, ведь он привык к маленькой комнатушке – грязной, холодной, где постоянно простывал от сквозняков и сырости. Антон подвёл его к двери спальни, и запах лекарств с слабостью снова ударил в нос, но теперь это казалось частью новой жизни.
– Наташ, я привёл к тебе гостя, чтобы не было скучно одной, – голос мужа снова стал мягким и заботливым, как будто ничего не изменилось.
– Познакомься, это Коля. Он хочет немного помочь по дому, пока меня нет, просто так, из доброты.
Наташа лежала на подушках, как иссохший лист в осеннем саду. Глаза её, глубоко запавшие от болезни, но всё ещё невероятно живые, медленно перевели взгляд с мужа на маленького гостя, и в них мелькнуло удивление.
Коля замер под этим взглядом, не зная, что сказать.
– Здравствуй, проходи, не стесняйся, – голос её был тихим, как шелест бумаги, но теплым. – Спасибо тебе, что зашёл, мне правда нужна компания.
Антон стоял чуть позади, наблюдая за сценой. Его взгляд скользнул вверх к едва заметному утолщению на потолке – глазку камеры, который теперь обеспечивал контроль. Всё под контролем, никто не ускользнёт.
– Я на кухню схожу, чайник поставлю, может, попьём вместе, – сказал он, уже отстраняясь от них. – Коль, а ты тут осмотрись, освойся потихоньку, подай водички, если попросят, или просто посиди.
Он подчеркнул последние слова, бросив мальчику многозначительный взгляд, чтобы напомнить о договорённости. Коля кивнул, сжимая кулаки в карманах рваных штанов от нервов. Дверь закрылась за Антоном. Они остались вдвоём – умирающая женщина и мальчик, который принёс в её комнату запах улицы и груз чужой корыстной лжи, но сам об этом не догадывался. Коля неуверенно шагнул вперёд, оглядываясь. Глаза его метнулись к графину с водой на тумбочке, и он решил начать с этого.
– Вам налить стакан? Может, пить хотите? – спросил он, стараясь говорить громко и чётко, чтобы не показаться робким.
– Спасибо, пока не хочется, но если передумаю, скажу, – прошептала она, слабо улыбнувшись. – Подойди поближе, не бойся, я не кусаюсь.
Коля осторожно приблизился, ступая тихо. Наташа медленно, с усилием подняла свою исхудавшую руку и дотронулась до его пальцев, сжатых в кулак от напряжения. Прикосновение было лёгким, как дуновение ветерка, но невероятно тёплым, передающим заботу.
– Я рада, что ты здесь появился, мне правда легче, когда не одна, – сказала она тихо, но искренне.
Коля вздрогнул от этих слов. Никто никогда не говорил ему ничего подобного, и это тронуло до глубины души. В его глазах, таких же огромных и потерянных, как у неё, внезапно блеснули предательские слёзы, которые он не смог сдержать. Он отчаянно моргнул, глядя в сторону, туда, где на стене висела безобидная картина в рамке, чтобы не показать слабость. Он не знал о камере, спрятанной там, но чувствовал на себе невидимый и тяжёлый взгляд, как будто кто-то следит. Его новая семья начиналась с тайны и обмана, которые он пока не осознавал. Дом оказался не раем, как мечталось, а новой и ещё более сложной ловушкой, полной подводных камней. Но ребёнок об этом пока не знал, надеясь на лучшее.
