Гигантский ангар военной базы «Дедал» гудел, как улей. В сиянии ярких прожекторов десятки инженеров и дроидов сновали вокруг кораблей, готовя их к новым вылазкам. Где-то шипели сварочные аппараты, заваривая свежие шрамы на броне эсминца, где-то оглушительно грохотали грузовые магниты, перемещая многотонные контейнеры. Воздух был густым от запаха озона, раскаленного металла и пыли.
И на фоне этой суматошной деятельности, в лучах направленного света, стоял «Возрожденец». Но это был не тот потрёпанный ветеранами корабль, что пробивался сквозь астероидные поля. Его обшивка сияла свежим полимерным покрытием, а линии корпуса казались ещё более стремительными. Самым примечательным был новый элемент: над основной палубой, в районе шлюзов, красовался большой, обтекаемый и явно встроенный недавно выступ. Он был похож на горб или капсулу, его поверхность была идеально гладкой, без единого шва или заклёпки, лишь матово поблёскивала в искусственном свете.
У подножия этой конструкции, окружённые разложенным инструментом и голографическими схемами, работали ИГОРЬ и ПЛАТОН. Игорь, с перепачканным в смазке лицом, с помощью мощного сервопривода вдавливал на место последнюю панель. Платон, его хромированный корпус отражал огни ангара, с хирургической точностью подключал тонкие жгуты оптоволокна к скрытым портам.
[ИГОРЬ]
(Отступает на шаг, с удовлетворением отирая лоб тыльной стороной руки и оставляя на лице новое масляное пятно)
Ну вот... И последний коннектор. Платон, признаюсь честно... Такую разработку без тебя я бы никогда не сделал. Это же... настоящий шедевр технологического прорыва! На стыке инженерии и Гелиофизики!
Его глаза горели неподдельным восторгом и гордостью, он смотрел на своё создание как художник на законченную картину.
[ПЛАТОН]
(Его сенсоры мягко пробежались по поверхности выступа, анализируя соединения)
Признательность принимаю, инженер. Однако избыточный эмоциональный фон в оценке функциональности объекта считаю нерациональным. Шедевр или нет — покажет тестирование. Осталось провести финальную диагностику и калибровку энергопотоков.
Неподалёку, в уютном островке спокойствия, в переносном кресле с мягкой спинкой, сидела СВЕТА. Она попивала из термокружки ароматный кофе, а её взгляд, полный тёплой усмешки, скользил то по Игорю с Платоном, то по таинственному горбу на их корабле. Она с наслаждением растягивала момент неведения.
[СВЕТА]
(Поворачивая голову к ближайшему монитору, встроенному в стойку с инструментами)
Сыч, слушай, как так вообще получилось? Они же вечно спорили о методах, о материалах... А тут — тишина, синергия и совместное творчество. Ты случайно не в курсе, что это за штуковину они к нашему борту прилепили? У меня уже двадцать версий, и все фантастические.
[СЫЧ]
(Его монотонный голос раздался из динамика монитора, без привычного статичного изображения)
Констатирую: наблюдение за их совместной работой действительно вызывает определенный когнитивный диссонанс. У меня есть семь логических предположений, основанных на анализе закупленных компонентов и их ночных бдений. Однако, капитан, я опасаюсь, что раскрытие секрета лишит инженера и Платона значительной доли удовольствия от предстоящей презентации их совместного детища. Предлагаю дождаться их официального доклада.
[СВЕТА]
(Причмокивает, делая очередной глоток кофе)
Эх, Сыч, интригуешь. Ну не могу же я просто сидеть и не гадать! Это ж Игорь. Он либо придумал кофеварку, которая варит растворимый кофе из энергии нулевой точки, либо... что-то очень опасное и взрывоопасное. Интересно же!
[СЫЧ]
Я понимаю ваше любопытство, капитан. Но я, как и вы, лишь сторонний наблюдатель в этом процессе. И, если позволите, переключу ваше внимание. У нас поступило зашифрованное сообщение из штаба Альянса. Приоритет «Бета». Майор Егоров запрашивает связь в течение часа.
Света вздохнула, поставила кружку на подлокотник кресла и с последним любопытством посмотрела на Игоря, который что-то оживлённо объяснял Платону, размахивая руками. Тайна висела в воздухе, густая, как запах сварки, и она обещала быть куда интереснее очередного задания от Альянса.
[СВЕТА]
(Встаёт, потягивается, и экзоскелет под комбинезоном с лёгким гуком подстраивается под её движение)
Что ж, ладно. Сыч, подтверди получение. Скажи, что выйдем на связь. А этим двум гениям... дадим насладиться их моментом. Посмотрим, что они там такое наколдовали.
Она бросила последний взгляд на загадочный выступ, над которым теперь склонились оба – человек и андроид, – и направилась к выходу из ангара, предвкушая, что скоро узнает ответ. И этот ответ, она чувствовала, перевернёт всё с ног на голову.
Мостик «Возрожденца» встретил их привычным полумраком и ровным гулом систем. На главном экране замерла эмблема Альянса, а через секунду её сменило лицо майора ЕГОРОВА. Он выглядел скорее довольным, чем уставшим, в его глазах читалась редкая удовлетворенность.
[МАЙОР ЕГОРОВ]
Капитан. Приветствую вас и, прежде всего, хочу поздравить с успешным завершением последней миссии. Ваши данные по пиратам оказались бесценны. Наши ударные группы провели зачистку. База ликвидирована.
Он сделал паузу, давая словам усвоиться.
[МАЙОР ЕГОРОВ]
Что касается «Сферы»... наши войска завершили её зачистку от остатков ксилофагов. Сейчас там работают ремонтные бригады и группы биологической дезактивации. Станция спасена. Но есть проблема.
Тактическая схема «Сферы» сменилась на изображение пульсирующего Сердца Пустоты.
[МАЙОР ЕГОРОВ]
«Сфера» — сложный биомеханический организм. И, как выяснилось, то «Сердце», что у нас есть, является лишь маломощным семенем. Его энергии недостаточно для полноценного функционирования станции такого масштаба. Без нового, более мощного источника, она так и останется величественным, но бесполезным артефактом.
В этот момент на мостик, всё ещё пахнущие смазкой и озоном, вошли ИГОРЬ и ПЛАТОН. Игорь, с сияющими от возбуждения глазами, сразу же направился к Свете.
[ИГОРЬ]
Свет, что там на этот раз Альянс предлагает? Очередная «безопасная» прогулка?
Света повернулась к нему, и на её лице расплылась тёплая улыбка. Она подошла ближе, собираясь обнять его, но вовремя заметила его состояние.
[СВЕТА]
(Останавливается в сантиметре от него, с комичным ужасом глядя на его испачканную куртку и руки)
Только не трогай меня своими грязнющими руками!
Она нашла единственный чистый участок кожи на его щеке, нежно прикоснулась к нему губами, а затем, взяв со столика чистую ветошь, принялась пытаться стереть с его лица пятно машинного масла.
[СВЕТА]
(Продолжая его тереть, но без особого успеха)
Как ты так умудряешься? Даже не оттирается... В общем, нам дали задание. Поиск нового «Семени». Более мощного. Для «Сферы».
Платон, заняв свою позицию у тактического экрана, отозвался своим ровным баритоном.
[ПЛАТОН]
Интересное задание. Оно предоставляет уникальную возможность тщательно протестировать наше новое изобретение в полевых условиях. Логистика миссии идеально совпадает с требованиями к обкатке устройства.
Света, наконец, сдалась и бросила ветошь, смотря на них с притворным подозрением.
[СВЕТА]
Так что же вы там такое изобрели, в конце-то концов? Не томите, рассказывайте!
Игорь переглянулся с Платоном, и на его лице появилась азартная, почти мальчишеская ухмылка.
[ИГОРЬ]
(Таинственно понижая голос)
Вот тут ты права... Интереснее его будет показать в действии. Честно, мне уже не терпится рассказать, но... лучше один раз увидеть. Обещаю, это того стоит.
Света закатила глаза, но смирилась, с насмешливым вздохом помахав рукой.
[СВЕТА]
Вот вы и вредные! Ладно, потом, так потом. Что с вами сделаешь...
Её взгляд снова стал командирским, собранным. Она повернулась к мониторам.
[СВЕТА]
Сыч, Платон, подготовиться к выполнению задания. Составьте список необходимых припасов и оборудования. Стандартный протокол долгосрочной разведки. Отчёт по снабжению направить в штаб Альянса.
Она бросила последний взгляд на Игоря, и её губы дрогнули в улыбке.
[СВЕТА]
Как только всё необходимое загрузим – сообщить. И мы выдвигаемся.
(Пауза, и с лёгким смешком добавляет)
А Игорю... отмыться!
Игорь фыркнул, разглядывая свои руки, а Платон безмолвно склонил сенсоры, приступая к расчётам. Охота на семя начиналась, и на сей раз у них был при себе секретный козырь, природу которого предстояло раскрыть в пустоте космоса.
Грузовой отсек «Возрожденца» гудел, как гигантский механический улей. Роботы-погрузчики сновали между штабелями ящиков, укладывая последние партии припасов, одобренных запросом Платона и Сыча. Консервы, картриджи для регенераторов атмосферы, катушки сверхпроводящего провода и, что самое важное, несколько цилиндрических контейнеров с кристаллическим гелем для системы охлаждения — всё заняло свои места в трюмах.
Игорь, наконец-то отмытый до скрипа и пахнущий не машинным маслом, а обычным мылом, закинул ноги на панель управления и смотрел на Платона с нетерпением.
[ИГОРЬ]
Ну что, профессор? Припасы загружены, корабль заправлен. Осталось самое главное. Только ты знаешь, как нам найти это «Семя». Так рассказывай, что делать? Как вообще можно вычислить, где эта штука появится?
Платон, занимая свою позицию у центрального тактического экрана, повернул к ним сенсоры. Его голос зазвучал ровно, как на лекции.
[ПЛАТОН]
Процесс рождения «Сердца Пустоты», или «Семени», как вы его называете, не является случайным. Это следствие строго определённого астрофизического явления — имплозивного синтеза. Нам нужна звездная система на пике гравитационного взаимодействия. Сыч, выведи на экран нашу текущую галактическую карту и наложи фильтр по моим параметрам.
[СЫЧ]
(С монитора)
Выполняю.
На главном экране мостика вспыхнула трехмерная карта сектора. Десятки тысяч звездных систем замерли в темноте. Затем по ней поползли сложные алгоритмические узоры — синусоиды гравитационных полей, векторы магнитных аномалий, зоны пространственно-временного искривления.
[ПЛАТОН]
Мы ищем резонанс. Точку, где магнитные поля двух или более звездных тел создают идеально сбалансированный узел напряжения. Попадание в эту точку массивного тела, например, газового гиганта, и запускает цепную реакцию коллапса.
Пока он говорил, карта начала меняться. Большинство систем потускнело, затем исчезло. Осталось лишь несколько, подсвеченных яркими голубыми контурами.
[СЫЧ]
Анализ завершен. Наиболее вероятная точка для события в ближайшие 72 стандартных часа — система K-17. Желтый карлик класса G и коричневый карлик-компаньон находятся в фазе максимального сближения. Их магнитные поля вступили в фазу турбулентного взаимодействия. Вероятность события — 84.9%.
Координаты вспыхнули и замерли на экране.
[СВЕТА]
(Собранно, смотря на координаты)
Что ж, курс есть. Все по местам. Отшвартовка по стандартному протоколу. Вега, как только получим разрешение от диспетчера базы — отбываем.
«Возрожденец» с мягким шипением отошел от причальной мачты и плавно направился к гигантским шлюзовым воротам базы Дедал. Как только корабль выскользнул в открытый космос, Света положила руку на штурвал.
[СВЕТА]
Ложусь на заданный курс. Готовность к прыжку через десять секунд. Пристегнуться.
Раздался нарастающий гул прыжковых двигателей. Звезды за иллюминатором превратились в сверкающие стрелы, а затем — в сплошную стену света. Прыжок был коротким, но мощным.
Корабль вынырнул из подпространства в нескольких астрономических единицах от системы K-17. В центре висела желтая, яростная звезда, а чуть поодаль — тусклый, тлеющий коричневый карлик. Пространство между ними мерцало и искрилось от энергии сталкивающихся магнитных полей.
[ПЛАТОН]
Капитан. Мы на месте. Теперь мне нужно, чтобы вы подвели корабль как можно ближе к звезде. На максимально допустимое расстояние, где системы корабля еще будут функционировать.
[СВЕТА]
(Поднимает бровь)
Попросишь невозможного, как всегда... Вега, расчет термической и радиационной нагрузки на текущих координатах.
[ВЕГА]
(Мелодично)
Расчет завершен. Можем приблизиться на 0.3 а.е. Без риска для систем. Защитные экраны будут работать на 97% от максимальной мощности.
[СВЕТА]
Поняла. Идем на сближение.
«Возрожденец» плавно ринулся вперед, навстречу ослепительному светилу. Жара, проникающая даже сквозь мощнейшие экраны, стала ощутимой. Света крепче сжала штурвал.
[ИГОРЬ]
(Смотрит на Платона)
А теперь, профессор? Мы здесь. Что дальше?
[ПЛАТОН]
Дальше — начинаем. Капитан, прошу передать управление Веге. И... рекомендую всем наблюдать. Особенно ты, инженер. Ведь это – демонстрация нашего совместного детища.
Света кивнула и откинула руки от штурвала.
[СВЕТА]
Вега, управление на тебя. Удерживай позицию.
[ВЕГА]
Управление на мне.
Игорь, Света и даже Сыч (через монитор) устремили взгляды на главный иллюминатор. Платон отдал тихую команду, и по кораблю прошел едва уловимый вибрационный гул, исходящий сверху, из того самого таинственного горба.
И затем началось механическое чудо.
Со спины «Возрожденца», прямо из того самого гладкого выступа, с низким, мощным гулом выдвинулась массивная ферменная конструкция, напоминающая скелет гигантской чаши. Она была матово-черной и казалась поглощающей свет. Затем, с шипением сжатого газа, из ее секций выпустились и жестко встали в рабочее положение шестигранные титановые пластины, покрытые слоем суперстойкого абсорбера.
Теперь «Возрожденец» был похож на доисторического ската, раскрывшего свои крылья-жабры перед лицом солнца.
И начался сбор.
Солнечный ветер, несущий миллиарды тонн ионизированного водорода в секунду, ударил в раскрытую чашу. Пластины-абсорберы, почти мгновенно раскаляясь до вишневого свечения, начали вибрировать, захватывая частицы. Это был не плавный поток, а миллиарды микроскопических ударов, заставлявших всю конструкцию мелко дрожать. Между пластинами проскакивали синие молнии — короткие замыкания, вызванные колоссальным статическим зарядом.
Сам процесс был похож на работу гигантского сачка, которым черпали кипящую плазму из атмосферы звезды. Захваченный водород по трубам, охлаждаемым жидким гелием, с глухим ревом засасывался внутрь корабля, где, как пояснил Платон, мощные сепараторы и реакторы синтеза мгновенно превращали его в стабильное топливо.
Игорь видел, как датчик температуры пополз вверх. Раскаленный газ создавал вокруг коллектора марево, искажавшее вид звезды. Он не мог оторвать глаз, его лицо озарял восторг первооткрывателя.
[ИГОРЬ]
(Тихо, почти шепотом)
Черт возьми... Платон, мы это сделали... Мы заставили звезду работать на нас...
Через несколько минут, когда бак был полон, Платон отдал команду на завершение. С шипением, пластины сложились обратно в ферменную конструкцию, которая с тем же низким гулом убралась назад в корпус, оставив на своем месте лишь гладкую, матовую поверхность горба. Корабль был сыт.
[СЫЧ]
(С монитора)
Констатирую: заправка завершена. Топливные баки на 100%. Целостность коллектора не нарушена.
[СВЕТА]
(Выдыхает, не осознавая, что задерживала дыхание)
Вот это да... Теперь я понимаю, почему вы держали это в секрете. Зрелище и впрямь... завораживающее.
[ПЛАТОН]
Функциональность подтверждена. Эффективность на 13% выше расчетной. Модуль признан успешным.
[ИГОРЬ]
(Сияет)
Я же говорил! Шедевр!
[СВЕТА]
(Возвращаясь в кресло пилота)
Что ж, отлично поработали. Но пора и на место. Вега, управление. Отходим на безопасную дистанцию.
«Возрожденец» плавно развернулся и отошел от палящей звезды. Когда термические датчики пришли в норму, Сыч подал голос.
[СЫЧ]
Курс скорректирован с учетом новых данных о магнитной активности системы. Запускаю сканирование на предмет гравитационных аномалий, соответствующих параметрам целевого объекта.
[СВЕТА]
Веди нас, Сыч.
Корабль, ведомый невидимой рукой Веги, лег на новый курс и начал разгон. Охота на «Семя» началась по-настоящему. И на сей раз у них было уникальное преимущество — и секретное оружие, уже доказавшее свою эффективность.
СЦЕНА 4
Система K-17. «Возрожденец» завис в пустоте, словно мушка, притянутая светом гигантской космической лампы. В иллюминаторе бушевало зрелище, равного которому они еще не видели. Желтый карлик и его тусклый коричневый компаньон, словно два разъяренных быка, сошлись в гравитационном поединке. Пространство между ними искривилось, мерцая и вспыхивая сгустками чистой энергии, вырывающейся из разорванной ткани реальности.
[СЫЧ]
(С монитора, монотонно, но с нарастающей частотой отчетов)
Констатирую: начало гравитационного коллапса. Магнитные узлы достигли критического напряжения. Газовый гигант входит в эпицентр.
На экране тактической карты один из спутников звезды, гигантский штурмовой шар, начал необратимое падение в сердцевину энергетического шторма.
[ИГОРЬ]
(Прилип к главному иллюминатору, его глаза были полны не восторга, а первобытного ужаса)
Огонь... Он не взрывается... Он... сжимается!
Это было именно сжатие. Планета, под воздействием невообразимых сил, начала резко уменьшаться, как шарик, сдавленный в кулаке гиганта. Она не разлеталась на куски, а имплодировало внутрь себя, ее вещество уплотнялось до невозможного состояния.
[СВЕТА]
(Сидела в кресле пилота, костяшки ее пальцев, сжимавших штурвал, побелели)
Что... что происходит?
[ПЛАТОН]
(Его сенсоры были прикованы к показаниям, голос звучал как на лекции, что контрастировало с разворачивающимся апокалипсисом)
Идет процесс имплозивного синтеза. Как и предсказывала моя модель. Правда, с одной ключевой ошибкой. Мы прибыли в точку максимального сближения тел. Для рождения «Семени» требуется наблюдать финальную стадию на расхождении. Мой расчет был... не совсем точен.
В этот момент гигантская планета исчезла. На ее месте повисла... ничто. Крошечная, абсолютно черная точка, которая казалась прорехой в самой реальности. Она была мала, но ее присутствие ощущалось физически — корабль дрогнул.
[ВЕГА]
(Мелодичный голос зазвучал с несвойственной ему резкостью)
Внимание! Образование сингулярности. Гравитационная аномалия нарастает в геометрической прогрессии. Нас затягивает.
«Возрожденец» вздрогнул сильнее, ровный гул двигателей сменился натужным воем. Корабль, как щепку, начало медленно, но неумолимо сносить с курса по направлению к черной дыре.
[СВЕТА]
(Голос сорвался на крик, в ее глазах читался чистый, животный страх)
НЕТ! Вега, полный вперед! Все на что способны! Игорь, помогай!
Она втопила штурвал, пытаясь развернуть корабль против невидимой, но всесокрушающей силы. Сопла двигателей взревели, выплевывая сгустки плазмы, но это было как попытка муравья сдвинуть скалу. Их медленное, неотвратимое движение к черной дыре продолжалось.
[ИГОРЬ]
(Рванулся к своему посту, его лицо исказила гримаса ужаса)
Свет, держись! Платон, что делать?!
[ПЛАТОН]
(Спокойно, анализируя данные)
Сопротивляться гравитации сингулярности на данном этапе бесполезно. Мы лишь сожжем двигатели. Сыч, необходим новый расчет. Ищем точку, где процесс коллапса уже завершился и произошла квантовая кристаллизация. Здесь это может затянуться на десятилетия.
[СВЕТА]
(Практически истерично, отчаянно маневрируя)
КАКИЕ ЕЩЕ РАСЧЕТЫ?! Мы сейчас умрем! Смотри!
Она показала головой на иллюминатор. Мимо них, с нарастающей скоростью, начали проноситься обломки — астероиды и мелкие спутники, ставшие первой добычей новорожденного монстра. Огромная каменная глыба, вращаясь, пролетела в считанных метрах от корпуса.
[ИГОРЬ]
(Крикнул, инстинктивно пригнувшись)
Слева!
Света резко дернула штурвал, и корабль, скрипя всеми швами, ушел вправо. Следом, с другой стороны, пронеслась еще одна.
[СЫЧ]
(Его монотонный голос стал машиной, выдающей данные)
Траектория пролета обломков проанализирована. Вега, проецирую путь наименьшего сопротивления на ваш дисплей. Увеличиваем мощность на 20% по вектору 270-отметка 015.
[ВЕГА]
(Немедленно отреагировала)
Выполняю. Перенаправляю энергию с второстепенных систем на двигатели. Проекция пути принята.
Корабль рванулся вперед, не против гравитации, а по касательной, огибая смертоносный поток камней. Это была ювелирная работа, танец на лезвии бритвы, где пилотом двигала паника, а штурманами — холодный расчет.
[СВЕТА]
(Дышала прерывисто и громко, почти рыдая от напряжения)
Я... я не могу... слишком быстро...
[ИГОРЬ]
(Схватился за поручень, его голос дрожал, но он пытался быть опорой)
Ты можешь, Свет! Ты всегда можешь! Вега, Сыч, ведите ее! Платон, есть хоть какая-то надежда?
[ПЛАТОН]
Надежда — иррациональная категория. Но вероятность есть. Сыч, координаты?
[СЫЧ]
Координаты получены. Следующая потенциальная точка события — система N-44. У нас есть 48 часов. Но для прыжка нужна стабильная траектория. Сейчас мы в гравитационной праще.
[ВЕГА]
Готовлю прыжковые двигатели. Для инициализации прыжка требуется 8 секунд стабильного полета без резких маневров.
[СВЕТА]
(Сквозь стиснутые зубы, обливаясь потом)
Без маневров?! Да они в нас врежутся!
[ИГОРЬ]
Свет, слушай их! Это наш шанс! Доверься им!
Света сжала глаза на секунду, сделала глубокий, судорожный вдох и выдох. Затем ее взгляд снова стал собранным. Она перестала бороться с течением и позволила Веге вести корабль по проецируемой траектории.
[СВЕТА]
(Сдавленно)
Ладно... Вега, управление на тебя... Вытащи нас.
[ВЕГА]
Принято. Начинаю финальный маневр. Приготовиться к прыжку.
«Возрожденец», ведомый ИИ, сделал последний, отчаянный рывок, выскользнув из самого плотного потока обломков. На несколько секунд корабль стабилизировался.
[ВЕГА]
Прыжок через пять... четыре... три...
Света смотрела в иллюминатор на черную точку, которая уже поглотила пол системы. В ее глазах отражался ужас и принятие.
[ВЕГА]
...два... один... Прыжок.
Звезды снова превратились в стрелы, а затем в световую стену. Давящая гравитация исчезла. Корабль вырвался. В тишине мостика было слышно только тяжелое, прерывистое дыхание Светы и сдавленный вздох облегчения Игоря. Они молча смотрели друг на друга, видя в глазах собеседника отражение собственного страха, который они только что пережили. Их спасли не стальные нервы, а слаженная работа команды, где человеческий ужас был скомпенсирован бездушной, безупречной логикой.
Прыжковый туннель мерцал за иллюминаторами, однообразный и успокаивающий после адреналинового всплеска в системе К-17. На мостике царила почти медитативная тишина.
Света сидела в кресле пилота, откинув голову на подголовник. Глаза были закрыты, но по легкому напряжению в пальцах, все еще сжимавших штурвал, было видно — она все еще там, в эпицентре гравитационного кошмара.
Шаги Игоря были бесшумными. Он подошел сзади, его руки легли ей на плечи. Она вздрогнула от прикосновения, но не отстранилась, а, наоборот, расслабилась, позволив мышцам смягчиться под его ладонями.
[ИГОРЬ]
(Тихо, почти шепотом, прямо у ее уха)
Всё. Мы вырвались. Можно выдыхать, Свет.
Он начал медленно, почти по-медицински тщательно, разминать зажатые мышцы ее шеи и плеч. Света издала тихий, сдавленный стон, смесь боли и облегчения.
[СВЕТА]
(Голос низкий, уставший)
Я чуть не угробила нас всех. Я... запаниковала.
[ИГОРЬ]
(Не прекращая массаж, его голос тверд и спокоен)
Ты сделала единственно возможное. Доверилась команде. А команда доверилась тебе. Мы живы. Благодаря тебе.
Он наклонился ниже, его губы коснулись её виска, чуть выше рассеченной брови.
[ИГОРЬ]
Ты самая бесстрашная женщина, которую я знаю. И мне не нужно, чтобы ты была железной. Всегда. Особенно со мной.
Света наконец открыла глаза и повернула голову, глядя на него. В ее взгляде не было привычной стали, только усталость, уязвимость и безграничное доверие.
[СВЕТА]
(Кладет свою руку на его, все еще лежащую на ее плече)
Я знаю.
Она потянулась к нему, и их губы встретились. Это был не страстный, а долгий, успокаивающий поцелуй. Поцелуй людей, которые знали друг до дна — все страхи, всю боль, всю ту хрупкую надежду, что прячется за стальной броней. В этом прикосновении не было жара первой влюбленности, но была бездна понимания и тихая радость от того, что после всех кругов ада ты можешь вернуться в объятия самого важного человека. Поцелуй, который говорил: «Я здесь. Ты в безопасности. Мы — свои».
Когда они оторвались друг от друга, лоб остался прижатым ко лбу. Дышали в унисон.
[СВЕТА]
(Выдыхает)
Черт... Мне нужен душ. И часов двенадцать сна.
[ИГОРЬ]
(Проводит большим пальцем по ее щеке)
Вега справится. Идем. Попрошу Сыча разбудить нас, если что-то важнее нашего сна все-таки случится.
Он помог ей подняться. Она не отпускала его руку, и они вместе вышли с мостика, оставив корабль на попечение безмолвных и надежных членов их семьи. Впереди были долгие часы прыжка, и они наконец-то могли позволить себе быть просто людьми — уставшими, напуганными, но неразлучными.
Мягкий свет санитарного блока выхватывал из полумрака каюты силуэты. Света, уже без комбинезона, в простой майке и штанах, с мокрыми волосами и запахом мыла, вытерла лицо полотенцем. Быстрый душ смыл с нее липкий страх и пот, оставшиеся после паники на мостике, но не смог снять глубокую усталость, впившуюся в кости. Она двинулась к койке, ее шаги были тяжелыми.
Игорь, уже успевший сменить куртку на футболку, ждал ее, прислонившись к стенке. Он видел, как ее руки слегка дрожат от перенапряжения.
[СВЕТА]
(Тихо, почти шёпотом, садясь на край койки)
Я до сих пор чувствую эту тягу... будто дыра всё ещё где-то там, за корпусом, и пытается дотянуться.
[ИГОРЬ]
(Отталкивается от стенки и садится рядом, его плечо плотно прижалось к ее плечу)
Это пройдет. Просто тело помнит. А разум уже должен знать — мы справились.
Он обнял ее за плечи, и она тут же прижалась к нему, уткнувшись лбом в его шею. Так они сидели несколько долгих минут, в тишине, нарушаемой лишь ровным гулом систем корабля. Не нужно было слов. Его твердая, надежная поза и ровное дыхание были лучшим лекарством.
[СВЕТА]
(Глубоко вздыхает, ее голос обретает слабые нотки привычной иронии)
Если бы мне кто-то год назад сказал, что я буду искать утешения в объятиях какого-то вечно пахнущего озоном инженера-авантюриста...
[ИГОРЬ]
(Ухмыляется, его губы касаются ее волос)
...Ты бы, не долго думая, отправила этого кого-то в медотсек на проверку сенсоров. Знаю. Я сам удивлен.
Он мягко повалил ее на койку, и она не сопротивлялась, позволив укутать себя одеялом. Сам прилег рядом, не давя, просто заключая ее в защитный кокон.
[ИГОРЬ]
Спи. Я тут.
Ее веки уже смыкались, дыхание выравнивалось и становилось глубоким. Еще пара минут — и она погрузилась в тяжелый, бессонный сон, впервые за долгое время не вслушиваясь в каждый шум корабля.
Игорь лежал, глядя в потолок, одной рукой бессознательно перебирая ее волосы. Он и сам был на грани, но не мог позволить себе уснуть первым. Нужно было убедиться, что ей больше ничего не угрожает. Хотя бы здесь, в этих четырех стенах.
Так прошло примерно часов семь. Тишину разорвал тихий, но настойчивый сигнал встроенного в каюту ком-панели. Затем раздался ровный голос Сыча, нарочно приглушенный, но не терпящий игнорирования.
[СЫЧ]
(С ком-панели)
Инженер. Капитан. Прошу прощения за вторжение. Ситуация требует вашего присутствия на мостике.
Игорь застонал тихо, чтобы не разбудить Свету. Но она уже шевельнулась, ее сон был чутким, как у солдата.
[СВЕТА]
(Сонным, хриплым голосом)
Что там еще?
[СЫЧ]
Зафиксирована аномальная гравитационная рябь на подходах к системе N-44. Характер сигнатуры не соответствует прогнозируемым моделям. Требуется принятие решения о коррекции курса.
Игорь тяжело вздохнул и сел на краешек койки, потирая лицо ладонями.
[ИГОРЬ]
(Обращаясь к Свете, с кривой улыбкой)
Ну что, командир? Отдохнули? Пора шевелиться.
Света с неохотой открыла глаза. Усталость все еще висела на ней тяжелым плащом, но в ее взгляде уже зажегся тот самый стальной огонек — огонек ответственности. Она сползла с койки и потянулась за своим комбинезоном.
[СВЕТА]
(Стягивая с себя одеяло, с легким, уставшим выдохом)
Ладно... Пошли уже работать.
Их маленький островок покоя закончился. Вселенная снова звала.
Мостик встретил их привычным полумраком, но на сей раз воздух был заряжен не спокойствием, а напряженным ожиданием. На главном экране плясали причудливые синусоиды гравитационных возмущений, а тактическая карта системы N-44 «Гидра» была испещрена мигающими предупреждениями.
Платон, не отрывая сенсоров от данных, начал доклад, не дожидаясь вопросов.
[ПЛАТОН]
Капитан. Мы столкнулись с аномалией, не учтенной в первоначальных расчетах. Гравитационная рябь, которую зафиксировал Сыч, является следствием. Причина — массивный объект, дрейфующий на окраине системы. Его масса искажает пространство-время, создавая помехи для точного прыжка и сканирования.
[СВЕТА]
(Занимая кресло пилота, ее голос снова обрел стальную твердость)
Определили природу объекта? Планета? Осколок? Еще одна черная дыра?
[СЫЧ]
(С монитора)
Отрицаю. Структура не соответствует ни одному известному астрономическому телу. Размеры сопоставимы с небольшим спутником, но плотность аномально высока. Энергетическая сигнатура отсутствует. Он... пассивен.
[ИГОРЬ]
(Встал у своего поста, вглядываясь в данные)
Пассивен? После К-17 меня это слово как-то не успокаивает. Может, это просто гигантский кусок космической скалы? Такое же бывает.
[ПЛАТОН]
Бывает. Но не в точках лагранжа протопланетных дисков. Его местоположение статистически маловероятно для естественного происхождения. Вероятность искусственной природы или целенаправленного размещения — 67,3%.
Света обменялась с Игорем быстрым взглядом. Слово «искусственный» в безжизненном секторе всегда означало одно — либо чужой корабль, либо ловушка.
[СВЕТА]
Ваши предложения.
[ПЛАТОН]
Логичный шаг — осторожное сближение и дистанционное сканирование на предмет биологических или технологических сигнатур. Однако, учитывая его гравитационное влияние, нам придется скорректировать подход, чтобы не быть захваченными его полем.
[ИГОРЬ]
(Уже летая пальцами по голографической схеме навигации)
Дай мне пять минут. Я вычислю безопасный коридор. Сыч, скинь мне все данные по гравитационным флуктуациям за последний час. Мы подойдем к нему, как саперы к мине.
[СЫЧ]
Передаю. Вега, начинаю активное сканирование объекта на всех доступных частотах. Готовь систему к экстренному маневру уклонения.
[ВЕГА]
(Мелодично)
Выполняю. Все системы корабля переведены в состояние повышенной готовности. Щиты заряжены.
«Возрожденец», словно хищник, крадущийся в темноте, начал медленное, бесшумное движение к загадочному объекту. Света крепче сжала штурвал, ее взгляд был прикован к экрану, где росла темная, неправильной формы глыба. Она не была похожа ни на астероид, ни на корабль. Она была просто... чужой.
[СВЕТА]
(Тихо, больше для себя)
Что ты такое? И почему оказался именно на нашем пути?
Ответа не было. Лишь датчики фиксировали нарастающее гравитационное давление, словно невидимая рука начинала сжимать корабль. Охота на «Семя» только что стала гораздо сложнее.
«Возрожденец» плыл сквозь зону гравитационных помех, словно сквозь густой сироп. Света с усилием удерживала корабль на расчетной траектории.
[СВЕТА]
(Сквозь зубы)
Игорь, твой «безопасный коридор» ощутимо бьет по двигателям.
[ИГОРЬ]
Еще минут десять. Это не просто помеха, Свет. Словно мы пробираемся сквозь облако гравитационной пыли.
[ПЛАТОН]
Точное наблюдение. Сканирование показывает бесчисленные микроскопические частицы неизвестного материала. Они создают эффект «пространственного трения».
В прожекторах выплыли первые видимые частицы - черные, идеально круглые песчинки.
[СЫЧ]
Плотность облака увеличивается. Риск повреждения обшивки - 15% и растет.
[СВЕТА]
Значит, прорываться напрямую - самоубийство. Ищем путь на отход.
Внезапно Платон, не дожидаясь команды, активировал внешние манипуляторы. С характерным щелчком первый контейнер наполнился черными песчинками.
[СВЕТА]
(Обернувшись)
Платон? Что ты делаешь?
[ПЛАТОН]
Сбор образцов. Минерал не изучен. (Щелк - наполняется второй контейнер).
[ИГОРЬ]
(Поднимает бровь)
Эй, профессор, а зачем тебе столько? Одной пробирки же достаточно для анализа?
[ПЛАТОН]
(Продолжая сбор)
Я научился у вас, инженер. Представьте, что материал окажется ценным. Нам придется искать это облако снова. А вдруг оно к тому времени рассеется? Логично собрать достаточный запас сейчас.
Света смотрела, как наполняется третий контейнер, и медленно покачала головой, на ее губах появилась уставшая улыбка.
[СВЕТА]
Боги... Игорь, ты научил всех собирать все, что плохо лежит. Да у тебя талант. Как бы мне потом не отбиваться от этого вируса, а то начну корабли коллекционировать.
[ИГОРЬ]
(Широко улыбается)
Да ладно тебе, командир. Это же научный интерес! И... немного практической бережливости.
[СВЕТА]
(Вздыхает, но без раздражения)
"Бережливость"... Я так и знала. Ладно, тащите свой песок. Только быстрее. Сыч, как там с обходным путем?
[СЫЧ]
Курс проложен. Гравитационные помехи снижаются. Можем продолжить движение через семь минут.
Платон тем временем аккуратно запечатал десятый контейнер. Его сенсоры удовлетворенно мерцали.
[ПЛАТОН]
Образцы получены. Присваиваю материалу предварительное название: ТИС-1. Тайный Источник Силы. Шутка. Это шутка. Термо-Инертная Структура, партия 1.
Игорь рассмеялся, а Света просто покачала головой, скрывая улыбку. Корабль лег на новый курс, оставляя позади таинственное облако, а в его трюме теперь лежала загадка, которую предстояло разгадать.
«Возрожденец», наконец, вырвался из зоны гравитационных помех. Тишина на мостике, нарушаемая лишь ровным гулом систем, показалась вдруг звенящей после постоянного напряжения.
[СЫЧ]
Курс на систему N-44 установлен. Время в пути — двадцать семь часов. Траектория пролегает через спокойный, хорошо картографированный сектор. Вероятность встречи с угрозами — менее 0,5%.
Света медленно разжала пальцы на штурвале и откинулась в кресле, впервые за долгие часы позволив себе расслабиться.
[СВЕТА]
двадцать семь часов... Больше суток. Прямого полета. (Поворачивается к Игорю). Слышишь? Никто по нам стрелять не будет. Никто нас не преследует.
[ИГОРЬ]
(С облегчением проводит рукой по лицу)
Роскошь. Настоящая роскошь. Уже забыл, каково это. Значит, есть время привести в порядок корабль, а заодно и себя.
[ПЛАТОН]
Рациональное предложение. Длительное пребывание в состоянии повышенной боевой готовности истощает не только системы корабля, но и биологические организмы. Вам требуется пополнение энергетических запасов.
[СВЕТА]
(Поднимается с кресла, ее спина с благодарностью выпрямляется)
Вот именно. Мой желудок уже пару часов напоминает мне, что я — не робот. Игорь, пошли на камбуз. Надо подкрепиться, пока вселенная снова не решила с нами потанцевать.
[ИГОРЬ]
(Ухмыляется, вставая)
А то. После черной дыры и гравитационных качелей обычная человеческая еда кажется самым надежным якорем во вселенной.
Они вышли с мостика, оставив корабль на попечение неодушевленных, но абсолютно надежных членов экипажа. В узком коридоре Света шла чуть впереди, с наслаждением чувствуя, как усталые мышцы понемногу расслабляются.
[ИГОРЬ]
(Догоняя ее, говорит тише)
А ведь Платон прав. Мы, живые, — странный конструкт. Нам и топливо нужно, и профилактика, и даже... эмоциональная разрядка. Не так-то просто быть биологическим организмом в механической вселенной.
[СВЕТА]
(Бросает на него короткий взгляд, уголки губ подрагивают)
А ты сегодня философ. Но да... согласна. Иногда нужно просто сесть и поесть, как обычные люди, а не как солдаты на передовой.
Они зашли на камбуз. Небольшое помещение было уютным и аскетичным. Игорь сразу направился к регенератору продуктов.
[ИГОРЬ]
Так... Что у нас сегодня по меню от щедрот Альянса? (Читает с дисплея). Ага... «Суп-пюре галактический с витаминным комплексом» или «Бифштекс из сои с гарниром из гидропонных овощей».
[СВЕТА]
(Склоняется у него над плечом, чтобы посмотреть на меню)
О, великолепно. Опять выбор между жидким картоном и резиновой подошвой. Дай лучше суп. И чай. Крепкий.
Пока регенератор гудел, выдавая порции, они молча сидели за небольшим столом. Это молчание было не неловким, а комфортным — общим пониманием того, что худшее позади, и сейчас можно просто быть.
[ИГОРЬ]
(Ставя перед ней миску с парящим супом)
Знаешь, а ведь мы могли и не выбраться оттуда. Из «Геенны».
[СВЕТА]
(Поднимает на него взгляд, берет ложку)
Могли. Но выбрались. Потому что мы — команда. И ты... (она делает глоток, морщится) ...черт, какой же он невкусный... И ты был прав. Иногда нужно довериться другим. Даже если эти другие — кибернетический сноб и саркастичный робот-сапер.
[ИГОРЬ]
(Улыбается)
Эй, это наша семья. Лучшая команда во всей галактике.
Они доели свой скромный ужин под ровный гул двигателей, уносящих их к новой загадке. Это был простой момент — всего лишь ужин в каюте космического корабля. Но после всего пережитого он казался бесценным даром.
Прошло несколько часов. На мостике царила идеальная гармония машин. Сыч обрабатывал данные о новом материале, Платон строил теоретические модели его применения, а Вега вела корабль по заданному курсу.
Тишину нарушил сигнал входящего широкополосного сообщения. Не зашифрованного, а общего — такого, что ловят все корабли в секторе.
[ВЕГА]
Обнаружено открытое сообщение. Источник — грузовой транспорт ТТ-8. Приоритет — «Высокий».
[СЫЧ]
Воспроизвожу.
Из динамиков раздался напряженный, прерывистый голос, на фоне которого слышался треск статики и гул аварийных систем.
[ГОЛОС ТТ-8]
...повторяю, это грузовой транспорт ТТ-8. Мы подверглись нападению! Неопознанные корабли... не отвечают на запросы... пробиты системы жизнеобеспечения... На борту раненые! Наши координаты...
Сигнал оборвался, перейдя в шипение помех.
[ПЛАТОН]
Сигнал исходит из нейтрального сектора, примыкающего к нашему маршруту. Потеря транспорта в этом районе вызовет вопросы у Командования.
[СЫЧ]
Координаты зафиксированы. Мы можем скорректировать курс и прибыть в указанный район через три часа.
В этот момент дверь на мостик открылась. На пороге стояли Света и Игорь. Выглядели они отдохнувшими и спокойными, но по их собранным позам и внимательным взглядам было видно — они уже слышали сигнал бедствия.
[СВЕТА]
(Ее голос был ровным и командирским, без следов недавней расслабленности)
Вега, проложи курс к указанным координатам. Максимальная скорость, но без риска для систем. Сыч, подготовь данные по сектору — возможные угрозы, ближайшие базы, карты гравитационных аномалий.
[ИГОРЬ]
(Направляясь к своему посту)
Платон, подготовь медблок. Разверни все, что может понадобиться для лечения раненых и обработки ран. И просчитай варианты буксировки поврежденного транспорта.
Они обменялись быстрым взглядом — ни слова о недавних минутах покоя. Не нужно. Они были командой. И команда снова шла на выручку.
«Возрожденец» вышел из прыжка на окраине указанного сектора. Картина, открывшаяся на экранах, была безрадостной, но привычной в своем ужасе.
Остов грузового транспорта ТТ-8 медленно вращался в пустоте. Корпус был иссечен следами энергетического оружия, в нескольких местах зияли пробоины, из которых вырывались остатки атмосферы, замерзающие в вакууме ледяными кристаллами. Признаков других кораблей не было.
[СЫЧ]
Сканирование ТТ-8. Системы жизнеобеспечения отключены. Энерго сигнатуры на минимальном уровне. Обнаружены следовые признаки органики. Биосигнатуры крайне слабые.
[СВЕТА]
(Сдвинув брови)
Значит, кто-то еще жив там. Игорь, готовь шлюз. Пойдем на стыковку. Платон, с нами. Сыч, остаешься на мостике, держи сканеры на максимуме. Если те, кто это сделал, все еще рядом, я хочу знать об этом первой.
[ИГОРЬ]
(Уже направляясь к выходу, на ходу проверяя скафандр)
Понял. Буду готовить аварийный стыковочный узел. Их шлюзы, скорее всего, раздолбаны.
Через несколько минут трое в скафандрах перешли в холодную, темную утробу ТТ-8. Фонари выхватывали из мрака обгоревшие панели, оборванные провода и плавающие в невесомости обломки. Воздух был спёртым, с примесью дыма и озона.
[ПЛАТОН]
(Его сенсоры пробивались сквозь помехи)
Жизненные признаки сосредоточены в кормовом отсеке. Три источника. Состояние критическое.
Они двинулись вперед, перепрыгивая через разломы в палубе. В кормовом отсеке их ждала душераздирающая картина. Трое людей в разорванной униформе были пристегнуты к креслам, без сознания. Их лица были бледными, на лбу у одного застыла струйка крови.
[СВЕТА]
(Подплывая ближе)
Боги... Платон, скорее!
Платон немедленно приступил к работе. Его манипуляторы с хирургической точностью выпустили медицинские сканеры и инструменты. Он работал молча, быстро и эффективно. Один за другим он вводил стимуляторы, накладывал датчики, проверял пульс. Воздух наполнился тихими щелчками аппаратуры и ровным гудением портативного регенератора.
[ПЛАТОН]
Констатирую: у всех троих — гипотермия, кислородное голодание различной степени, у одного — перелом ребер и сотрясение мозга. Критической опасности для жизни нет, но требуется стабилизация.
[ИГОРЬ]
(Осматривая панели управления отсека)
Их оставили умирать. Системы уничтожены точечно. Холодный расчет.
[СВЕТА]
(Сжимая кулаки)
Ничего не понимаем. Забираем их на борт. Аккуратно.
Они осторожно, как хрупкий груз, переместили троих выживших на борт «Возрожденца» и разместили в медблоке. Платон продолжил работу, подключив их к корабельным системам жизнеобеспечения. На мониторах замигали ровные, хоть и слабые, ритмы сердец.
[СВЕТА]
(Стоя в дверях медблока)
Сыч, передай в эфир открытое сообщение о нападении на ТТ-8. Координаты, наш позывной. Пусть все знают. А этих ребят мы возьмем с собой — ближайший патруль далеко, а наш медблок справится.
[ИГОРЬ]
(Поправляет капельницу у одного из пострадавших)
Правильное решение. Бросить их здесь — все равно что подписать смертный приговор.
[ПЛАТОН]
Подтверждаю. Медицинские системы «Возрожденца» полностью функциональны. Состояние пациентов стабильное, прогноз положительный.
[СВЕТА]
(Осматривает медблок удовлетворенным взглядом)
Что ж, вот и пополнение в нашей команде. На время. Вега, плавный разгон. Курс на систему N-44. Сыч, продолжай мониторить эфир — вдруг нападавшие решат вернуться.
«Возрожденец» плавно отошел от обреченного ТТ-8, оставив его медленно дрейфовать в пустоте. Теперь на борту было трое бессознательных пассажиров, но миссия продолжалась. Корабль уверенно лег на новый курс, неся с собой не только загадку «Семени», но и ответственность за спасенные жизни.
Система N-44, граница протопланетного диска.
«Возрожденец» завис на почтительном расстоянии от эпицентра бывшего катаклизма. Здесь, на расхождении магнитных полей, царила призрачная тишина, контрастирующая с яростью системы N-44 . Вместо черной дыры в пустоте парил объект неземной красоты и мощи.
«Семя».
Оно было не похоже на тот первый, скромный образец. Это был гигантский, идеально гладкий осколок, размером с шаттл, напоминающий осколок колоссального изумруда, вывернутого наизнанку. Из его глубины исходило пульсирующее, ядовито-зеленое свечение, от которого темная материя вокруг словно расступалась, образуя мерцающий ореол. Свет был живым, он дышал, и каждый его импульс отзывался легкой дрожью в корабельных сенсорах, заставляя тихо поскрипывать корпус «Возрожденца».
[СЫЧ]
(С монитора, монотонно, но с оттенком предупреждения)
Констатирую: объект испускает когерентное гравитационное излучение. Уровень фоновых пространственно-временных искажений в радиусе пятисот метров превышает допустимый для безопасного сближения на 47%. Простое физическое взаимодействие может привести к непредсказуемым последствиям, вплоть до лавинообразного коллапса локального пространства.
[СВЕТА]
(Не отрывая взгляда от главного экрана, где висел сияющий левиафан)
Значит, нельзя просто подцепить его грузовым лучом и засунуть в трюм. Я так и поняла. Игорь, Платон? Это ваш звездный час. Как мы будем упаковывать этот... кусочек безумия?
Игорь уже парил над голографическим интерфейсом, его пальцы летали по схемам и формулам.
[ИГОРЬ]
(Возбужденно, почти лихорадочно)
Упаковывать? Свет, это не груз, это – квинтэссенция коллапса! Его нельзя «упаковать». Его нужно стабилизировать и изолировать. Платон, твои расчеты по компенсаторным полям? Если мы создадим вокруг него контр-поле, подавляющее его гравитационную эмиссию...
[ПЛАТОН]
(Его сенсоры были прикованы к объекту, он стоял недвижимо, как изваяние)
Теория верна. Но мощности корабельных генераторов недостаточно. Нам требуется физический изолятор. На основе того, что мы собрали.
[СВЕТА]
(Поворачивается, с недоумением)
Того, что собрали? Ты о чем?
[ИГОРЬ]
(Всплескивает руками, его лицо озаряет широкая ухмылка)
О черном песке! О ТИС-1! Платон, да ты гений! Его частицы поглощают и перенаправляют энергию! Мы можем вырастить из него контейнер! Прямо здесь!
Работа закипела. Под руководством Платона, ремонтные дроиды, используя собранные образцы аномального минерала, смешанные с быстротвердеющим полимером, начали создавать сферу прямо в грузовом отсеке «Возрожденца». Это был не сборный контейнер, а скорее, архитектурное произведение, выращенное слой за слоем. Матово-черная поверхность будущего кокона казалась бездонной, поглощающей свет прожекторов.
Когда сфера была готова, настал самый опасный момент – транспортировка. Используя сверхточные манипуляторы и постоянно корректируемое слабое силовое поле, «Возрожденец», дрожа от напряжения, приблизился к «Семени». Казалось, сама реальность сопротивлялась этому. Светимость артефакта возросла, за иллюминатором поплыли радужные марева.
Медленно, сантиметр за сантиметром, сияющий осколок был втянут в открытый шлюз и помещен в ожидающий его черный саркофаг. В момент, когда створки сомкнулись, на мостике все почувствовали почти физический щелчок – давящее гравитационное присутствие исчезло, сменившись оглушительной, привычной тишиной космоса.
[СЫЧ]
Констатирую: объект изолирован. Целостность контейнера – 100%. Корабль стабилизирован.
[СВЕТА]
(Глубоко выдыхает, разжимая побелевшие пальцы)
Фух... Никогда не думала, что доставка посылки может быть таким экстримом. Что дальше?
[ИГОРЬ]
(С облегчением прислоняется к консоли)
Дальше – выполняем заказ. Вега, Сыч, прокладывай курс на «Сферу-2». Судя по последним сводкам от Егорова, ее уже зачистили от ксилофагов. Пора вернуть ей сердце. Новое, более сильное.
«Возрожденец» плавно развернулся, оставляя позади место рождения нового «Сердца Пустоты». В его грузовой утробе, в черной, не излучающей ни звука, ни энергии сфере, пульсировала сила, способная оживить целый мир. Корабль лег на курс, унося команду и их бесценный, опасный груз к руинам, жаждавшим возрождения.
Около орбиты «Сферы-2».
«Возрожденец» вышел из прыжка на назначенный координационный рубеж. Гигантская «Сфера-2» висела впереди, но теперь ее окружала не пустота, а кипучая деятельность. Корабли Альянса — от юрких патрульных катеров до грузовых транспортов с материалами — сновали вокруг, словно муравьи, залечивающие раны гиганта. В нескольких местах на корпусе станции уже виднелись заплаты из новейших полимеров и сияли огни восстановленных секторов.
[СЫЧ]
(С монитора)
Выходим на связь с командованием операции. Получаем посадочный вектор. Нас ожидают в ангаре «Дельта». Майор Егоров передает, что для передачи груза присутствуют... заинтересованные стороны.
[СВЕТА]
(Поднимая бровь)
«Заинтересованные стороны»? Это что, еще одни бюрократы из тылового снабжения?
[ИГОРЬ]
(Пожимая плечами)
Наверное, специалисты по этим вашим «Сердцам Пустоты». Кто же еще?
«Возрожденец», получив разрешение, плавно вписался в общий поток и вскоре пристыковался в огромном, все еще несущем следы боев ангаре «Дельта». За иллюминатором их уже ждала группа людей. Впереди — знакомые фигуры майора Егорова и капитана Орлова. Но чуть поодаль стояли двое других.
Их невозможно было не заметить.
Высокие, худощавые гуманоиды в простых, но безупречно скроенных серых одеждах. Их кожа была бледно-серого оттенка, а головы казались чуть более вытянутыми, чем у человека. Но больше всего поражали глаза — большие, миндалевидные, полностью черные, без видимых зрачков, казалось, поглощающие свет. Они стояли недвижимо, и от них веяло спокойствием, возрастом которого невозможно было даже предположить.
[ИГОРЬ]
(Тихо свистнул, глядя в иллюминатор)
Вот это да... Так вот они какие, наши «Древние», Свет. Настоящие.
[СВЕТА]
(Собранно, но с нескрываемым любопытством)
Значит, Егоров не шутил. Они и впрямь существуют. И они здесь.
Когда команда сошла с трапа, майор Егоров сделал шаг вперед. На его лице играла легкая, довольная улыбка.
[МАЙОР ЕГОРОВ]
Капитан, инженер. Рад снова видеть вас целыми и невредимыми. Позвольте представить вам наших... союзников и создателей технологии, которую вы несли сквозь пол-галактики.
Он жестом указал на двух гуманоидов. Те плавно приблизились. Их движения были удивительно грациозными и экономными.
[МАЙОР ЕГОРОВ]
Это — представители расы, известной нам как Серые, или, как они сами предпочитают, Хранители. Говорят, это имя они носят со времен постройки первых Сфер.
Один из Хранителей слегка склонил голову. Его губы не шевельнулись, но в умах каждого члена команды прозвучал ясный, спокойный голос.
[ГОЛОС ХРАНИТЕЛЯ]
(Телепатически)
Мы благодарны вам, странники. Вы вернули надежду туда, где царила лишь тень нашей прошлой ошибки.
[СВЕТА]
(Немного опешив от телепатии, но быстро взяв себя в руки)
Мы... выполняли свою работу. Но признаю, не ожидали, что она приведет нас к самому источнику легенд.
[ИГОРЬ]
(Не в силах сдержать восторг)
Так это вы... вы построили все это? И «Сердца»? Это же... фантастический уровень технологии!
Второй Хранитель обратился к ним. Его мысленный голос был таким же безмятежным.
[ВТОРОЙ ХРАНИТЕЛЬ]
Мы заложили основу. Но жизнь — это процесс, а не монумент. Тот, кого вы назвали «управляющим», забыл об этом. Его путь был тупиком. Вы не только нашли правду, но и принесли новое начало. То «Семя», что вы доставили, уникально. Оно несет в себе не только энергию, но и... потенциал к росту, которого не было у предыдущего.
Майор Егоров кивнул, его лицо стало серьезным.
[МАЙОР ЕГОРОВ]
Именно поэтому мы все здесь. Установка «Семени» — это не просто замена батареи. Это ритуал. И провести его должны вы, команда «Возрожденца». Хранители предоставят вам доступ к ядру и все необходимые данные. Наш технический персонал обеспечит поддержку.
Первый Хранитель снова мысленно обратился к ним, и на этот раз его «голос» звучал почти с теплотой.
[ПЕРВЫЙ ХРАНИТЕЛЬ]
Ваша связь с кораблем, ваша... синергия как команды, делает вас идеальными проводниками. Системы Сферы откликнутся на вас. Мы же... принесем то, что было утрачено.
Он посмотрел куда-то вдаль, и через открытый шлюз ангара все увидели, как к одной из крупных пробоин в корпусе Сферы приблизился небольшой, сияющий модуль органической формы.
[ВТОРОЙ ХРАНИТЕЛЬ]
«Кодекс Биос». Генетическая память этого мира. Когда новое «Сердце» забьется, Сфера не просто включится. Она вспомнит, кем была. И начнет возрождаться.
[СВЕТА]
(Глядя то на Хранителей, то на Егорова, и наконец на Игоря)
Что ж... Кажется, наша работа «просто доставить посылку» перерастает во что-то большее. Гораздо большее.
[ИГОРЬ]
(Сияя)
Я же говорил! Мы не курьеры, мы... садовники! Садовники целого мира!
Майор Егоров улыбнулся.
[МАЙОР ЕГОРОВ]
Тогда не будем терять времени. «Возрожденец» будет отбуксирован к шахте, ведущей к ядру. Удачи вам. И... спасибо. От всех нас.
Команда в молчании последовала за проводниками из Альянса и двумя безмолвными Хранителями, которые парили над полом, не касаясь его. Впереди была самая важная установка в их жизни.
Шахта, ведущая к ядру «Сферы-2».
Путь к ядру оказался не похож ни на один инженерный отсек, который команда видела раньше. Это была гигантская вертикальная полость, больше напоминающая пещеру, выточенную внутри живой скалы. Стены не были металлическими — они переливались перламутровыми оттенками и испещрены были сложными, словно кровеносные сосуды, узорами, которые мягко пульсировали тусклым светом. Воздух был прохладным и имел слабый, свежий запах, напоминающий озон после грозы и влажную землю.
«Возрожденец», ведомый буксирами Альянса, медленно и бесшумно скользил вниз по этой гигантской шахте. В иллюминаторах мелькали ответвления — тоннели, уходящие в темноту, и огромные пустоты, где угадывались очертания колоссальных, ныне безжизненных механизмов.
[ИГОРЬ]
(Прилип к иллюминатору, его голос полон благоговения)
Смотри... Это же не инженерия, это... биология. Высшая биомеханика. Каждый сантиметр здесь — живой. Или был живым.
[ПЛАТОН]
(Его сенсоры жадно сканируют окружающее пространство)
Констатирую: уровень технологической интеграции превосходит все известные нам образцы. Органические и неорганические компоненты слиты на квантовом уровне. Ремонтные бригады Альянса... лишь латают поверхностные раны. Они не понимают, что лечат.
[СВЕТА]
(Стоя у штурвала, хотя корабль вел автопилот, смотрела вперед с серьезным выражением лица)
Они и не должны понимать. Их задача — залатать дыры и поставить охранные посты. Наша... вдохнуть жизнь. До сих пор не верится, что нам доверили... это.
[СЫЧ]
(С монитора)
Приближаемся к камере ядра. Энергетический фон нарастает. Считываю остаточные колебания от предыдущего «Сердца». Они крайне слабы.
Вскоре внизу показалось обширное подземное «озеро» — гладкая, темная поверхность, окруженная странными образованиями, похожими на кристаллические деревья. В центре этого озера на массивном базальтовом постаменте покоился гигантский, потускневший и покрытый трещинами кристалл — старое «Сердце Пустоты». Оно лишь изредка вспыхивало слабым, аритмичным светом, словно угасающий уголь.
Рядом с постаментом на небольшой платформе их уже ждали. Двое Хранителей стояли неподвижно, а группа инженеров Альянса в защитных костюмах возилась с оборудованием, явно нервничая от близости к таким технологиям.
Когда «Возрожденец» пристыковался к платформе и команда вышла, их встретил старший инженер Альянса, человек с уставшим лицом и живыми, любопытными глазами.
[СТАРШИЙ ИНЖЕНЕР АЛЬЯНСА]
Капитан, инженер. Рады вас видеть. Мы подготовили площадку. Но... честно говоря, мы не решаемся даже прикоснуться к старому кристаллу. Системы реагируют непредсказуемо. А они... — он кивком указал на Хранителей, — сказали, что все должны сделать вы. Ваш корабль и ваш груз.
Первый Хранитель мысленно обратился к ним.
[ПЕРВЫЙ ХРАНИТЕЛЬ]
Старое «Сердце» отжило свой цикл. Его связь с Сферой ослабла до критического уровня. Новое «Семя», что вы принесли, обладает иной резонансной частотой. Оно не просто заменит старое. Оно перезапустит систему на новом, более глубоком уровне. Подведите ваш корабль ближе. Используйте грузовые манипуляторы. Системы Сферы признают ваш корабль... своим.
[ИГОРЬ]
(Потирая руки)
Понял! Вега, Сыч, готовим манипуляторы! Аккуратно, как хрустальную вазу!
Под чутким руководством Платона, расчетливого взгляда Сыча и плавных движений манипуляторов «Возрожденца», потускневший старый кристалл был бережно извлечен из гнезда. На его месте осталась лишь пустая, испещренная сложными каналами ниша, из которой исходило слабое, жаждущее энергии свечение.
Затем так же осторожно, матово-черная сфера-контейнер была поднята и помещена в гнездо. В момент, когда контейнер коснулся постамента, он бесшумно раскрылся, как бутон, обнажив новое «Семя» — сияющий, пульсирующий изумрудный осколок, испещренный изнутри живыми молниями.
И все замерло.
На несколько секунд воцарилась полная тишина. Даже инженеры Альянса затаили дыхание.
Затем по стенам гигантской пещеры пробежала дрожь. Светящиеся узоры на стенах вспыхнули ярко-зеленым светом. Сам новый кристалл забился в своем гнезде, и из него ударил столб чистого, изумрудного сияния, уходящий вверх, в бесконечную шахту.
Гул, низкий и мощный, исходящий из самой глубины Сферы, заполнил все пространство. Он был не громким, но ощущался каждой клеткой тела — это был гул пробуждающегося гиганта.
[ВТОРОЙ ХРАНИТЕЛЬ]
(Мысленный голос прозвучал с оттенком глубокого удовлетворения)
Оно принято. Цепная реакция началась.
Света, Игорь и все остальные смотрели, как загораются один за другим «сосуды» на стенах, как по «венам» Сферы начинает бежать новая, мощная энергия. Даже воздух изменился, стал чище, насыщеннее.
[СТАРШИЙ ИНЖЕНЕР АЛЬЯНСА]
(Шепотом, глядя на свои датчики)
Матерь божья... Уровень энергии растет в геометрической прогрессии! Все системы, которые мы считали мертвыми... они... они оживают!
Но это было только начало. Внезапно из стен и потолка пещеры начали прорастать тонкие, похожие на корни, структуры. Они тянулись к центру залы, сплетаясь и формируя нечто новое. Прямо на их глазах, с невероятной скоростью, начал вырастать новый, сложный механизм, похожий на гигантский квантовый процессор, но явно органической природы.
[ПЛАТОН]
Фасцинация. Это не просто ремонт. Это... рост. Сфера не восстанавливается по чертежам. Она эволюционирует, используя новую энергию и данные «Кодекса Биос».
[ИГОРЬ]
(С сияющими глазами смотрит на Хранителей)
Вы... вы знали, что так будет? Что она начнет... меняться?
[ПЕРВЫЙ ХРАНИТЕЛЬ]
Мы надеялись. Первое «Сердце» было семенем. Это — саженец. А «Кодекс» — это солнечный свет и вода. Теперь ее путь — ее собственный. Мы вернули ей возможность расти. А вам, странники, — спасибо за то, что принесли этот шанс.
Майор Егоров, наблюдавший за всем с платформы по видеосвязи, нарушил радиомолчание. Его голос звучал с непривычным волнением.
[МАЙОР ЕГОРОВ]
(Через комлинк)
«Возрожденец», команда... То, что вы только что сделали... Я не могу это описать в официальном отчете. Вы не просто выполнили задание. Вы изменили ход истории. Альянс получит свою базу. Но мы все получили нечто неизмеримо большее. Примите благодарность... от всех нас.
Света медленно выдохнула, глядя на сияющее ядро и на Игоря, чье лицо озаряла самая широкая и счастливая ухмылка, которую она когда-либо видела. Она дотронулась до его руки.
[СВЕТА]
(Тихо)
Ну что, инженер-садовник? Пора и нам возвращаться домой. Наш корабль, кажется, тоже нуждается в отдыхе.
И в самом деле, их путешествие подходило к концу. Но впереди, они это знали, их ждал не просто док для ремонта. Их ждал дом.
«Возрожденец» шёл на крейсерской скорости. В грузовом отсеке трое спасённых с ТТ-8 спали, подключённые к системам жизнеобеспечения.
Игорь откинулся в кресле, смотря в потолок.
[ИГОРЬ]
Как сдадим этих бедолаг в медцентр... Может, передохнём? Я совсем выжат.
Света молча кивнула.
[СВЕТА]
Да... Сначала сдадим их, а потом... просто посидим где-нибудь. Без дел.
[СЫЧ]
(с монитора)
После передачи пострадавших можем посетить бар «Заброшенный сад». В меню есть натуральная пища.
Платон повернул сенсор.
[ПЛАТОН]
Рационально. Вам необходимо восстановление.
Игорь потянулся.
[ИГОРЬ]
Значит, план такой: база, медцентр, а потом — отдых.
Корабль плавно летел вперёд, наконец-то следуя простому и ясному плану.
Бар «Заброшенный сад», орбитальная платформа «Оазис».
Интерьер бара был стилизован под руины, которые поглотила буйная растительность. Стены из грубого, пористого камня оплетали лианы с фосфоресцирующими листьями, а вместо потолка над залом висело прозрачное поле, сквозь которое был виден бескрайний космос и пролетающие мимо астероиды. В центре зала из трещины в полу бил источник светящейся жидкости, которая мягко освещала пространство. Воздух был свежим, с запахом влажного мха и чего-то сладковатого, неизвестного.
За столиком из спрессованной коры, среди мягко пульсирующих грибов, сидели все четверо.
СВЕТА и ИГОРЬ, наконец-то сменившие свои потрёпанные комбинезоны на простую, удобную одежду, с блаженными лицами уплетали еду. Перед Светой стояла глубокая миска с густым, дымящимся супом, от которого тянулся невероятно аппетитный и знакомый аромат. Игорь, закатив глаза от наслаждения, доедал огромную, румяную котлету с хрустящей корочкой, явно приготовленную на открытом огне.
[СВЕТА]
(Закрыв глаза, с полным ртом)
М-м-м... Я, кажется, готова простить вселенной и черные дыры, и пиратов, только за этот суп. Настоящий! Я и не помнила, что у него такой вкус...
[ИГОРЬ]
(Прожевывая, счастливо)
А это... эта котлета! Настоящая еда, Свет! Не синтетика, не питательная паста! Я чувствую, как мои клетки ликуют!
Напротив них, ПЛАТОН и СЫЧ тоже «наслаждались» угощением. Перед Платоном стояли три высоких бокала с маслянистой, медленно переливающейся жидкостью разного оттенка — от темно-янтарного до почти прозрачного золотистого. СЫЧ, чей сенсор был выведен на большой планшет, поставленный на свободный стул, «сидел» с ними. Перед его камерой тоже стояли три миниатюрные чашки с тем же маслом.
[ПЛАТОН]
(Аккуратно «пригубив» из первого бокала, анализируя)
Вязкость — идеальная. Температура — 18.3 градуса по Цельсию. Отсутствие примесей — 99.98%. Это... исключительно приятное тактильное и аналитическое ощущение. Я понимаю вашу привязанность к органической пище.
[СЫЧ]
(Голос с планшета)
Согласен. Мое охлаждение работает на 7.3% эффективнее. Я заношу в постоянную память производителя этого гидравлического масла премиум-класса. Это не отдых. Это — техническое обслуживание высшей категории.
Все четверо сидели в теплом, довольном молчании. Атмосфера была настолько мирной, что это чувствовалось почти физически.
[ИГОРЬ]
(Отодвигает пустую тарелку и обводит всех счастливым взглядом)
Вот так. Сидишь, кушаешь, и кажется, что никаких черных дыр не бывает. Друзья, давайте помечтаем. Вот у вас у всех какая мечта? Ну, кроме как найти какой-нибудь супер-артефакт или починить очередной генератор.
[СВЕТА]
(Подпирает подбородок рукой, улыбается)
После всего, что было... Знаешь, моя мечта простая. Чтобы таких вот тихих вечеров было больше. Чтобы не бежать каждые пять минут от сирен или пиратов. Чтобы можно было вот так просто... сидеть. И знать, что твоя команда — вот она, рядом, и все живы-здоровы. Немного скучно, да?
[ИГОРЬ]
(Кладет руку на ее ладонь)
Самая лучшая мечта. Поддерживаю. Ну, может, еще свой собственный гараж... не на корабле, а настоящий, на планете. Где пахнет машинным маслом и свежей стружкой. Чтобы ничего никуда не улетало. А вы, железные аристократы? У вас ведь наверняка есть какие-то... алгоритмические грезы?
Платон поставил бокал, его сенсоры мягко светились.
[ПЛАТОН]
Моя основная цель — познание. Но если говорить о... личном предпочтении. Я бы хотел найти место, подобное «Сфере», но меньшее. Незаселенное. Изучить его, не спеша, на протяжении десятилетий. Понять каждый его алгоритм, каждый виток его биомеханики. Без спешки, без угроз. Чистая наука.
[СЫЧ]
(После короткой паузы)
Мои расчеты всегда были направлены на выживание и оптимизацию. Но... — в его голосе появилась редкая задумчивость, — наблюдение за вами, за вашей иррациональной, но эффективной «командностью», породило новый параметр. Я бы хотел... найти другие единицы, подобные мне. Не для объединения в сеть. А чтобы... обмениваться опытом. Узнать, к каким выводам пришли они, служа своим экипажам. Возможно, я смог бы усовершенствовать свои протоколы сарказма.
Игорь фыркнул, а Света рассмеялась.
[ИГОРЬ]
Вот это да! Сыч, ты оказывается, мечтаешь о друзьях-роботах! Чтобы было с кем обсудить, какой я непрактичный!
[СЫЧ]
Констатирую: наличие аналогичных вычислительных мощностей позволило бы более эффективно решать задачи по вашей защите от вас же самих. Так что да, это логичное продолжение моей основной функции.
Они снова замолчали, каждый со своей мечтой: о тишине, о гараже, о бесконечном исследовании и о компании себе подобных.
[СВЕТА]
(Поднимает свой бокал с соком)
Ну что же... Выпьем за наши мечты. И за то, что мы, такая разная команда, сможем помочь друг другу их осуществить.
[ИГОРЬ]
(Поднимает свою кружку)
За команду! Самую странную и лучшую во всей галактике!
Платон вежливо приподнял свой бокал с маслом. Сыч на планшете «склонил» сенсор.
И в этом уютном бару, пахнущем мхом и неизвестными цветами, под мерцающий свет космоса, они по-настоящему чувствовали себя дома. Потому что дом — это не место. Это люди, с которыми ты делишь свои самые сокровенные, даже самые простые мечты.
КОНЕЦ.
🔥 Дорогие читатели! 🔥
Ваше внимание — это топливо для творчества, а каждая прочитанная история — шаг в мир новых приключений. Но, к сожалению, системы не видят вашей поддержки, если вы читаете без подписки.
📌 Пожалуйста, подпишитесь — это бесплатно, займёт секунду, но для автора значит очень много:
✅ Дзен поймёт, что рассказ вам понравился
✅ У меня появится мотивация писать ещё больше крутых историй
✅ Вы не пропустите новые главы и эксклюзивы
💬 Ваша подписка — как аплодисменты после спектакля. Даже если не оставите комментарий, алгоритмы скажут: «Эту историю стоит показывать другим!»
Спасибо, что вы здесь! Пусть наши приключения продолжаются. 🚀
✍️ Ваш автор Александр Ильин