За три недели, проведённые в доме, Коля смог многое понять и увидеть по-новому. Антон, его будущий папа, оказался не таким добрым и заботливым, каким показался в первый день на улице. Он совсем не любил Наташу, не пытался её спасти по-настоящему, ограничиваясь минимумом. Его помощь сводилась к грохоту захлопывающейся входной двери по утрам и последующему появлению вечером с пакетом из аптеки, который он ставил на стол с видом, будто сделал великое дело. Ну что он приносил на самом деле? Коля видел эти покупки: яркие коробочки с витаминами, бутылочки с цветными этикетками, что-то вроде капель для носа, а ещё сироп от кашля, который Наташа пила регулярно, но без видимого эффекта, кашель только усиливался. Антон ставил их на тумбочку возле кровати с видом великого добытчика, будто это решит все проблемы. Наташа же слабо улыбалась, благодарила тихим голосом, пробовала принимать, но кашель не уходил, слабость не отпускала, и она становилась всё бледнее. Тревога в Коле выросла, как снежный ком, не давая покоя ни днём, ни ночью.
Он ловил обрывки их разговоров, когда Антон бывал дома. Наташа шептала о боли, которая не проходила, о том, что нужно снова вызвать врача или самим поехать в больницу, чтобы провериться как следует. А Антон отмахивался, говорил, что всё это ерунда, организм справится сам со временем, а от врачей никакого толка, ибо они только и могут, что антибиотиками пичкать без разбора, делая хуже. Его уверенность казалась Коле фальшивой, наигранной, потому что он видел, как женщина сжимает зубы от боли, как ей тяжело дышать даже лёжа. Витамины, сиропы – разве этого достаточно для серьёзной болезни, когда человек угасает на глазах?
– Вам очень больно сейчас, я вижу по лицу. Может, чем-то помочь, принести что-то? – переживал Коля, который здорово успел привязаться к своей будущей маме и не мог смотреть спокойно.
– Нет, мой хороший, не нужно, потерплю, – врала она, чтобы ещё больше не пугать ребёнка, хотя внутри всё ныло. – Просто посиди со мной рядом, поговорим о чём-нибудь, это будет лучше всего, отвлечёт.
Ей нравилась компания этого мальчика, в нём было столько жизни и искренности, что и ей на душе становилось легче, появлялась надежда.
– Как бы я хотела такого сына, как ты, – мысленно говорила она сама себе, глядя на него с теплотой.
Сомнения грызли Колю изнутри, не давая уснуть по ночам. И этим утром, когда Антон снова ушёл по важным делам, не сказав толком куда, мальчик решился на шаг. Он подошёл к тумбочке тихо. Рука дрожала, когда он взял последнюю упаковку, которую принёс Антон накануне. Она была пуста, но внутри находился скомканный рецепт, забытый там. Коля разгладил бумагу на столе. Там были непонятные ему слова, латинские названия, печать врача и подпись внизу. Всё это выглядело серьёзно, официально, не как те витамины. Идея возникла моментально, как вспышка. Он сунул рецепт в карман куртки, натянул шапку потуже и, бросив последний взгляд на дверь спальни, где Наташа снова закашлялась, тихонько вышел из квартиры, стараясь не шуметь.
Аптека встретила знакомым запахом – смесью трав, спирта и чего-то стерильно чистого, что всегда успокаивало. Народу было немного, очередь короткая. Коля подошёл к стойке, где за кассой сидела знакомая фармацевт тётя Люда. Женщина с добрыми, усталыми глазами и тихим голосом, которая иногда угощала его леденцами от кашля, когда он заходил.
– Привет, Коль, давно не видела, – улыбнулась она, отрываясь от бумаг. – Ты к нам сегодня зачем пришёл, что-то нужно?
Коля чувствовал, как комок подкатывает к горлу от волнения. Он вытащил из кармана скомканный рецепт и протянул его через стойку. Рука его заметно дрожала, но он старался держаться.
– Здравствуйте, тёть Люд. Это для одной хорошей тёти, которая болеет сильно. Ей покупали лекарство по этому рецепту раньше, но ей становится всё хуже, ничего не помогает. Я не знаю, может, он купил что-то не то в прошлый раз. Вот рецепт, посмотрите. Что здесь написано вообще? Какое лекарство точно? Оно поможет Наташе поправиться, – затараторил мальчуган, стараясь объяснить.
Продолжение: